Астерий: Не стой у мага на пути! (4) - Эрли Моури

ему лицо. Не то, что я злилась на него, просто захотелось дать ему понять, чтобы он не смел меня дурачить. Ведь мог бы сказать, что у него есть еще одна вампирша, и он ей тоже говорил о любви. Потом появилась Аманда и тоже пустила ему кровь. После этого мы его как бы простили. Наши отношения не были долгими. Он надоел и мне, и Аманде своим занудством. Аманда убила его в постели через полгода знакомства. Сказала, что случайно.

— На что ты намекаешь, Флэй? — спросил я, прекрасно понимая к чему она клонит и почему она это говорит. — Желаешь расцарапать мне лицо вместе госпожой Арэнт? Или прикончить меня в постели?

— Нет, Райс. Ты — совсем отдельный случай. Я намекаю, что могла бы согласиться делить тебя с госпожой Арэнт. Все-таки она добрая женщина и я не хочу с ней ссориться. Я не хочу причинять ей боль — она и так натерпелась многого за последние дни. И ты не имеешь права оставить ее после всего, что случилось. Тем более после того, как Малгар объявил на нее охоту. Вообще-то виной всему этому ты! — сверкнув глазами, проговорила вампирша.

На несколько мгновений я потерял дар речи. Вот это Флэйрин выдала! В один миг она перевернула ситуацию так, будто она — сама душа, самоотверженная, добрейшая из живущих. И это она спасает госпожу Арэнт, которой я, этакий мерзавец, поигрался и оставил на растерзание Малгару!

— Подожди, подожди, Флэй, ты, наверное, не совсем все правильно понимаешь. У меня в мыслях не было оставлять Ольвию ни после всего случившегося, ни до случившегося, — произнес я, чувствуя, как пересохло в горле. Рука сама потянулась к чайнику, и я налил немного себе в чашку.

— Может быть я несколько грубо сказала. Но речь не об этом, мастер Райс, — принцесса возвела глаза к потолку, понимая, что она несколько переиграла. — Я лишь о том, что мы с госпожой Арэнт можем быть с тобой вместе. Вы же, Ольвия, не хотите его уступать мне?

— Конечно же нет! — графиня побелела, ее лицо стало таким же бледным, как и лицо вампирши. — Но я не хочу делить Райса ни с кем. Я его люблю, госпожа Флэйрин! И я не могу представить, как можно делить мужчину с другой женщиной!

— Это только поначалу кажется трудным. Поверьте, нужно лишь стереть в себе эту выдуманную грань. Я через такое проходила. Уверяю, это легко. И точно гораздо менее мучительно, чем потерять человека, которого любишь навсегда, — Флэйрин старалась быть убедительной.

Неожиданно для меня вампирша, борясь за свои интересы одновременно боролась за мои. Хотя поначалу, казалось, что такого просто не может случиться. Я не хотел расставаться ни с одной из них, и сейчас, когда я уже думал, что Ольвия меня прижала и мне предстоит сделать очень трудный выбор, ситуация начала меняться. Графиня, не соглашалась, на слова Флэй она молчала и глядя в окно, отрицательно качала головой. Я понимал, что госпожа Арэнт не может принять такое сразу. Нужно время, хотя бы немного времени, пока она немного свыкнется с мыслью, подброшенной Флэйрин.

Как нельзя вовремя появился Гурвис, раскрасневшийся, запыхавшийся — явно парень спешил, изо всех сил выполняя поручения своей госпожи и Флэйрин.

— Три платья, ваше сиятельство, как вы приказали. Показать сейчас? — парень начал открывать вещевой мешок.

— Нет, Гурвис. Чуть позже мы поднимемся к господину Ирринду и уже там, с его позволения все покажешь, — отозвалась Ольвия, нервно сминая пальцами салфетку. Было заметно, что у нее совсем пропал аппетит.

— Давайте этот разговор… то, о чем мы говорили до прихода Гурвиса, отложим. Сейчас нам нужно в первую очередь подумать, как освободить дом госпожи Арэнт, — сказал я.

— Не это главное, Райс. Вовсе не это, — отозвалась графиня, и я побоялся, что сейчас из ее глаз снова потекут слезы.

— Дорогая, нужно накормить Гурвиса, — заметил я, приобняв Ольвию. — И поверь мне, все то, что главное для тебя и меня, мы решим. Обязательно решим, стараясь не делать больно друг другу.

— Ох, Райс!… — она положила голову мне на плечо и заплакала.

Я прижал ее теснее, поцеловал в щеку, по которой стекали слезинки, потом в губы. Ольвия ответила мне с теплом и большим желанием. Когда я глянул на Флэйрин, она, вонзив вилку в кусок мяса, с напряжением смотрела на нас. Я моргнул вампирше, давая понять, что сейчас так нужно: я должен уделить внимание прежде всего госпоже Арэнт. Потом сказал Гурвису:

— Позови подавальщицу, закажи, что желаешь на завтрак. Хотя уже, по сути, обед. Не стесняйся, заказывай, все самое вкусное.

— Спасибо, господин Ирринд. Вы так же добры, как моя хозяйка. Я очень хочу, чтобы вы были вместе с ней и больше никогда не расставались! — пылко ответил он, потом достал из вещмешка склянку из толстого темного стекла и, поставив ее перед Флэйрин, сказал: — А вам кровь. Свежая, говяжья, как вы желали.

Если бы ситуация не была столь напряженной, то я бы рассмеялся хитрой игре смыслами Гурвиса. В самом деле этот парень, хоть и слуга, но весьма умен, а преданность его Ольвии вызывает восхищение.

Покончив с поздним, очень затянувшимся завтраком все вчетвером, мы поднялись ко мне. Правда перед этим я навестил Салгора — он уже проснулся. Проснулся бодрый, явно посвежевший. Завидев меня хотел было встать с кровати, и мне даже пришлось применить силу, чтобы прижать его плечи к постели. Я сказал ему, что сегодня он обязан лежать и заниматься теми ментальными практиками, которые я ему показывал раньше, а также самоисцелением — основы этой магии я ему так же дал. Известил, что слуга графини Арэнт скоро принесет обед и будет прислуживать ему в течение дня — этот вопрос я уже обговорил с Ольвией.

Когда я вошел к себе, Флэйрин что-то оживленно рассказывала госпоже Арэнт. Я лишь успел уловить слова «Аманда», «принцесса». При моем появлении вампирша тут же замолчала, а меня удивило то, что графиня, глядя на меня улыбалась. Недавнее страдание, не сходившее с ее лица до сих пор, начало растворятся. Флэйрин удивляла меня очередной раз. Ведь в первый день знакомства с ней, я узнал ее как весьма резкую, конфликтную особу. У меня и в мыслях не было, что она может поладить с Ольвией.

— Райс, у