Избранное - Алессандро Мандзони

Как счастлив тот, кому сама судьба

Дорогу в жизни ясно указала!

Над честью и бесславьем для него

Не может быть сомнений и раздумья.

Напрасно враг пытался бы найти

В нем что-нибудь доступное злословью.

Но мне пришлось идти другим путем,

И не для всех понятен он… Опасность

Грозит на нем мне в каждом направленье…

Что, если мне швырнут в лицо упреки

В неблагодарности? Что, если мне придется

Услышать обвинение в измене?

О, знаю я… Есть люди… Их закон —

В своих делах своим сужденьям верить

И суд чужой надменно презирать.

Я не рожден для этого… Мне важно,

Что обо мне подумаете вы,

Что будет думать каждый, кто решает

Дела людей судом и правдой чести.

Сенаторы! На суд ваш отдаю

Я старый спор свой с герцогом Филиппом.

Пусть подведет, кто хочет, наш итог,

Пусть он проверит счет услуг взаимных

И пусть решит, кто может должником

Считаться в нашем деле… Но довольно…

Мне не об этом нужно говорить

Пред судьями. Я герцогу был верен

И не отказывал ему в повиновенье,

Пока он к этому не вынудил меня.

От должности, которую я кровью,

С опасностию жизни заслужил,

Он отрешил меня… Напрасно оправдаться

Возможности искал я перед ним.

Мои враги теснились возле трона.

И понял я, что мне беда грозит. И рано,

Казалось мне, меня искала смерть.

В моих мечтах мне смерть моя являлась

На поле битвы, в доблестном бою

За славное и доблестное дело.

И этой смерти жалкой и ничтожной

Я испугался… Я бежал… У вас

Нашел себе приют и справедливость…

Но он и здесь меня не позабыл,

Но и сюда он шлет убийц наемных!

Наш счет окончен!.. Я теперь Филиппу —

Открытый враг открытому врагу!..

Свободный меч сегодня предлагаю

Я вам, сенаторы!.. Свободный кондотьер

Присягу в верности готов вам дать сегодня.

Дож

Вполне согласен с вами наш сенат.

Вас с герцогом миланским рассудила

Уже Италия. Бесповоротный суд

Был в вашу пользу. Вы, бесспорно, правы,

Отныне верностью и службою Филиппу

Вы не обязаны. И верность ваша нам

Принадлежит отныне. Наш расчет,

Надеюсь, будет лучше и честнее,

Чем тот, какой был сделан вам в Милане.

Сегодня первый верности залог

Вы нам дадите… Ждет от вас совета

Сенат Венеции.

Граф

Светлейший дож! Я долго

И много думал, прежде чем вопрос

Вы мне поставили. Война — необходима.

И, если в будущем возможно что-нибудь

Предвидеть верное, война успешна будет,

Ее успех тем дальше от сомнений,

Чем меньше медлить захотите вы.

Какими силами располагает герцог?

Флоренцию он, правда, победил,

Но бесполезна трудная победа, —

Он утомлен и слишком обессилен!

Казна пуста… А граждане томятся

Под тяжестью бессчетных податей:

Их давит страх, они полны надежды,

Что небо, сжалившись над ними, ниспошлет

Над их оружием его врагам победу.

Я это знаю, должен это знать.

В их памяти погаснуть не успели

Воспоминанья прежних, лучших дней,

Когда так пышно жизнь их расцветала

Под ярким солнцем славы и свободы…

Откуда б им рассвет ни заблистал,

Они к нему пойдут навстречу. Больно

И стыдно им носить свое ярмо.

И герцог это видит… Он заметил

Издалека опасность — и прислал

Он к вам послов с словами грубой лести.

Он просит мира, но ему довольно

И перемирия, чтоб жадно растерзать

Свою добычу, он в нее когтями

Уже успел вцепиться… Но допустим,

Что перемирие ему дадите вы.

Все переменится немедленно. Жестоко

С Флоренцией расправившись, солдат

Накормит он награбленной добычей

И в них разбудит жажду грабежа.

И кто тогда осмелится отвергнуть

Его союз? О, счастлив будет тот,

Кто первый другом быть ему сумеет!

И вы тогда останетесь одни.

Когда и как войну затеять с вами,

Обдумает спокойно на досуге

Ваш грозный враг. Горит суровым гневом

В дни неудачи доблестное сердце, —

Но в герцоге его корыстный гнев

Пылает ярче в дни слепого счастья.

Опасности боится он, а там,

Где он уверен может быть в успехе,

Нетерпелив и дерзок. И его

Перед собой солдаты не увидят.

Одной добычи он от битвы ждет.

То прячется пугливо в старом замке, {2}

То затевает пышные пиры

В роскошных виллах… В толках об охоте

И о пирах проводит он досуг,

Когда не шепчется в мучительном испуге,

Как женщина, с каким-то колдуном.

Теперь момент разбить его затеи.

О, не теряйте времени! Скорей.

И чем скорей, тем ближе к вам победа!

Дож

Вас за совет ваш, благородный граф,

Благодарит сенат венецианский.

Что б ни решили мы сегодня, ваш совет

Был дорог нам… Мы видим в нем залог

И мудрости, и вашей верной дружбы.

Граф уходит.

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Дож и сенаторы.

Дож

Граф Карманьола нашему сенату

Дает совет немедленной войны,

И за войну я подаю свой голос.

Остался ль нам другой такой же выход,

Такой же честный и надежный путь,

Как путь войны — прямой и благородный?

Протянем руку помощи в несчастье

Флоренции и вступим с ней в союз, {3}

Разделим с ней опасность и надежды

И встретим вместе общего врага,

Не то грозит нам будущность бедою!

Он, слабому бросающий свой вызов,

Он, злобный враг всем, кто его рабом

Не хочет быть, — он просит мира, герцог!..

Зачем же мир ему теперь так нужен?

О, он хотел бы выбрать время сам,

Когда