Баба-Яга на Новый год - Валентина Анатольевна Филиппенко

А Петя грыз ручку и думал о Бабе-яге и ёлочной звезде. И держался. И ничего не писал. В конце концов Пудовкин, тяжело вздыхая, сам взял ручку и склонился над листком. Но затем, сдвинув брови, потянулся вперёд и сунул листок соседу с передней парты. На одну треть исписанный лист достался вертлявому и худенькому Игорю Гнездову.

— Посмотри письмо, а? — забасил Женя и вдогонку всучил Игорю свою ручку.

Тот кивнул, выглядывая из-за очков, отвернулся, а через пару минут вернул письмо. Листок покрывали несколько волн мальчишеских почерков:

Дедушка Мороз!

Я провёл этот год хорошо. Один рас сломал мизинетс, мы ездили с бабушкой на дачу и я собирал яблоки. (Сверху было приписано: «ни червивые и сам ни ел».)

Я слушал родителей и учитилей, и поэтому заслужил («поэтому заслужил» было зачёркнуто, а сверху приписано «теперь хочу»)

— Самокат,

— часы для подводного плавания,

— и собаку («собака» была зачёркнута, а сверху написано «лисицу»).

Миня зовут Женя Пудовкин, и я живу в комнате с глобусом и синими шторами — вы увидите в окно.

А ещё (это тоже было приписано Игорем) я хочу суперсилу: читать мысли и по-английски и прыгать высоко, чтобы до потолка доставать.

Женя внимательно осмотрел письмо и спросил Игоря, зачем тот написал о лисице и суперсиле. Гнездов снова обернулся, поправил очки и объяснил:

— Деда Мороза надо удивить, чтобы он выполнил желание. Хотя бы одно из всех. — И Игорь резко отвернулся: весь класс начал выть песню о дружбе, заготовленную на конец урока.

— Тебе — как? — между куплетами поинтересовался Пудовкин у Пети. И тоже то ли завыл, то ли замычал в такт мелодии.

Петя просмотрел письмо и вздохнул — точь-в-точь как папа утром. Мальчик представил, как вместо ног у Жени вдруг вырастают лапы кузнечика или кенгуру, а в его доме действительно появляется лисица. И волк. И ещё кто-нибудь из учебника по литературе или окружающему миру. И их, этих лисиц-волков, не выгнать и не накормить толком — прямо как Бабу-ягу. Но Петя не знал, как объяснить всё это Жене, поэтому просто взял ручку, поправил все «ни» на «не». И дописал: «Но если вы решите исполнить моё желание — я больше всего хочу квадрокоптер». На всякий случай.

Проглотив последнюю правку, письмо вернулось к хозяину, и Женя, довольный, что сразу два умных одноклассника проверили его домашнее задание, убрал листок в бирюзовый конверт. Кажется, тот достался мальчику от мамы: он был похож на упаковку от какого-то сертификата из магазина косметики и попахивал духами. Поэтому Женя, чуть смутившись от внимательного взгляда Пети, быстро заклеил конверт и подписал: «Деду Морозу от Жени Пудовкина». И заторопился из кабинета музыки, а потом и из школы: это был последний урок.

Запеканка

Что ждало дома Петю — Петя ещё не знал. А мы вам расскажем.

Итак, оставив сына в школе, Петренко-старший поспешил на работу. Но быстро вырваться из офиса ему не удалось. Один за другим его останавливали коллеги: уводили на кухню пить кофе, подкладывали к высокой стопке документов в его руках ещё пару листов, показывали в телефоне фото собаки, советовались по поводу годового отчёта и трёхколесного велосипеда для сына. Где-то в затылке у папы Пети сидела и разбивала красивые тарелки и стаканы Баба-яга. Это было больно. Поэтому папа Пети слушал всех невнимательно, постоянно думал о сохранности квартиры и о том, как бы побыстрее сбежать.

Бросив на заднее сиденье гору бумаг, рабочий ноутбук и коробку с иностранными мармеладными червячками — подарок коллеги, вернувшейся из отпуска, — папа помчался домой. Машина радостно тарахтела внутренностями. Она и при маме не отличалась идеальной чистотой, а теперь стала похожа на берлогу на колёсах — полную шапок, перчаток, каких-то одиноких ботинок и бумажных пакетов из-под еды. Машина крепко обнимала папу Пети за плечи и прижимала к себе ремнём безопасности, но ехала не очень быстро — потому что под её колесами вертелся лёд.

Радиоприёмник на новогоднем языке пел что-то об исполнении желаний, и маленький снеговичок в цветной шапочке кивал Петренко-старшему из-под лобового стекла — его туда пару дней назад поставила мама. Но чудес папа теперь опасался.

Взлетев по лестнице на третий этаж и промчавшись мимо дверей с гирляндами, рождественскими венками и выпукло-пластиковыми портретами Дедов Морозов и Снегурочек, он, словно волшебную палочку, воткнул в замочную скважину ключ. И дверь открылась.

Наверное, сердце Петренко-старшего не могло биться сильнее — и дело было даже не в шести лестничных пролётах, которые он преодолел за пару минут. Папа волновался перед встречей с Бабой-ягой.

Его поприветствовали темнота коридора, скрип и ворчание из гостиной. Большой экран, висевший на стене, засасывал комнату в яркий мир компьютерной игры, а Баба-яга сидела на диване в наушниках, с джойстиком в руках и, высунув язык, побеждала.

— На! На тебе! И тебе! Чего лезешь, на! — она отбивалась от зомби-гаргулий.

Услышав тяжёлое дыхание в коридоре, яга ни на секунду не прервалась, а только чуть повернула голову, чтобы папа попал в поле зрения её правого глаза. И поздоровалась:

— Ну как, малахольный? Стометровку за шесть секунд пробежал?

Папа положил ноутбук с документами на стол — рядом с пустой коробкой от игрушек — и сел. Квартира и правда казалась абсолютно целой, только шторы были задёрнуты и пахло какой-то едой. Встрепенувшись, папа поздоровался с ягой: «Здрасьте» — и пошёл проверять кухню.

А там даже не творился обычный беспорядок, нет. Всё было целое и на месте, только приоткрытая духовка высунула язык противня, шторы висели глухо задёрнутые, а на столе стоял странный, похожий на квадратный кекс, объект. Он пах одновременно и мясом, и помидорами, и макаронами по-флотски, и оливками, и сыром, и рыбой, и сосисками. Папа постучал пальцами по краю стола, думая о том, что Баба-яга вчера и утром ему всё же не привиделась и теперь сидит и играет в приставку. И вернулся в гостиную.

— Что… что это? — спросил Петренко-старший, имея в виду неопознанный горячий объект.

— Запеканка, — отозвалась старушка, не отвлекаясь от игры.

Запеканку она приготовила из всех заготовок, которые мама оставила Пете и папе в холодильнике. Объяснила странный состав «рецептом», который показывали в телевизионном шоу.

— Ну… парочку я соединила. Рецептов. Внутри же всё равно всё смешается, — сказала яга.

Но это было совсем не страшно: папа ожидал застать дома потоп, пожар и пришельцев. А тут — всего лишь несколько килограммов несъедобного печёного месива из любимой