Эпоха Титана 6 - Артемий Скабер

— Она будет изучать Вику?

— Только с согласия Вики, — ответил я и добавил. — И только снаружи. Никаких игл и никакого оборудования внутрь. Пока я не скажу.

Вика слегка приподняла бровь. Не возражение, просто удивление, что её спросили.

Ирина всё слышала. Промолчала, но я заметил, как чуть сдвинулась рука с блокнотом. Не нравится ограничение, но принимает, потому что понимает: другого варианта нет.

Хорошо. Пусть привыкает к тому, что других вариантов здесь не бывает.

Поверхность встретила холодным ветром и запахом гари. Ирина вышла следом, поставила чемодан на асфальт и выпрямилась.

Земля качнулась. Где-то за поворотом что-то упало с протяжным звоном. Трещина прошла по фасаду ближайшего дома наискосок, от второго этажа до четвёртого, медленно, с тихим хрустом осыпающей штукатурки.

Ирина смотрела на трещину.

— Император слишком резко меняет курс, — произнесла она спокойно, без паники, как врач, читающий плохой диагноз. — Остров так не реагирует на плавное движение. Это либо крутой поворот, либо коррекция глубины. При таком темпе толчки будут нарастать. Сложно представить какая у Его Величества сила магии земли. Управлять целым островом… Великий человек.

Я хмыкнул. У него моя сила, у его детишек. Пока не понимаю, как забрать обратно. Но пойму…

Расстегнул пиджак. Снял его, осмотрел: пятна с ангара по большей части на изнанке, снаружи только один тёмный развод на левом рукаве. Бросил пиджак на бетон у стены, он лёг мягко, почти бесшумно. Потом я повернулся к Ирине.

— Пальто сними.

Она смотрела на меня секунду. Потом расстегнула пуговицы и сняла без вопросов. Под пальто обычная одежда: тёмная блузка, брюки. Ничего приметного.

Я взял пальто в руки. Пощупал ткань. Плотная, дорогая, с вышитым изнутри вензелем. Хорошо. Достал один из ножей, которые снял с Вороновых ещё в ангаре. Полоснул Ирину по левому предплечью — быстро, неглубоко, всего на сантиметр. Она не ахнула, только зашипела сквозь зубы и схватилась за рану ладонью.

— Это необходимо, — сказал я и взял пальто снова.

Кровь пошла сразу, тёмная в полумраке переулка. Я провёл окровавленным краем пальто по фасаду стены, потом бросил его на асфальт рядом с моим пиджаком, небрежно, как будто кто-то упал и потерял при этом вещи. Достал из кармана кристалл связи Ирины. Тот, что она использовала с военными. Зажал в кулаке, выпустил тонкую струйку Чистой Силы. Кристалл нагрелся, потом хрустнул, потом из щелей пошёл тонкий дымок. Сломан, но не разрушен полностью.

Положил кристалл рядом с пальто, на середину лужи крови, которая медленно расплывалась по асфальту. Ирина стояла у стены, прижимала ладонь к предплечью и наблюдала за моими действиями с тем выражением учёного, который наблюдает методику, ему незнакомую, но понятную по результату.

В кармане нашёл кольца накопители, что тоже забрал после своей последней битвы. Обычно они питают мага, дают силу, когда заканчивается своя. Но когда я их крутил обнаружил одну интересную деталь. Тогда повезло его быстро выкинуть после того как выпускаешь в неё чужую энергию.

Взял одно на правую руку. Ощутил накопленную внутри энергию. Второе кольцо я бросил на пальто рядом с кристаллом. Потом вытащил из внутреннего кармана один из амулетов. Тот что я снял с Льва Змеева.

Картина складывалась приемлемо. Пальто в крови, разбитый кристалл связи, кольцо с Вороновых, артефакт с символикой Змеевых. Вывод для любого, кто найдёт: учёного похитили или устранили в разгар межродовой войны, в которой Змеевы и Медведевы режут всех, кто попадётся под руку.

Военные это проверят, займут время и в итоге спишут на общий хаос. Дело закроют быстро. Сейчас у них других проблем будет достаточно.

— Готово? — спросила Ирина.

— Почти.

Я взял кольцо-накопитель в правую руку, сжал кулак. Выпустил энергию наружу. Оно тут же нагрелось. Боевой заряд рванул в стену переулка, железо на фасаде вспыхнуло, кирпич лопнул, осколки полетели на асфальт. Второй выброс от другого кольца — в тротуар перед пальто, асфальт вскрылся воронкой размером с чашку, края почернели от жара.

Следы борьбы. Нужно, чтобы магия была на этом месте, а не только кровь.

Земля качнулась снова. Этот толчок был сильнее предыдущего. Фонарь в переулке погас, не вспыхнул снова. В отдалении кто-то закричал.

Ирина стояла совершенно неподвижно. Только чуть расширились ноздри, когда земля дрогнула под ногами.

— Тебя спишут завтра утром или раньше, — сказал я. — Официально ты мертва. Дальше ты работаешь на меня. Я кое-что ещё сегодня сделаю и у всех не возникнет вопросов.

— Я поняла это ещё в коллекторе, — ответила она ровно.

— Тогда спускайся обратно. Тебя там уже заждались. — улыбнулся я.

Она подобрала чемодан, поправила ворот блузки. Посмотрела на пальто на асфальте. На кровь. На амулет со Змеевых.

— Хорошая работа, — произнесла она без интонации и пошла к люку.

Я смотрел ей вслед. Она не оглядывалась. Взял кристалл связи и связался с одним человеком, которому я помог. Пора его задействовать в своих планах.

* * *

Коля ждал там, где я ему сказал. В полутёмном кармане между двумя заборами заброшенной стройки, за квартал от восточной набережной. Строительство здесь встало, судя по виду. Фундамент был залит и везде мусор. То ли деньги кончились или интерес пропал, и теперь котлован с недостроенными стенами первого этажа медленно заполнялся дождевой водой. Удобное место. Никакого движения, никаких окон с видом, сирены отсюда доносились как будто из другого города.

Коля сидел на обломке плиты, сгорбившись, руки между колен. Когда я вышел из темноты, он вздрогнул, поднялся резко, едва не потерял равновесие

— Владимир, — выдохнул он. — Я думал уже…

— Присядь, — сказал я.

Он сел. Я встал напротив, скрестил руки, посмотрел на него. Коля был бледноват, глаза ввалились.

— Семья в порядке? — уточнил я.

— Да. Спрятал, как ты сказал. Далеко отсюда.

— Деньги есть?

— Из тех что ты дал. Есть.

Я кивнул. Достал из кармана ещё одну пачку. Протянул. Коля взял, на секунду задержал взгляд на пачке, потом убрал в куртку молча.

— Сейчас слушай внимательно, — сказал я. — Повторять не буду.

Он чуть наклонился вперёд. Слушает всем телом. От этого зависит не только его жизнь, но и жизни тех, кого он спрятал.

— Сейчас идёшь к куратору, — начал я. — К Чешуе или к