Ромео для балерины - Светлана Леонидовна Швецова

Когда катамараны были готовы и спущены на воду, улыбчивый Марат, повар, позвал всех на шашлыки. Алинка тут же втихушку скормила половину своей порции Норе. Лёвка тоже презентовал два кусочка любимой подружке. И когда Нора подошла попрошайничать к Саше, тот возмутился:

–Ну ты наглая! Объела моё семейство, и ещё совести хватает у меня клянчить!

И всё же отдал ей один не самый большой кусок. Мужчины взялись за вёсла, Алина села за спиной Саши, Лёва с Норой завалились на рюкзаки в середину катамарана.

Река петляла. За каждым поворотом открывался новый пейзаж, один лучше другого. Глаза Ярцевой отдыхали: как же хорошо наслаждаться, наверное, последними тёплыми деньками бабьего лета. Постепенно её стало клонить в сон. Андрей, что грёб сзади с левого борта, окликнул Байера и кивнул на Алину. Саша увидел, что она едва держится, чтобы не заснуть и предложил:

– Алин, ложись-ка, поспи. Лёва, поменяйся с мамой местами!

Алинка перебралась к Норе и легла, положив голову на мохнатое брюхо. Та ничуть не возражала, напротив, стала вылизывать лицо хозяйки от переизбытка чувств.

–Нора, фу. Лежи подушечкой, ну полежи, дорогая!

Собака словно поняла и угомонилась. Алинка ласково поглаживала свою мохнатую «подушечку», потом рука остановилась: девушка уже крепко спала. Байер оглянулся: Нора тоже задремала, лишь подергивались лапы. Наверное, во сне кого-то догоняла. Лица Алины не было видно: его закрывали пряди светлых спутавшихся волос.

– Умаялись наши девочки, спят, – душевно произнёс Саша и подмигнул Лёвке.

Спустя два часа начинались пороги: оставив Лёву на весле вместо себя, Байер не без сожаления пошёл будить: тихо гладить её по волосам. Андрей долго наблюдал за этим зрелищем, потом не выдержал:

– Байер, будь я на её месте, я бы вообще не стал просыпаться…

– Будь ты, Андрюха, на ее месте, я бы тряханул тебя, как грушу, или бы в ухо гаркнул, – парировал Саня и погладил спящую Алинку по щеке.

Она открыла глаза:

– Что, приплыли уже?

– Алин, пороги начинаются, нужно быть начеку… – сказал Байер и согнал Лёвку с весла.

Вода перестала быть спокойной гладью, в некоторых местах стала бурлить, как кипящий котёл. Первый катамаран показывал на своем примере, как нужно проходить порог. Команде Сашки и команде третьего катамарана нужно было только внимательно следить и повторять. Саша поменялся местами с Андреем: тот был опытнее, чаще ходил на сплавы, пороги чувствовал лучше. Лёва с Алиной сидели посередине и придерживали вещи. Вдруг на одном пороге катамаран подбросило, последний рюкзак и Лёву почти что снесло с катамарана. Дальше произошло невероятное: Алина оранжевой молнией метнулась к краю, в прыжке толкнула сына и рюкзак обратно, а сама вылетела и упала в воду.

Всё произошло за секунды: Байер поначалу и не понял, что случилось.

–Мама! – истошно завопил Лёва.

Саша хотел прыгнуть, но её уже вылавливал третий катамаран, отклонившись от маршрута.

– Не волнуйся, Лёвич, мама уже не в воде, – успокоил мальчугана Байер.

А сам подумал: «Прямо пантера! Вот откуда у неё такая реакция?!»

Ему было досадно: он, боксер, даже не дёрнулся! Да, он был занят: грёб и смотрел вперёд, и все же… И ещё его очень беспокоило, что она насквозь мокрая, а к вечеру поднялся неприятный ветер!

Так или иначе, ещё полчаса по прогнозу Андрея им предстояло прыгать по порогам, только потом можно пристать к берегу, развести костёр и обсушиться. Байер тревожно посматривал на соседний катамаран.

– Не рви себе душу, Саш, – сказал молчащий до этого Макс. – Все равно сейчас мы ничего не можем сделать.

–Ветер холодный, Макс! Она – в мокрой одежде! Придатки застудит… Её нужно вернуть на нашу посудину. У неё здесь вещи тёплые, сухие.

–Не получится, Саш, – констатировал факт Андрей. – Нас несёт…

Через полчаса пороги закончились, третий катамаран поравнялся со вторым, и Алина перебралась к Лёве. Байер протянул её рюкзак.

– Переодевайся!

–Что, зд-д-десь? – стучала зубами Алина.

– Зд-д-есь, зд-д-есь, – передразнил её хмурый Байер. – Снимай всю мокрую одежду -перелазь в сухую.

Алинку бил озноб, она достала сухие брюки, футболку, свитер и замялась.

– Живо переодевайся! – рявкнул Байер. – Лёва отвернется, а большие мальчики в этой жизни всё уже видели.

И Алинка перелезла в сухое. Еще через 15 минут они причалили к берегу, Саша с Лёвой поставили палатку, где стеснительная Алина смогла, наконец, сменить мокрое бельё.

Развели костёр, быстро сварили ужин – гречневую кашу с мясом. Ярцеву посадили рядом с костром. Байер накинул на неё свою куртку, она почти согрелась, но даже у костра её немного морозило. Лёва с удовольствием уплетал пахнущий костром ужин. Саша тоже ел с аппетитом, Алина пила только чай, от еды она отказалась. Саша с тревогой посматривал в её сторону: «Неужели заболела? Может, просто устала?» Взяв фонарик, он ушёл в палатку и, не долго думая, соединил два спальника в один. Лева, умотанный, уже клевал носом. Мужики заготовили побольше дров, достали маленькие стаканчики, бутылку водки: сидеть собирались долго.

Байер погладил Лёвку по голове.

– Пойдёмте, я вас спать положу.

В промозглой палатке Алинка поёжилась: хотелось вернуться обратно к костру, здесь снова застучали зубы. Байер сначала запихнул в спальник Лёву. Нора тут же пристроилась сбоку к своему любимцу.

– Умница, согревай Лёву, – похвалил он собаку.

Потом очередь дошла до Алины.

– Ого, какой просторный спальник!

– Понятное дело, он на двоих, – пояснил Саша и, увидев немой вопрос в её глазах, добавил. – Я сплю сегодня с тобой в качестве грелки. Кстати, грелкой может поработать любой: Макс, Андрей, Антон – все профессиональные спасатели МЧС, выбирай!

Алинка в ужасе приоткрыла рот. Довольный произведенным эффектом, Байер усмехнулся:

–Понятно, значит, выбор сделан: на сегодняшную ночь твоя грелка – я! Снимай брюки, свитер. Майку, если стесняешься, можешь оставить, но я бы посоветовал тоже снять.

Сам он остался в плавках, занырнул в спальник.

–Ох, какие ж у тебя ледяные ноги! – не сдержался Сашка. – Ага, маечку всё же оставила…

И не успела Алинка и глазом моргнуть, как лишилась и её.

–Ох, горюшко моё! Ну так же теплее, а?! – спросил Саша и плотно прижал её к себе.

И Алина почувствовала, какой Сашка горячий.

–Всё, теперь спать! И сделай милость, постарайся не заболеть, пантера моя реактивная!

– А вчера я пандой была, – сонно пробормотала Ярцева.

–Не, панды – они медлительные. А ты – определенно