Время шакалов - Станислав Владимирович Далецкий

Начинай Михаил, пить с нами – глядишь и помолодеешь, – закончил водила, разливая водку по стаканам: был обеденный перерыв у грузчиков, Михаил Ефимович пил просроченный кефир, а остальные грузчики пили свежую водку, выданную администратором им к обеду.

Шутки – шутками, но Михаил Ефимович действительно часто чувствовал недомогание и упадок сил от всей своей неустроенной жизни и управляющий администратор магазина, видя его старение и помня безупречную трезвую работу, предложил ему перейти на расфасовку продуктов, но Михаил Ефимович отказался работать среди женщин.

Возвращаясь с работы, Михаилу Ефимовичу приходилось теперь прятать продукты в своей комнате, куда он перетащил с кухни и свой холодильник – хачики иногда подчищали его запасы, если к ним приходили другие джигиты и еды им не хватало.

Михаил Ефимович неоднократно замечал, что в его отсутствие кто-то рылся в комнате, и ему пришлось все свои деньги носить при себе, а остаток своих накоплений он положил на банковскую карточку, терпя убытки, поскольку процентов на эти деньги не начислялось, зато и украсть их было невозможно, не зная кода.

Жизнь его была пуста и безвкусна, как несоленая рисовая каша, приготовленная на воде. Отдежурив в магазине, Михаил Ефимович возвращался домой, в квартиру, захваченную хачиками, где запирался изнутри в своей комнате, в которой ел и пил, выбираясь только в туалет, и проводя время на диване у телевизора, служившего ему окном в мир, живущий своей, отдельной от Михаила Ефимовича жизнью. Так и мы, смотрим на рыбок в аквариуме, видим их движения и встречи, не понимая сущности этой водяной вселенной.

Всё же, Михаил Ефимович не оставлял попыток устроиться на приличную работу, считая, что его опыт научной деятельности может быть востребован в какой-нибудь крупной компании, например, производящей удобрения.

Он читал объявления, звонил и иногда приглашался на собеседования, но всякий раз эти встречи оставались бесплодными, пока однажды, женщина лет сорока – менеджер по персоналу       в крупной компании, не сказала ему откровенно, что он уже старый для работы в приличной фирме и его удел сторожить имущество и покой молодых и успешных человеческих хищников, сколотивших состояния на присвоении государственной собственности или обмане и спекуляции.

Михаил на некоторое время перестал искать работу, но через пару месяцев возобновил эту деятельность, чтобы убить свободное время. Именно тогда он и обнаружил отсутствие своего паспорта: потерял ли его или засунул куда-то, было неизвестно, но факт налицо – документа не было!

Жить в Москве без документа, удостоверяющего личность и право человека на проживание в столице, никак невозможно: в любую минуту охранители прав воров и предателей, мошенников и проходимцев, заезжих джигитов и половых извращенцев могут потребовать у человека его документ и, при отсутствии оного, задержать до выявления личности.

Полиция регулярно подъезжала к магазину, где Михаил Ефимович работал грузчиком, и проверяла документы у всего персонала и Михаил всегда показывал копию паспорта, чем дело и ограничивалось, поскольку он был зарегистрирован в этом же районе. Но вдруг потребуется оригинал, которого уже нет и органы накажут его за проживание без паспорта.

Поняв это, Михаил Ефимович быстренько сходил в паспортный стол, написал заявление об утере паспорта, ему дали на месяц справку с фотографией и если паспорт не найдется, то через месяц ему оформят новый документ. На том всё и успокоилось.

Прошел месяц, в течение которого Михаилу Ефимовичу неоднократно приходилось показывать полицейским эту справку, поскольку шла очередная кампания борьбы с терроризмом и нелегалами для пополнения карманов полицейских.

Михаил Ефимович вновь написал заявление об окончательной утере паспорта, заполнил необходимые анкеты и ещё через месяц получил новенький паспорт уже со своей лысой фотографией.

Он сделал с паспорта несколько ксерокопий, чтобы носить при себе, а сам паспорт спрятал в своей комнате так, чтобы соседи хачики не смогли найти документ в его отсутствие, если будут шариться в комнате, а то, что они регулярно это делают у него сомнений не было: уходя из дома на работу грузчиком, он всегда ставил на дверь маячки в виде бумажек или ниточек и иногда, возвращаясь, находил эти маячки потревоженными, что говорило о посетителях в его отсутствие.

Прошло лето и в сентябре Михаил Ефимович получил извещение из банка, что за ним числится задолженность по кредиту, взятому под залог его комнаты, и если он не выплатит долг, то банк начнет судебную процедуру.

Михаил Ефимович оторопел: никакого кредита, тем более под залог жилья он не брал – это был его принцип, не брать в долг никогда и ни за что, даже если очень нужно, например, чтобы добавить денег и прикупить квартиру вместо комнаты. Он живет один и если что случится, то никто ему не поможет расплатиться с долгами. Так он и жил: без долгов и без квартиры.

Он поспешил в банк, где ему показали договор заимствования на полгода, на 400 тысяч рублей, под 25% годовых без поручителей, но под залог его комнаты, копия свидетельства собственности на комнату тоже прилагалась. Подпись была похожа на его, копия паспорта прилагалась. Михаил Ефимович понял, наконец, зачем в паспорте нужна подпись владельца: чтобы мошенникам легче было пользоваться украденным документом, подделывая подпись.

Михаил Ефимович заявил, что паспорт у него был утерян и есть заявление об утрате, но оказалось, что договор с банком был заключен за месяц до его заявления и, как сказал банковский клерк, наверное он сам уничтожил паспорт, чтобы не возвращать ссуду, но просчитался: законы теперь на стороне банков и собственников, а не таких мошенников, как Рзавец.

Михаил Ефимович попробовал подать заявление о мошенничестве в отделение полиции, указав на предполагаемых преступников – соседей хачиков, но заявление у него не взяли, объяснив, что факт мошенничества он должен доказать сам в суде, подав заявление на банк, который выдал ссуду кому-то по его утерянному паспорту.

Михаил Ефимович так и сделал, но судья – тоже кавказец, решил, что всё оформлено правильно, копии документов верны. Подпись Михаила Ефимовича на договоре займа соответствует его подписи на паспорте, а потому, Михаил Ефимович Рзавец должен вернуть ссуду со всеми накопившимися процентами. Или банк продаст его комнату в счет долга.

Денег у Михаила Ефимовича не было и вернуть чужой долг он не смог, напрасно убеждая банк и полицию, что денег этих он не брал.

Через три месяца банк подал в суд иск о продаже комнаты Михаила Ефимовича в счет долга, и суд охотно поддержал банк в его стремлении вернуть деньги с выгодой.

Банк выставил комнату Михаила Ефимовича на продажу и вскоре