Модные увлечения блистательного Петербурга. Кумиры. Рекорды. Курьезы - Сергей Евгеньевич Глезеров

Конное поло с «потешными номерами»

Петербургское общество игры в поло, члены которого принадлежали исключительно к высшему кругу столичной публики, с 1898 г. устраивало своеобразный праздник наездников, он заключался в скачках с препятствиями. В таких состязаниях требовались не только резвость лошади, но и ловкость, сообразительность и храбрость наездника.

Сохранился рассказ очевидца о том, как происходил подобный праздник летом 1899 г. Задания для наездников были самые разнообразные, одно сложней другого. В первом номере требовалось проехать зигзагами через ряд столбов и обратно, во втором – доскакать с ниткой в руках к дамам, которые держали иголку, после чего наездники должны были вдеть нитку в иголку и вернуться к старту. Следующий заезд и того курьезнее: участникам игры предлагалось доскакать до стола с разложенными на нем поварскими костюмами, надеть их и вернуться к старту.

В скачке с шаром каждый наездник гнал клюшкой свой шар вокруг поляны и затем загонял его в специальные ворота. Следующий номер был таков: наездники скакали к сидящим на стульях дамам, слезали с лошади, дамы завязывали наезднику галстук, после чего наездники вскакивали обратно на лошадь и мчались к финишу. И наконец, последний номер – едва ли не самый несерьезный: доскакать до ведра, слезть с лошади и бросить в ведро шесть картофелин, разложенных друг от друга на расстоянии в полторы сажени.

Потом состоялось испытание математических способностей дам. Каждый наездник доезжал до дамы, передавал ей задачу на сложение, а когда она ее решала, мчался к призовому столбу. В заключение демонстрировались «потешные номера». В одном из них требовалось доскакать до ведра с водой и вытащить из него зубами плавающее там яблоко.

В заключение отметим, что среди участников той игры были князь Белосельский-Белозерский, известный предприниматель Утеман и другие влиятельные в Петербурге лица. Зрителей собралось не особенно много, но все они, по словам современника, принадлежали к «лучшему обществу нашей столицы».

Из истории петербургских ипподромов

«Это обособленный мир страстей, гражданских доблестей, побед и поражений, заслуг и отличий, падений и неудач, мир, в котором есть свои герои, свои судьи, свое общественное мнение…» – писал о скачках в 70-х гг. XIX в. известный бытописатель столицы В.О. Михневич в своей книге «Петербургское лето».

Петербургские ипподромы начали свою историю не на суше, а на. льду Невы. Точнее, зимой устраивался ипподром на Неве, а летом бега проводились на конной площади на Лиговке. «Бега на Неве – ушедшее навсегда прошлое русской жизни», – отмечал в 1915 г. петербургский журнал «Столица и усадьба». Правда, если в 1915-м это была еще не столь далекая история, то для нас теперь ледовые скачки кажутся едва ли не «преданиями старины глубокой».

Бега на льду устраивались с конца XVIII в. и в Петербурге, и в Москве. Любопытные воспоминания оставил впоследствии известный столичный писатель и журналист, объект колких пушкинских эпиграмм Ф.В. Булгарин, отмечавший, что «скачки в России – принадлежность русского характера или, правильнее, русского удальства». Еще при Екатерине II на Неве у Зимнего дворца устраивались, по словам Булгарина, «беги», притом «только самые пламенные охотники съезжались для проездки своих скакунов, но публика не принимала никакого участия в этой забаве». Только в 1846 г. начались «правильные бега» на Неве, когда ипподром на Неве впервые устроило ведомство государственного коннозаводства, а сами бега стали более-менее регулярными. «С тех пор, – отмечал Булгарин, – жители Петербурга полюбили эту забаву и стекаются на бег тысячами».

В историческом очерке С.-Петербургского бегового общества, основанного в 1859 г., выделяли «подготовительный» период его истории – «невский». Впервые бега на Неве открыли, как уже было сказано, в 1846 г., когда 16 рысаков явились оспаривать небольшую сумму призов – 1420 рублей за весь сезон. Средства Бегового общества росли очень медленно, так что число лошадей в «невский период» колебалось от 44 до 77 в год. Самая большая цифра пришлась на 1861 г., когда сумма розыгрыша составила 13 005 рублей. В очерке общества признавалось, что в то время «поощрения носили чересчур скромный характер, условия и приемы испытаний еще не были выработаны планомерно и целесообразно».

Долгое время ипподромы в Петербурге устраивались по иницативе частных лиц, призы не рызыгрывались, а дело ограничивалось проездками рысаков. Лишь в середине XIX в. на конный спорт обратило внимание государство: в 1845 г. ведомство государственного коннозаводства устроило летний ипподром в Царском Селе. А со следующего года оно стало устраивать регулярные, «правильные» бега на Неве.

Большая роль в превращении «испытаний» в настоящие бега принадлежала лично Петру Александровичу Дубовицкому – врачу по образованию, прекрасному хирургу, президенту Медико-хирургической академии, владельцу крупных имений и конного завода. Его единогласно избрали вице-президентом С.-Петербургского общества рысистого бега (президентство, по уставу, принадлежало главноуправляющему государственным коннозаводством). До своей смерти в 1868 г. Дубовицкий стоял во главе общества и каждый раз единогласно избирался на эту должность, что являлось знаком высочайшего уважения к его деятельности.

Беговых дней на ледовом ипподроме было немного, всего семь-восемь за весь сезон, и выпадали они только на январь и февраль, захватывая иногда и первую половину марта: все зависело от погоды и прочности льда. Бега назначались только в воскресные дни, чтобы привлечь как можно больше публики. Наездниками в то время являлись еще только отошедшие от помещиков крепостные крестьяне, поэтому организаторы бегов считали своей обязанностью следить за нравами на ипподроме. К примеру, однажды за «неприличные выражения» на ипподроме наездника Василия Иванова по постановлению общества оштрафовали на 25 рублей с занесением его на черную доску, которую до окончания бегов вывешивали в беговой беседке.

В последний раз бега на Неве состоялись в 1880 г. Столичная печать сообщала: «В нынешнем году конские бега на Неве против Зимнего дворца начались 20 января. Первое рысистое испытание лошадей началось состязанием на приз „Общества любителей рысистого бега”, учрежденный в память графа А.Г. Орлова-Чесменского». Спортивная хроника сообщала, что «выстроенные в нынешнем году трибуны просторнее прежних, но двери пропускают сквозной ветер, а сидящим в низко устроенных ложах трудно уследить за бегом ввиду стоящей перед ложами публики».

Конечно, ипподром на Неве слишком сильно зависел от капризов петербургской погоды. К примеру, в 1880 г. бега не состоялись ни 27 января, ни 3 и 16 февраля – первые два «по причине оттепели и провалившегося по этой причине гипподрома», а последние – из-за мороза. Бега на Неве просуществовали до 1880 г., когда только