Блаженный. Князь казачий! - Алексей Калинин

Глава 23

Скифский океан. Побережье Княжества Сибирия.

Флот Войска Запорожского.

— Глянь Гнат, кака бухта удобная? — толкнул своего побратима Гетман Владмир Орлик — Думаю нам вполне подойдёт?

— Ты Гетман, тебе решать — равнодушно ответил Гнат — Князь местный на нас не обидится? Он вроде, другую бухту нам отдал?

— А мне плевать на его обиду — сплюнул за борт Гетман — Мы казаки, где захотим, там и высадимся. Будет он ещё за меня решать, где Сечь Запорожску ставить будем? Я Гетман, мне и решать. Я решил, тут Сечь будет. Причаливаем!

— Разгружаемся казаки! — зычно прокричал Гетман — Здесь будем Сечь ставить.

Ладьи, струги и челны направились к берегу. Казаки обрадованно загомонили, все уже устали от плавания, особенно бабы, да детки. Да и скотина давно мычит недовольно, да коням надо дать поскакать вволю, да травки свежей пожевать. Вот и отдохнём чуток, как раз к сроку. Голова у них Гетман, тонко момент прочувствовал. Вот первый струг лихо ткнулся в берег, за ним второй, потом третий и вот весь берег захлестнула людская волна. Казаки осторожно передавая детей и помогая спуститься бабам, выходили на берег, выводили коней и скотину.

— Неможна нам тут стоять, пан Гетман — подошёл к нему куренной ватаман Петро Бонгард — То джунгар бухта, там их град наверху.

— Ты никак моё решение хочешь оспорить? — насупился пан Гетман — Вырежем джунгар к чертям, да и пёс с ними…

— То нельзя пан Гетман — снова начал спорить ватаман Бонгард — Это Князя Александра джунгары, союзники его.

— Не могут у казака быть вороги в союзниках — возмутился Гетман — Лжа то Петро, а ты ей поверил. Недобили их казаки Сибирские, вот мы и исправим их упущение.

— Пан Гетман — снова завелся Бонгард — То точно известно про джунгар этих, Александр им всё побережье отдал, отсюда и до самого перевала.

— Вот ты заноза ватаман — разозлился Гетман — Плевать мне на этого князька и его джунгар, мы Лыцарство Козачье, мы Сечь Запорожская. Что нам какие-то джунгары и князь-дурачок? Сами себе эту землю возьмём, на саблю. Пусть потом попробуют обратно забрать… — довольно захохотал пан Гетман и его поддержали приближённые.

— То не дело пан Гетман — насупился ватаман Бонгард — Мой курень в сём злодействе участвовать не будет.

— Что??? — взревел Гетман — Бунт??? Схватить его!

Тут же несколько рук попыталось поймать ватамана, но тот ловко увернувшись, запрыгнул на ближайший струг и побежал по кораблям к своему куреню, крича — Тревога браты!

Все остальные казаки непонимающе смотрели на происходящее, что ещё за новости? Наконец ватаман запрыгнул на борт своего струга и приказал отплывать, казаки стали отталкиваться шестами от ближайших кораблей. Другие схватились за арбалеты и луки и приготовились дать отпор.

— Бонгард! — кричал пан Гетман в неистовстве — Четвертую!

— Ты пан Гетман хочешь с хозяином этих земель, Князем Александром воевать? — громко отвечал тому ватаман Бонгард — Воюй! Только без нас, мы с таким сильным чародеем, из-за твоей глупости, ссорится не хотим. Нам ещё вольно пожить хочется…

Услышав ответ ватамана, многие другие курени казаков тоже задумались и вот уже вслед за стругами ватамана Бонгарда, потянулись и другие куренные, станичные и хуторские струги. Пану Гетману оставалось только кричать, бешено брызгая слюной, да проклинать строптивого казака. Получилось так, что ушла от него вся босота и беднота, а это большая часть войска, а вся старшИна и середняки остались под его предводительством. Постепенно Гетман успокоился и оглядев весь оставшийся цвет Лыцарства Козачьего, довольно сплюнул, ничего… мы и так князюшке покажем, где раки зимуют. Куда ему с ними, родовыми казаками бодаться? Слабоват пока петушок, ха-ха-ха!!!

Примечание: Ватаман — это тот-же атаман, только водный или водяный, водяной, то есть командир на воде. Казаки такие затейники, у них даже осетровые атаманы были, что отвечали за рыбный лов.

Столица Великого Княжества Сибирия город Александровск. Княжеский дворец.

Я дошёл до трона и решительно сел, мне на голову одели Княжескую корону и началось… Сначала я принимал послов из других стран и государств и получал верительные грамоты. Послы мне представлялись сами, представляли своих замов, представляли помощников и конечно, совершенно без умысла, представляли своих красивых дочерей или племянниц. Мне приходилось рассыпаться в ответных любезностях и комплиментах их красоте и обаянию, хотя если честно, то почти и не врал. Очень даже хорошенькие девчушки, в изумрудах, да брильянтах, да шелках и парче, с замысловатыми причёсками. Весьма привлекательные конфетки есть, но я же непокобелим, мать его… Да и сказать по правде, что-то не лежит у меня душа к заморской красе. Вот вроде всё при них, фигурки, глазки, грудки и… и остальные привлекательные части тела, но… Но не моё и всё. Гляну на Стаську, аж сердце от любви заходится, такая она вся ладная, такая милая, такая родная. Солнышко зеленоглазое…

А на этих посмотришь, холодные они, надменные, важные. Словно на дерьмо на тебя смотрят, словно я им столько обязан и должен, что во век не рассчитаться. Тьфу! И ведь не уйти ни куда, сиди тут и мило улыбайся, будто ты так рад, так рад, просто — ух! Всю жизнь мечтал лицезреть их фальшивые улыбки. Печалька однако…

Хотя и тут оказалось есть на что посмотреть, удивила своим личным присутствием Рани или Махарани, то есть жена Раджи из Княжества Агра. Княгиня то есть, по нашему. Весьма оригинальная особа, но в тоже время какая-то понятная что-ли? Вот смотришь на неё, а никакого внутреннего отторжения совершенно не чувствуешь, словно она наша, казачья. Даже мне странно немного? Единственное меня удивило, как она на Падму смотрела, будто старую знакомую увидела? Как говорил деревянный мальчик Буратино, тут скрывается какая-то тайна??? Обожаю тайны!!!

Также понравилась делегация из Аравии. Удивительно эмоциональные люди, словно итальянцы из моего мира, такие же живые и порывистые. Одеты конечно для нас странновато, но это их личное дело, главное что от нас не требуют также одеваться и ладно. Остались весьма довольны моим согласием на торговлю и защиту караванов купцов. Ну тут собственно всё, как и ожидалось. Арабы давно уже стали простыми торговцами, хотя могут и сдачи дать, воины у