Пендрагон - Стивен Рэй Лоухед

— А вот и нет, — ухмыльнулся Конэйр. — Хочет, пусть идет, но, — он бросил вызывающий взгляд на Фергюса, — если ты уйдешь, твои земли будут конфискованы.

— Ах ты змей! — воскликнул Фергюс. — Ты не посмеешь!

— Иди к своему Артуру и посмотри, посмею или нет!

— Не слушай его, отец, — Гвенвифар положила руку на плечо Фергюса. — Иди и готовь людей.

— Раз уж вы собрались уезжать, — продолжал Конайр, — советую забрать с собой ваших священников и их людей. Я правду говорю: если вернетесь, дома у вас не будет.

— Забирай мою землю! — взревел Фергюс, выпрямляясь с достоинством. — А я забираю назад свою клятву верности тебе. Я присягал истинному королю, но ты — не тот человек. Иди своей дорогой, Конэйр Кробх Руа, я знать тебя не хочу.

— Да на кой мне такой неверный лорд, как ты? — Конэйр усмехнулся. — Твои земли я отдам людям, которые чтут свои клятвы и не бегают за чужими священниками.

Фергюс набрал в грудь воздуха, готовясь ответить, но Гвенвифар стукнула его кулаком в грудь. — Хватит, отец. Время не ждет. Иди. Ты уже все сказал.

— И в самом деле, — покладисто кивнул Фергюс, — мне больше нечего сказать.

Он повернулся и поспешил к ожидавшему его отряду и своим соплеменникам. Почти сразу они развернулись и ушли с поля.

— Я тоже ухожу, Конэйр, — сказала Гвенвифар, — и сожалею лишь о том, что не могу поступить с тобой так, как ты того заслуживаешь. Но послушай меня: придет день, когда ты пожалеешь о своем постыдном решении, и я посмотрю, как в этот день тебя спасут твои каменные боги.

Она повернулась, вскочила в седло и ускакала.

Конэйр повернулся ко мне и сделал такой жест, словно собирался объяснить свое решение.

— Ты все сказал, король, — холодно остановил я его. — Утешайся своим решением, сидючи в своем пустом зале. — Я помолчал, давая ему осмыслить мои слова. — Но, на мой взгляд, история не должна так заканчиваться. Оставь тщеславие, присоединяйся к Артуру и помоги ему сейчас, как он помог тебе.

— Не буду! — Его красивое лицо сжалось, как кулак.

— Аминь! — Я развернул лошадь и поскакал вслед за остальными.

Фергюс сидел в Мюрболке и переживал. Вокруг него собрался клан, готовясь навсегда покинуть свой дом.

Гвенвифар пыталась его утешить, но получалось плохо. Она хотела как можно скорее ехать дальше.

— Прости, — вздохнул Фергюс. — Я потерял землю — землю, которой владели наши отцы с тех самых пор, как роса творения была еще свежа на траве.

— Ты молодец! — заверила его Гвенвифар. — Лучше пустая тарелка с верным другом, чем пир с врагом.

— Я потерял землю, — король снова сокрушенно вздохнул. — Я сам отдал ему всё.

— У Артура хватает земли, — сказала отцу королева. — Я уверена, он щедро вознаградит тебя за верность.

Эти слова я вспоминал многие годы спустя.

Оставив Фергюса присматривать за сборами, мы втроем продолжили путь. Лленллеуг ехал впереди, так как недавно он уже прошел этим путем, выполняя задание Артура. Сначала мы заехали к Аэдду — самому ярому стороннику Артура среди южных ирландцев. Путь занял два дня, зато нас ждал радушный прием.

— Добро пожаловать! — приветствовал нас Аэдд, когда мы спешились перед его залом. Солнце уже село, на земле лежали длинные тени; мы устали в дороге и с радостью покинули седла. — Привет вам, друзья мои. — Ирландский король широко раскинул руки, словно собираясь заключить нас в объятья. — Я надеялся увидеть вас снова, но не думал, что это случится так скоро.

Мы по очереди обняли его, и Гвенвифар сказала:

— Не самый счастливый случай привел нас, король.

— Так. У вас проблемы, — сказал Аэдд, вглядываясь в наши лица. — Я вижу, что это так.

— Мы пришли… — начала Гвенвифар.

Но Аэдд не позволил бы ей унизить себя, с порога попросив о помощи.

— Вы пришли разделить кубок с одним из ваших многочисленных друзей, — быстро сказал он. — Это замечательно.

Гвенвифар порывалась объяснить причину нашего приезда.

— Если бы я могла просто пировать с тобой, — сказала она, — но, боюсь, мы должны…

— У меня в гостях вы никому и ничего не должны, — решительно заявил Аэдд. Он взял королеву под руку и провел в зал.

— Лорд Эмрис, похоже, объясняться с хозяином придется вам, — высказал предположение Лленллеуг, наблюдая, как его королева входит в зал.

— Доверимся Аэдду, — вздохнул я. — В любом случае уже поздно, и сегодня мы не сможем идти дальше.

— Я мог бы отправиться в Лайгин один, — предложил стойкий ирландец.

— Нет. Останься, — решил я. — Поедим, отдохнем и посмотрим, что принесет завтрашний день.

Аэдд истово соблюдал долг гостеприимства. Для нас с Лленлеугом он выделил двух слуг, и нашел девушку для Гвенвифар. Он приказал подать лучшую еду и питье, призвал барда и арфистов, чтобы они пели что-нибудь успокаивающее. После еды он завел любезную беседу, не позволяя говорить о беде, которая привела нас к нему. Мы отправились спать, довольные всем, за исключением самой важной части нашей задачи.

— Хорошо. Утром поговорим, — пообещала Гвенвифар. — Откладывать больше нельзя. Хорошо ему сидеть перед очагом, плетя сети из красивых слов, но я не лосось, которого так легко поймать. При первых лучах солнца я заставлю его выслушать меня.

— Истинно так, — согласился я. — Пусть наберется сил перед разговором. Он сделал нам прекрасный подарок — ночной покой и дружба великодушного лорда. В наше время это немало стоит.

Королева неуверенно закусила губу.

— Надеюсь, ты прав, Эмрис. Я все думаю об Артуре и о том, как ему нужна помощь.

— Это забота завтрашнего дня, светлая королева.

Она улыбнулась моим словам и действительно просветлела.

— Тогда и правда пусть отдыхает. — Она поцеловала меня в щеку. — Бог с тобой, Мирддин. Спокойной ночи.

Появилась служанка Гвенвифар со свечой и повела королеву к ее спальному месту. Я смотрел, как они уходят, и думал, как повезло Артуру с умной и мужественной женой.