По обычаю предков - Kass2010

class="p">Вечером в Трёх воронах после пояснений лорда Бёрка состоялся ещё один просмотр иллюзии, которая была встроена Дамблдором в Воскрешающий Камень. На всех она произвела гнетущее впечатление, даже на Дуэйна, который видел её второй раз. Что же было говорить о Гарри, который разом увидел своих давно погибших родителей и крёстного отца, оплаканного совсем недавно. Когда в зале появилась Лили и заговорила со своим сыном, профессор Снейп побледнел до синевы. Всё действие точно повторяло то, что Бёрк видел у себя в кабинете, но вот концовка вышла другая.

— Мы будем с тобой до самого конца, — сказал Джеймс.

— Мы — часть тебя, — ответил Сириус. — И видны только тебе.

— Гарри, — позвал юношу Дуэйн. — Мне кажется, что эти иллюзорные проекции должны сделать что-то ещё, и это «ещё» завязано на вашу магию или кровь. Попробуйте пройтись по залу.

Блэк-Поттер встал, с трудом оторвав взгляд от лица иллюзии своей матери, и пошёл к дальней стене, где висели гобелены с батальными сценами, прикрывавшие каменную кладку.

Иллюзии Джеймса, Сириуса, Люпина и Лили бесшумно скользнули за ним. Дойдя до стены, Гарри замер. Иллюзии замерли вместе с ним, продолжая смотреть на юношу грустными глазами.

— Остановите это немедленно! — воскликнула Одра, которая заметила, что стоявший у камина Снейп стал оседать в ближайшее кресло, схватившись за грудь и судорожно пытаясь вдохнуть, как будто ему стало нечем дышать. — Профессору плохо!

Девушка также отметила холодность кожи и испарину. По всем признакам, у нового директора Хогвартса был сердечный приступ.

— Северус, у вас есть с собой что-то для сердца? — спросила она зельевара, зная, что у него в мантии всегда спрятан большой набор зелий на все случаи жизни.

— В левом кармане синий фиал с надписью «Cordial», — еле слышно прошептал Снейп.

— Финита! Финита фаллация! — пытался развеять призрачные фигуры Бёрк, но их ничто не брало.

— Если они завязаны на меня, то, видимо, по замыслу Дамблдора рассеются, когда я умру, — зло сказал Гарри.

— Не говорите глупостей, Поттер! — подал слабый, но сердитый голос Северус, которому после приёма зелья стало лучше. — Попробуйте просто закрыть этот драклов снитч!

Юноша руками свёл раскрытые створки золотого шара, скрыв камень внутри его, и

187/690

вся иллюзия тут же исчезла.

— Это, скорее всего, должно было сопровождать ваш финальный поход к Неназываемому, в конце которого вы бы подставили свою благородную, но глупую голову под последнюю в вашей жизни Аваду, — проговорил усталым голосом директор Снейп, не замечая, что Одра сидит рядом с ним и всё ещё держит в своих руках его левую руку, успокаивающе поглаживая её. — Надо отдать должное Альбусу, сделано представление просто отлично. Не знал, что он настолько хорош в иллюзиях.

— А я в замешательстве, — ответил ему Гарри. — Теперь я бы не удивился, если бы узнал, что многое из того, что мне довелось увидеть за годы учебы в Хогвартсе, было тоже таким вот представлением. И вы, профессор, и я, и все, кто тогда присутствовал на площадке Астрономической башни, были уверены, что вы убили именно Альбуса. Не смог бы его брат сыграть его роль так убедительно. Видел я того Аберфорта в Хогсмиде, в трактире «Голова борова». Я бы сразу понял, что это не директор. И вы бы, я убеждён, тоже. Я уверен, что вниз падал именно Альбус Дамблдор, а то, что внизу оказалось вовсе не его тело, мы узнали недавно, а остальные не в курсе до сих пор.

— Вынужден с вами согласиться, Гарри. Если бы вы не привлекли меня в свои союзники, я до самого конца был бы уверен, что убил Дамблдора, и вряд ли смог бы выжить в будущем. Либо меня убил бы Лорд, либо прикончили бы сторонники Альбуса. Второе более вероятно, раз Светлейший уже распорядился, кому отдать мою собственность.

— А что там, коллега, вы сказали про Воскрешающий Камень? — подал со стены голос Арктурус Ликорус Блэк I.

— С большой долей вероятности я могу предположить, что камень внутри снитча есть тот самый легендарный Воскрешающий Камень из Даров Смерти. Я перечитал его описание в нашем Реестре ненайденных артефактов. Он полностью ему соответствует. Цвет, форма, прозрачность, знак Даров внутри камня, — ответил Бёрк.

— Что за знак и что такое Дары Смерти? — уточнил Гарри.

— Знак: круг, вписанный в треугольник, перечёркнутый вертикальной чертой, исходящей из верхней вершины треугольника, — описал знак Дуэйн.

— Вот такой? — Юноша высыпал на стол соль из солонки и пальцем быстро изобразил знак.

— Гарри, вы где-то видели его? — очень серьёзно поинтересовался Бёрк.

— Да, на подкладке моей мантии-невидимки, — растерянно посмотрев сначала на профессора, а потом на Бёрка, сказал Блэк-Поттер.

— И где сейчас эта мантия? — вкрадчивым голосом осведомился Северус.

— Здесь, а что? — удивился Гарри.

— Могли бы мы на неё посмотреть? — спросил с портрета лорд Блэк.

— Да пожалуйста, — ответил Гарри и вытащил из своего внутреннего кармана

188/690

небольшой сверток, который в его руках мгновенно развернулся, превратившись в поблескивающую при свете свечей и камина серебристую мантию с капюшоном, сделанную из какого-то очень лёгкого и текучего материала, даже более тонкого, чем шёлк акромантулов.

— Я читал описание мантии в том же Реестре. Это точно она. Там говорилось, что этот Дар Смерти перешёл по наследству от потомков Игнотуса Певерелла в род Поттер, но не было указано, что она так и хранится у них по сей день, — прошептал Дуэйн, благоговейно дотрагиваясь до мантии, распахивая её и являя всем тот самый знак, что был вышит на её внутренней стороне.

— Вам бы ещё палочку, Гарри, и вы станете первым за тысячи лет Повелителем Смерти. Для рода Блэк это была бы величайшая гордость! — важно проговорил портрет лорда Арктуруса.

— Мне кто-нибудь в итоге расскажет, о чём мы тут уже целый час толкуем? — начал злиться Гарри.

— Вот к чему приводит воспитание в магловской семье. Вы никогда не читали «Сказки Барда Бидля»?

— Не читал, но совсем недавно видел эту книгу. Дамблдор своим завещанием, а точнее, распоряжением передал свой собственный экземпляр Гермионе Грейнджер. Думаете, что это всё как-то связано? Что за Дары Смерти? Кто такой её Повелитель и при чём тут детские сказки?

— Я отвечу на все ваши вопросы,