Сказание об Оками 7 - Seva Soth

И как мне теперь эту тушу добивать, при условии, что меня всю потряхивает от чакры из хвоста и энергосистема снова решила сходить в разнос?

Стремительным росчерком, явно применив шуншин, Учиха Итачи оказался напротив туши Ягуры. Придурок, у него же сейчас нет глаз! Куда ты своё гендзюцу направишь?

Но нет, пацанчик поумнее меня будет. С рук мальчишки сорвался огонь. Густой поток черного пламени. Стоя сбоку, я видела, как глаза у него сияют алым, а из глазниц густо хлынула кровь. Еще одна техника их фамильного додзюцу. Огонь как будто вгрызся в биджу, заметавшегося в агонии. Гореть заживо – больно. И эту атаку он, в отличие от большого взрыва дедули Эна, поглотить не сумел. Что-то мне подсказывает, что шансы получить автограф этого конкретного джинчуурики только что упали до нуля…

Эпилог

Интерлюдия. Цунаде

Прошла уже целая неделя с того момента, как Оками и Чико убили Ягуру, а её всё еще потряхивало. Какой кошмар, что ее ученицам пришлось столкнуться с этим чудовищем. И какое же она облегчение испытала, узнав, что все живы. Даже у лучшего ирьенина в мире нервы сделаны не из чакровой стали. Да-да, там еще тот мальчишка Учиха им помогал, но он ничего не сделал, весь риск на себя приняли ее девочки.

– Мам, ты чего, опять плакать собралась? Я тобой недовольна! – топнула рядом ножкой Фуоки.

Вот тысячу раз уже запрещала ей так себя называть! Наверное, пора сдаться и оформить удочерение официально. И, может быть, еще Кими признать. Мальчик – настоящее чудо, несмотря на крайне сомнительное происхождение. А какая у них с Фуоки пара будет, когда подрастут…

Еще одна предательская слезинка вырвалась из уголка глаза, но это уже точно от радости. От понимания, что она больше не одна.

– Я сказала “не плакать”. Сегодня я ирьенин, а ты мой пациент, слушайся доктора, – продолжила дочка… ну вот, уже и признала мысленно статус кво. – Скоро корабль прибудет, с Кими, братиком Наоки и сестренкой Карин, а ты вся заплаканная. Чего все подумают? Что это я виновата, шалила или плохо о тебе заботилась! А ну прекращай меня позорить!

Цунаде не удержала в себе легкий смешок. Какая ее малышка заботливая! И не по годам мудрая, несмотря на то, что сохранила детскую непосредственность, характерную для восьмилетнего возраста.

Они сейчас дома, завтракают. Не в бункере-убежище, несколько лет бывшем сразу и жилищем, и ратушей, и лазаретом, а в самом обычном доме, одном из множества возведенных по проекту Тадзуны-сана. Совсем недавно Цунаде сюда переселилась, признав, что ночевать под землей ей, может быть, и не вредно, но не растущим детским организмам, которые к ней так и липнут.

Корабль из Страны Волн и правда должен причалить в порту уже совсем скоро. Фумито, его капитан, выходил на связь. А вот все остальные взрослые шиноби остались в Стране Волн, наводят порядок и разрешают многочисленные бытовые конфликты с возвращающимися в свои дома жителями. Ни минуты покоя у ее учениц. А далее придется как-то еще с даймё Волн вопрос решать. С тем, что его роскошный корабль сгинул где-то в море. Оками предлагает плюнуть на всё и сделать Шизуне полноценной королевой. Та заслужила. Другой вариант – объединить земли и сделать Страну Волн частью Узушио.

Ох, а какими неприятными будут политические последствия. Даймё Воды, Огня и Молний наверняка не обрадуются тому, что их “царственный брат” сгинул. Лицемерные ублюдки! До того, как Шизуне там навела порядок, до Страны Волн и дела никому не было.

– Мам, ты опять сердишься, не надо, – Фуоки, само воплощение нежности, ее бесцеремонно обняла. Есть у девочки такая привычка. – Ты не по поводу дедушки Эна? Сестренка Шизуне сказала, что его откачала и повода беспокоиться нет. Хотя сестренка Хотару все равно волнуется.

Опять не поправила девчонку. Похоже, уже поздно что-то менять. А нужно ли?

Лучший способ прогнать лишние мысли – работа. А потому, когда шхуна из Страны Волн пристала в новеньком, недавно отреставрированном порту Узушио, главный ирьенин в приказном порядке отправила всех на медицинское обследование.

Конечно, их смотрели и Оками, и Шизуне, но лишний контроль не помешает. У этих вертихвосток одни мужчины наверняка на уме. У Оками точно.

Больше всего опасений вызывало состояние Эна-но-Гёджи. Но всё в рамках нормы. Старый, но крепкий. Да, перенапряг систему циркуляции чакры, но это поправимо. Недавно принявший фамилию Узумаки Фумито тоже в порядке, хотя заработал пару легких царапин в схватке с кирининами. Ерунда. Кто-то очень умело их залечил и Цунаде нашла скорее следы медицинского вмешательства, чем ранений.

И, наконец, дети. Сначала осмотрела Хотару и Дея. Новообразованная парочка попросила начать с них. Собрались куда-то вместе. И, наконец, Кими.

Ей сразу не понравилось, как юноша выглядит. Бледный. Белее обычного. Одно за другим прогнала диагностические дзюцу… вся та же картина лишь частичного понимания особенностей его физиологии. Но то, что с ребенком что-то не в порядке, стало почти очевидно. Какой бред! Почему ОНА, лучший медик мира, не может понять, что не так с ее собственным приемным сыном!? Опять это почти вслух подумала.

– Цунаде-сама, я могу вам чем-то помочь? – осведомился Кимимаро. – Вы выглядите чем-то обеспокоенной.

Конечно! Им обеспокоенной!

– Лежи, не шевелись и не дыши! Мне надо понять, разобраться! – бросила Цунаде привычным командным тоном. – Кто там пришел? Все вон! Я занята!

Ирьенин прогоняла одно дзюцу за другим и никак не могла понять причину того, что ее насторожило. Скорее всего, что-то в костях. Или в мышцах. Или одновременно и там, и там.

– Кими… мне нужна проба твоего костного мозга, – наконец-то решилась озвучить она. Брать пункцию на анализ у обычного человека не так легко, но Кимимаро попросту раскрыл одну из своих бедренных костей, позволил взять образец, а затем срастил обратно. Как же это жутко, даже для нее, повидавшей больше крови и смертей, чем кто-либо.

Предварительный диагноз выходил таким: остеогенная саркома с миелофиброзом костного мозга и аутоимунным компонентом. Очень предварительный и неточный. Она никогда такого не видела. НИКТО не видел.