Я! Мне! Мое! - Боярин

— У МЕНЯ НЕ БЫЛО ИНОГО ВЫХОДА, КРОМЕ КАК ОСВОИТЬСЯ ЗДЕСЬ. И ЭТО БЫЛО НЕВЫНОСИМО! Я НЕ МОГ СМИРИТЬСЯ С МЫСЛЬЮ, ЧТО БУДУ ВЫНУЖДЕН ОСТАТЬСЯ ЗДЕСЬ НАВСЕГДА И ПОДОХНУТЬ, КАК ОБЫЧНАЯ СМЕРТНАЯ ТВАРЬ! ПОТОМУ Я ИЗУЧАЛ. ТО, ЧТО ТЫ ТОГДА СДЕЛАЛ СО МНОЙ! НА ЭТО УШЛО МНОГО, ОЧЕНЬ МНОГО ВРЕМЕНИ… ЗНАЕШЬ ЛИ ТЫ, КАК ОМЕРЗИТЕЛЬНО ВОСПРИНИМАТЬ ВРЕМЯ В КАЧЕСТВЕ МЕШКА ИЗ МЯСА И КРОВИ? ЗНАЕШЬ⁈

Его светящиеся переполненные неистовством глаза были совсем близко.

— НО Я РАЗОБРАЛСЯ. Я ПОНЯЛ, ЧТО ИМЕННО И КАК ТЫ СДЕЛАЛ! И ДАЖЕ СМОГ ПОВТОРИТЬ. ВОТ ТОЛЬКО У МЕНЯ ТАК И НЕ ВЫШЛО ВЫСВОБОДИТЬ ЭТУ СИЛУ. ЧЕГО-ТО НЕ ХВАТАЛО… ЕЩЕ ОДНА ТВОЯ ЛОВУШКА, НЕ ТАК ЛИ? МНЕ ТОЛЬКО И ОСТАВАЛОСЬ, ЧТО СОЗДАВАТЬ ПУСТЫШКИ, КОТОРЫЕ НИКОГДА БЫ НЕ ЗАРАБОТАЛИ… Я БЫЛ УЖЕ ОДНОЙ НОГОЙ В МОГИЛЕ, СРЕДИ ПРОЧИХ ЧЕРВЕЙ… КОГДА ВДРУГ ЯВИЛСЯ ТЫ… СОБИРАЛСЯ ЗАСТАТЬ МОЕ УНИЖЕНИЕ И ПОГЛУМИТСЬЯ НАДО МНОЙ, СМЕРНЫЙ⁈

Он размахнулся и кинул меня через комнату. Я сбил в полете какой-то шкаф, ломая тонкие декоративные полки, и впечатался в стену.

— НО ТЫ ОШИБСЯ… ОШИБСЯ! НАШЕЛ ЧТО-ТО ИЗ СОБРАННОГО МНОЮ. И ОСВОБОДИЛ! ЖАЛКИЙ ГЛУПЕЦ! — он рассмеялся. — ЭТО БЫЛО КАК РАЗ ТО, ЧЕГО МНЕ И НЕ ХВАТАЛО! Я ПОНЯЛ, ПОНЯЛ ВСЕ ДО КОНЦА! И ТЕПЕРЬ, НАКОНЕЦ-ТО, ПОСЛЕ ВСЕХ ЭТИХ ПОЛНЫХ МУКИ ЛЕТ Я ЗАВЕРШУ НАЧАТОЕ!

Перебирая локтями по щепкам и осколкам того, что стояло на полках, я пытался переползти чуть в сторону и подняться. Ноги плохо слушались, а перед глазами все плыло. Тем не менее, каким-то образом я слышал все, что он говорил.

Как собака, ага. Все понимал, а вот ответить не мог.

Я сплюнул кровью. И поднял на него взгляд.

— ХА! ЕЩЕ ЖИВ? ЗАМЕЧАТЕЛЬНО! Я БЫЛ БЫ РАЗОЧАРОВАН, ЕСЛИ БЫ ТЫ ПОДОХ РАНЬШЕ, ЧЕМ УВИДЕЛ, КАК ВСЕ ЗАКОНЧИТСЯ!

Закончится?.. Что удумал этот безумец?.. Можно ли вообще называть безумным заведомо нечеловеческое создание, чья и без того кривая кукушка окончательно уехала в закат?.. О чем я думаю вообще⁈

Я потряс головой, надеясь хоть немного собраться с мыслями. Получилось так себе.

— Что… т-ты… задумал… — выдавил я из себя.

— ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, ЧТО ЖЕ? — он огляделся, обводя взглядом так и работающую на износ магмеханику. — ХОЧЕШЬ УЗНАТЬ, НАД ЧЕМ Я ТРУДИЛСЯ ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ? ЭТО ПРОСТО ПРЕКРАСНО! Я ТЕБЕ ПОКАЖУ!

Он подлетел ближе и ухватил меня рукой за ворот. А затем оттолкнулся и прыгнул вверх.

Треск, грохот ломаемых камней!

И вот мы уже приземлились на крышу особняка, проломив в ней здоровенную дыру. Силфиэль брезгливо швырнул меня рядом.

— ВОТ, УЗРИ ЖЕ НАСТОЯЩУЮ МОЩЬ, СМЕРТНЫЙ! — он воздел к небесам руки.

И ничего не произошло. Я смотрел то на него, то на небо, куда он указывал. Ладно, похоже пора сваливать…

И тут это случилось. Небеса — вообще все, что было над головой сменились бесконечной, бескрайней чередой механизмов. Невообразимых размеров шестерни и валы заполнили собой все пространство над головой.

Это было… охренеть это было.

— Что ты наделал?

— ПОКА ЧТО НИЧЕГО! — усмехнулся целестиал. — НО СДЕЛАЮ ТО, ЧТО ДОЛЖЕН! ЭТО МЕСТО НИКОГДА НЕ ДОЛЖНО БЫЛО ВОЗНИКНУТЬ. ЕГО СУЩЕСТВОВАНИЕ ОСКОРБЛЕНИЕ ДЛЯ МИРОЗДАНИЯ. И Я ЭТО ИСПРАВЛЮ. Я УНИЧТОЖУ ЭТОТ ЖАЛКИЙ МИРОК!

Он… это даже не безумие. Это… Это не гордыня, а… У меня не было слов, просто не получалось хоть как-то описать весь охвативший меня ужас.

То, что он пал, уже было очевидно, но вот это… С таким размахом это было уже не сумасшествие. Это был план. И он мог сработать.

Он убьет их всех, — пронеслось у меня в голове. — Умрет Аля. Лана, Антон, Максим — мои братья и сестры, которых я уже успел полюбить и принять. Умрет мать и отец. Смешливые служанки из родового особняка. Нежелающий жениться Митяй. Аня и Тома. Даже Ярга… Он уничтожит все.

Просто потому, что в его целестиальных мозгах что-то заклинило окончательно.

Я уставился на него. Все еще не в силах поверить, что так и будет.

— Нет…

— ЧТО ТЫ ТАМ ЛОПОЧЕШЬ, ЧЕРВЬ? ВЗДУМАЛ УМОЛЯТЬ МЕНЯ? ЭТО ТЕБЕ НЕ ПОМОЖЕТ. Я ВЫНЕС ПРИГОВОР ЭТОМУ МИРУ. И Я ПРИВЕДУ ЕГО В ИСПОЛНЕНИЕ! — он снова воздел руки, и вся невообразимо сложная небесная машинерия пришла в движение. — ДА! НАКОНЕЦ-ТО!

— Нет! — сказал я уже тверже, поднимаясь на ноги. Он не обратил на меня внимания.

И зря.

Потому что у меня оставалось еще кое-что. Я сам не верил, что собирался использовать это, но…

Последняя надежда.

Когда я понял, какую именно Силу смог создать, я не мог не испытать некоторого ужаса. Если только представить, что в какой-то момент я сделаю что-то не так и… поломаю все к чертям, или что, как в данном случае, это сделает кто-то другой…

Это слишком большая сила. Почти неограниченная. Если кому-то, например, падшему высшему светлому, хватит на это энергии.

Потому я и создал ограничитель. Единственный кардинальный способ решить возможную проблему, который пришел мне в голову.

Сделать саму магмеханику невозможной. Исключить ее из реальности. Стереть раз и навсегда.

Своего рода большая красная кнопка. Проклятые воспоминания…

В моих руках появился крошечный астральный шарик. Все предельно просто — только активируй и все будет кончено… Это правило или закон было неотделимой частью всей магмеханики. Силфиэль наверняка бы заметил, если бы смог действительно пользоваться ей.

Но у него было всего несколько дней. Немудрено, что он не докопался.

Всего одно усилие воли… И я потеряю навсегда то единственное, что действительно поднимало меня над остальными.

Я замер.

Это как… я не знаю, как отдать все, над чем когда-либо трудился. Перечеркнуть все, ради чего жил.

Снова перед глазами возникли лица людей, кого я успел повстречать на своем