Душеприказчик поневоле - Лев Котляров

«Не боись, не трону», — засмеялся Вениамин.

Я глянул на этих двоих и теперь не мог решить, кто же из них сильнее. И судя по этой фразе, старикан мог запросто разделаться с наемников.

Через двадцать минут мы с Филиппом Петровичем закончили допрос. Правда, ничего нового мы не узнали, а лишь подтвердили свои прошлые выводы.

— И что мне дальше делать? — я повернулся к силуэту Вениамина.

— Да отпусти ты его, и дело с концом, — махнул он полупрозрачной рукой.

— Как это отпустить⁈ Вы обещали вернуть меня к жизни! — завопил наемник.

— Ой, подумаешь, какие мы нежные, — скривился Вениамин, и его голова повернулась ко мне. — Но раз обещал, тогда давай, возвращай.

Как это сделать, он, конечно же, говорить не стал.

Пришлось думать самому. Я вспомнил, как выбивал дух из тела, и решил, что нужно это все повторить.

Если бы я знал, что на деле это окажется не все так просто, как думалось! Три попытки — и все впустую. Наемник все это время не проронил ни звука. Молча терпел все издевательства над собой и телом.

На четвертый раз у меня почти получилось. Ученик школы теней даже смог шевельнуть ногой. Это смотрелась очень жутко, когда дух наполовину погрузился в тело и дергал конечностью.

А Вениамин лишь тихо посмеивался над моими потугами.

Это меня так разозлило, что я хватил наемника за шиворот и с силой треснул его душу о лежащее в траве тело.

Раздался противный звон, зубы клацнули от неприятной волны вибрации, а затем меня швырнуло прямо в Филиппа Петровича.

Зато наемник в следующую секунду подскочил, схватил свое добро и, окутав себя вихрями магии, исчез. Но уходить не пытался. Наверное, распихивал оружие по карманам.

— Я тебя все равно вижу, — закатил я глаза. — Иди уже. Если кто-то из вас нарушит договор, то твоя душа снова выйдет из тела.

Ответа не последовало. Я проводил глазами расползающиеся в воздухе остатки магии и покачал головой.

— Пойдемте, Филипп Петрович, будем думать.

«Вениамин, спасибо от всей души», — добавил я мысленно, слушая смех старикана.

* * *

— Что мы имеем? — спросил Владимир, обведя всех взглядом.

Я, Филипп Петрович, оба Васильевых сидели в малой гостиной и пытались собрать разрозненные сведения.

— Селиванов перешел все границы, — кулак Владимира грохнул о стол. — У нас вполне хватает информации, чтобы прижать его к стенке.

— К сожалению, нет, — сказал я. — Мы не можем допросить связанных клятвой наемников.

— Чушь какая! Клятву можно и преступить.

Мои брови удивленно дрогнули. Как легко он это сказал. Но не успел я ему напомнить об обратной стороне договора, как Владимир поспешно добавил:

— Впрочем, это всего лишь слова наемника из неизвестной никому школы, кто ему поверит.

— Я все думаю про браслет и источник силы, — задумчиво начала Валерий. — Не может же такого быть, что вот он у всех на глазах, а потом в один момент его не стало.

— Его либо украли, либо так хорошо спрятали, что лучше бы украли, — дернул плечом его брат. — В любом случае его нет в доме Виктора.

— А когда все это случилось-то? — я решил уточнить хотя бы год потери браслета.

— Да кто его знает. Двадцать, тридцать лет назад… — с раздражением отозвался Владимир.

— Нет, — покачал я головой. — Позже. Моя мать нашла дом отца, ориентируясь на источник родовой магии.

— Виктор, подожди, — Валерий повернулся ко мне. — Как ты об этом узнал? Ты нашел мать?

— Да, совершенно случайно. Точнее сказать, она меня нашла.

— Она тоже умерла? Ты видел ее на Изнанке? — понимающе спросил он. — Грустно вот так встретиться с родителями.

— Зато им вместе хорошо, — криво улыбнулся я.

— Так это правда? Ты у нас сирота? — зачем-то спросил Владимир.

— Анна официально меня усыновлять не стала, так что да. Только сводные сестры и вы. Больше у меня никого нет.

Мы немного помолчали, а потом я снова вернулся к вопросу про браслет.

— Итак, украшение точно было, когда меня подбросили к графу. Это раз. А когда обнаружили пропажу?

Оба брата почему-то посмотрели друг на друга.

— Сложно вычислить время того, о чем не знал, — выдохнул Валерий.

— Думаю, здесь я могу вам помочь, — вдруг подал голос Филипп Петрович. — Если речь идет о тонком обруче, с которым не расставалась ваша прабабушка Ирина Александровна, то он пропал примерно четыре-пять лет назад.

«Вот это новость!» — подумал я.

— Это почти за год до ее смерти, получается? — пробормотал Валерий, потирая переносицу.

— Филипп Петрович, а вам-то, откуда это известно? — поморщился Владимир.

— Так это же утрата. О таком я узнавал всегда первым.

— И вы можете вспомнить только… как вы сказали? Обруч? — прищурился он.

— Помню я все, но этот обруч — единственное, что я не нашел. А вы разве не помните? Вы тогда часто приезжали к Виктору Семеновичу.

Валерий с интересом посмотрел на брата. Он-то в те годы служил и был далеко от родных краев. Я тоже уставился на дядю. Но не из-за слов Филиппа Петровича, а из-за вихрей магии, что взметнулись позади него. Разволновался?

— Я был занят и совершенно не интересовался такими вещами. Какое мне дело до полубезумной старушки, которая теряла все подряд? — выпалил Владимир.

— Как выглядел этот обруч? — спросил я.

— Да, похоже на тонкую проволоку, свернутую, как пружину. Ее можно было сжать и получался браслет в три полосы.

«Сходится с тем, что рассказывала нянька.» — подумал я.

— И прабабушка его не снимала, получается? — это уже вслух.

— Нет, не носила даже, — качнул головой Филипп Петрович. — Он лежал у нее в каком-то ларце.

— Может ее расспросить? — задумчиво потянул я и тут же вспомнил, что ее на той стороне я не нашел.

— Зачем же тревожить душу такой уважаемой дамы! — всплеснул руками Владимир. — Браслет вполне мог украсть кто-то из прислуги.

— Тоже верно, — кивнул начальник