Магия крови - Елена Михайловна Малиновская

— Надо же, ты мне даже нравишься. — Вильгельм одобрительно кивнул. — И понравишься еще сильнее, если будешь хорошей девочкой и дальше. Пойдешь со мной добровольно?

И протянул мне руку.

Я с сомнением покосилась на нее. Если бы не тревога за Коннора — то меня бы уже давным-давно здесь не было. Сейчас я мечтала оказаться в тишине спальни Эйнара. И плевать, насколько двусмысленно это бы выглядело. Но Коннор у них.

Перед мысленным взором встал приятель. Светловолосый, вихрастый, с голубыми глазами и вечной улыбкой на губах. Если я сейчас предам его и брошу в беде — то сама себе этого никогда не прощу.

— Идем!

Вильгельм был намного выше меня, поэтому мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. И с некоторым удовлетворением я заметила, как на дне его зрачков задрожало изумление после моего ответа.

— Что же, вечер намечается даже веселее, чем я предполагал, — после короткой паузы Вильгельм вновь изогнул губы в высокомерной усмешке. — Вперед, безродная.

Пальцы парня сомкнулись на моем запястье, и он потащил меня за собой.

Хватка у Вильгельма была крепкая, к тому же он не особо церемонился со мной. Поэтому я то и дело кривилась, почти слыша хруст своих многострадальных костей. Но скорее откусила бы себе язык, чем позволила жалобу. Потому что прекрасно понимала — именно этого Вильгельм и добивается.

Гораздо сильнее меня беспокоило кольцо. К тому моменту, как мы покинули здание, оно сильно нагрелось, и то и дело мое сердце замирало от испуга, что вот-вот сработает защита. Мысленно я молилась всем богам сразу, а заодно и прародителю рода Реднаров. Пожалуйста, не надо меня спасать! Точнее, надо, но не сейчас. Сначала я должна спасти Коннора.

И вдруг у меня возникло чувство, будто кольцо вняло моим отчаянным призывам. Хотя звучит, наверное, как бред какой-то. Как может амулет, даже очень могущественный и древний, услышать просьбу своего хозяина? У них же нет собственного сознания.

Как бы то ни было, но кольцо резко остыло, когда мы вышли на крыльцо. Правда, и Вильгельм к тому моменту перестал стискивать мое запястье, видимо, осознав, что бежать я и впрямь не собираюсь.

— Люблю послушных девочек, — пробормотал он себе под нос. Бросил на меня взгляд и окончательно отпустил мою руку, небрежно кинув: — Точно сама пойдешь?

— Точно к Коннору отведешь? — вопросом на вопрос ответила я.

— Даже не сомневайся, — заверил меня Вильгельм.

Дождался моего утвердительно кивка, после чего принялся первым спускаться с крыльца, не обернувшись проверить, следую ли я за ним.

Идти пришлось недолго. Как ни странно, но это действительно напоминало пикник. Теана и Оскар ожидали нас на небольшой полянке вдали от главных аллей университета.

Я напряглась и принялась озираться в поисках Коннора. К этому моменту совсем стемнело, поэтому я не сразу заметила приятеля. А когда все-таки увидела — то чуть не кинулась к нему со всех ног. Уж очень странно он выглядел.

Коннор сидел прямо на земле чуть поодаль от остальных. Его зеленый жилет с эмблемой факультета скомканной грязной тряпкой валялся в стороне. Рубашка была порвана, и на груди засохшей кровью запеклись несколько длинных порезов. Но главное — лицо Коннора. Застывшее, с заострившимися чертами и совершенно пустым бессмысленным выражением глаз.

Моего появления Коннор, по-моему, вообще не заметил. Его взгляд оставался абсолютно безразличным к происходящему вокруг.

— Что вы с ним сделали? — выдохнула я, неимоверным усилием воли заставив себя остаться на месте, а не броситься к приятелю на помощь. Потому что именно этого ждал от меня Вильгельм. Вон с каким разочарованием поджал губы, когда этого не случилось.

— Пока ничего, — вместо брата ответила Теана и подарила мне чарующую улыбку, добавив: — Ну, почти. Я лишь немного пощекотала его своими ноготками.

Ноготками?

Меньше всего раны на груди Коннора выглядели так, как будто их оставили ногти — слишком ровными и глубокими они были. Скорее, его кожу расчертили ножом.

— У меня очень острые ноготки, — насмешливо добавила Теана и вдруг располосовала воздух взмахом остро наточенного стилета, который выхватила из ножен на поясе. Добавила с ядовитой иронией. — Стальные и смертельно опасные.

Теперь понятно, откуда у Коннора порезы. И я невольно попятилась, но в следующее мгновение Вильгельм, стоявший рядом, грубо подхватил меня под локоть, принуждая остановиться.

— Ты, смотрю, еще не начинал развлекаться, — продолжила Теана, обращаясь к нему, и смерила меня недовольным взором.

— Оставил самое сладкое на потом, — хмыкнул Вильгельм.

— Не нравится мне это, — вдруг сказал Оскар.

Парень в отличие от остальных сильно нервничал. Очень бледный, он без остановки расхаживал по полянке, то сжимая, то разжимая кулаки.

— Мы не должны так поступать. — Оскар резко остановился и угрюмо, исподлобья, посмотрел на брата. — Подобное не сойдет нам с рук!

— Да остынь ты, — лениво посоветовала ему Теана. — Это же безродные! Если все пройдет так, как задумано, то никто не посмеет нас тронуть. Подумаешь, придумают какое-нибудь смехотворное наказание. Но главное — мы останемся в университете!

Так. Сдается, Вильгельм многое мне не рассказал. Потому как слова Теаны идут вразрез с его утверждением о том, что их отец отказался платить за обучение детей, поэтому они в ближайшее время покинут университет.

И я перевела вопросительный взгляд на Вильгельма.

— Я соврал, — спокойно сказал тот, без особых проблем угадав мои мысли. — Мы собираемся убить вас. Коннора — точно. Насчет тебя еще не уверен.

По-моему, сердце у меня вообще перестало биться в этот момент. Я вдохнула — а выдохнуть забыла. Но больше всего меня поразил тон Вильгельма. Совершенно равнодушный, как будто речь шла о чем-то обыденном.

— Как это не уверен? — капризно удивилась Теана. — Двое безродных в жертвенном круге — и у нас вдвое больше шансов на успех.

— Здесь я принимаю решения! — осадил сестру Вильгельм. Неожиданно протянул руку, погладил меня по щеке и многозначительно добавил: — Я люблю покорных девочек. И если Амара пообещает быть очень послушной, то, возможно, я проявлю милость.

От прикосновения парня меня бросило в крупную дрожь. Я без особых проблем поняла, на что он намекает.

Ну нет, мерзость какая! Уж лучше умереть, чем позволить подобное.

— Ты весь в папашу, — раздраженно фыркнула Теана. — Тот тоже ни одной смазливой мордашки пропустить не