Дамнат - Ростислав

— Да и братан сердится. Давайте к делу. Все-таки, Ниа, будь добра и просвети нас, что такое, или кто такой «Ключ»?

Ниа, обхватив себя за плечи, некоторое время, видимо боролась с собой. Внутри нее смешалось всё — детские обиды, беспокойство за брата, злость из-за того, что они стали пешками в чужой игре.

— Ключ это такой… тайный орден, — наконец, сказала она. — Почти что новый культ. Взамен старой веры. И в нем все высокопоставленные люди. Анастасий их глава. Ключ всегда — всегда! — преследовался идшукантами. Помните, три года назад повесили Диурмия? Бывшего до Кипра главным советником? Помните?

Аркера кивнул. Каллад тоже.

— Говорят, он был магистром «Ключа».

Беддах задумчиво покивал:

— Свято место пусто не бывает. Следовало ожидать, что заместо предвечников придут новые. А в чем суть «Ключа»-то?

— Они верят, что Дакси и есть ключ. Ну, избранный что ли…

— Ага! — понимающе протянул Беддах. — То-то я думал, о чем же Эндр с вами толковал? Так оно теперь понятно. Ключ, это чтоб магию возродить, значит. Вот оно что… И крыс шукантный среди них. А Кипр же что? Он тоже из тех?

— Да.

— Так. Я что-то не понимаю… Он велел вас упрятать до поры до времени, я правильно понимаю?

— Да, так и есть.

— Так Анастасий что же? Он тоже этого хочет?

— Нет. Внутри ордена Ключа — это только мои догадки — существует раскол. Сторонники Кипра считают, что нам не выстоять в войне с Ассадхой, и Дакси еще не готов. Поэтому нас надо спрятать. Сторонники Анастасия… они объявили братишку новым королем.

— Чего? — изумились Беддах с Аркерой. Каллад выгнул бровь. С каждой минутой все становится запутанней и сложней. Каллад начал понимать каково это — быть пешкой. В чужой игре. И это ему не нравилось.

— Новый король, — ответила Ниа, глядя на замок, за которым скрылся отряд Анастасия и Грига. — А вы не слышали? Дакси теперь — Даксим Первый.

— И чего ты сразу не сказала? — спросил Аркера.

— А какое это имеет значение? — взорвалась Ниа. Похоже, девка действительно не подарок. Чуть что, сразу кипятится.

— Потише, не кричи так, деточка, — сказал Беддах. Веханец, кажется, действовал на нее успокаивающе. Девушка посмотрела на него и потупила взор.

Ей явно не хватало отца. Бедная богатая сиротка. Каллад так и не понял, как к ней относиться. Но что-то в ней ему определенно нравилось.

— Нам все равно не править, — сказала она мрачно. — Никогда. Да мы не хотим этого. Ни я, ни Дакси. Всю нашу жизнь мы просидели взаперти. Всю жизнь нам что-то говорили, не слыша нас, и чему-то учили, не спрашивая.

— Оставим этот разговор, — сказал Беддах. — Дадут боги, выберемся, а там уже будем думать, что дальше. Сначала подумаем, как быть с этим?

— Ты же сам сказал, ждать? — недовольно сказал Аркера, стараясь не смотреть на девушку.

— Подумаем, — почесав затылок, начал Беддах. — Они все в замке шукантей. Значит либо Анастасий выйдет с нашими и отправится во дворец, либо…

— Либо начнется резня.

— И в том и другом случае — расклад не очень.

— Что делать?

— Я думаю, есть выход, — вмешалась Ниа.

— Говори.

Ниа замялась. Посмотрела на окружавших ее наемников. Остановила взгляд на Аркере.

— Ты же лучник, так?

— Да, и очень неплохой.

— Убей Анастасия!

— И что дальше? — спросил Беддах. — Скажи мне, девочка, как это поможет делу?

Ниа надулась и уткнулась в землю. Каллад решил, что сейчас настал момент… обратиться к ней.

«Ниа, — осторожно начал он. Девушка ожидаемо дернулась и несмело посмотрела на него. Если к Аркере она относилась как дикая кошка, яростно оберегающая свое целомудрие, к Беддаху — как отцу, которого у нее не было, то его явно боялась. — Ниа, хорошо, что ты меня слышишь. Не пугайся так, я не кусаюсь…»

— …убийство Анастасия внесет сумятицу, — продолжал Беддах, не замечая, что Ниа уже не слушает его. — А это еще хужее. Кто знаит, что взбредет в бошку толпе вооруженных людей? Надоть ведь сохранить ваши жизни, так? Вот от этого и отталкиваемся…

И почему он заговорил с ней? Каллад и сам не понял. Это был сиюминутный порыв. И он хотел этого. Хотел заговорить… Ведь все это время, со дня смерти отца, он невыразимо одинок. Да у него есть брат, с которым прошел огонь и воду. Но то брат! Брат есть брат, и всегда им будет. Но брат никогда не даст ему чего-то настоящего. Чего-то сокровенного.

Быть услышанным кем-то другим. Сказать что-нибудь. Прошептать, и пусть слово родится. Только для того, кто по-настоящему примет ценность того, что он скажет.

Любой звук, произнесенный вслух, разрушит эту магию, возникшую между ними. И потому девушка молчала, ожидая. Аркера тоже что-то почувствовал и насупился. Приревновал? Каллад улыбнулся, взглянув на звездное небо.

«Я рад, что ты меня слышишь, — мысленно сказал Каллад, и, подумав, добавил: — Я обещаю, мы вытащим твоего брата. Чего бы нам это не стоило. Аркера! Поговорим?»

Они отошли. Глядя в глаза брату, Каллад всем телом ощущал, что она на него смотрит. На них обоих. Странно, наверное, это выглядело со стороны. Два парня в полном молчании друг против друга.

Наконец, они вернулись.

— Вот что мы решили с Калладом, — сказал Аркера. — Мы залезем на стену и будем оттуда наблюдать. Не вмешиваясь. Будем ждать подходящего момента. Дадим знак…

— Только не магический! — вставил Беддах. — Знаю, Мёд учил тебя подобным штукам! Он и Тимьяна научил…

— Я не дурак, знаю, Беддах. Делать такое в логове вордуров — все равно что сунуться в петлю. Не боись, у нас есть способы попроще. А вы с Ниа будете неподалеку.

— Решено, — кивнул Беддах. — Хороший план. Лучшего не нам все равно не придумать.

Стена была высотой в полтора-два человеческих роста и венчалась прямоугольными зубцами. В глухом темном тупике, к стене были привалены потрескавшиеся, местами подпаленные бревна и брусья, неподалеку — кучка битых кирпичей и булыжников с каменоломен, мешки с песком. Место давно заброшенное, сорняки пробились меж строительным мусором.

— Как раз, — оценил Аркера. — Прямо нарочно для таких, как мы, правда Каллад?

Каллад кивнул. Указал на стену и повернулся, но Аркера остановил его, положив руку на плечо.

— Постой, брат. Скажи мне, что было там, с Ниа?

Каллад стряхнул его руку. Посмотрел на него сверху вниз. Он был старшим и в прямом и в переносном смысле.

«Ты и в самом деле думаешь, что мы ей ровня? Ты что, Аркера? В своем уме? Еще совсем недавно как крысы, шарились по помойкам и