Расколотая империя - Алексей Александрович Иванов

брать Палату Власти штурмом. Или тайно проникать на заседание под «скрытом»… Хотя попробовать последний вариант было бы интересно, — задумчиво обронил он и тут же дернулся от легкого шлепка Милевы. — Я просто хочу понаблюдать за происходящим если не из первых, то хотя бы из вторых рядов. Или тебе понравилось совершать забеги через весь город?

— Думаешь, после твоей ночной дипломатии, Красный двор решится на нападение? Да еще в стенах Палаты Власти? Поддержки Лиара не получит, а ее собственных сил недостаточно.

— Безумцы способны на многое. Никогда не знаешь, чего от них ожидать.

— Богатый личный опыт? — немного ерничая, спросила Милева, с некоторым сожалением посмотрев на свою измятую одежду. Ночью она так устала, что не стала ее снимать. Хотя ее следовало не просто снять, но и сменить или хорошенько постирать.

— Верно подмечена, — согласился Тар, протянув ей большую стопку чистой одежды. Мужской и непритязательной, но подходящей по размеру. — Небольшой подарок за сообразительность.

Милева хотела ответить что-нибудь едкое. Но сдержалась. Подарок того стоил.

— Отвернуться не желаешь? — уточнила она, дернув один из шнуров своего колета.

— Ты права, не желаю, — нагло ухмыльнулся Первый принц, вновь напомнив старого Тара.

Боднув его злым взглядом, Милева не стала себя долго упрашивать и начала раздеваться. Соблазн избавиться от запыленной, пропахшей потом и дымом одежды, сменив ее на чистую, оказался слишком велик.

Да и чего ей стыдиться и перед кем? Своего тела перед Таром?

Облачившись в чистое, она сразу же почувствовала, как ее настроение ползет вверх. Не помешала бы ванная, если не с ароматной, то хотя бы с горячей водой. Но об этом оставалось лишь мечтать.

— Я понимаю, почему в Палату Власти так стремишься ты, — проворчала она. — Но мне что там делать?

— Ты не хочешь увидеть Рантора? Пусть и издалека?

— Рантора?

— Голос в Палате Власти при выборах императора.

— Ему нет двенадцати. А значит, этим голосом должен распоряжаться его законный… — Милева осеклась.

— Вижу, ты поняла. Законный представитель, которого нет. Харус может сколько угодно заботиться о своем официальном младшем брате и неофициальном племяннике. Но законного опекуна, а значит и представителя, назначает Палата Власти. В данный момент это просто невозможно. А раз нет законного представителя, несовершеннолетний выборщик должен присутствовать на заседаниях самолично. Хоть и не может голосовать. Такой вот юридический казус.

Причины не верить Тару и Милевы не было. Вернее, у нее были сотни таких причин. Но не в этом вопросе. Уроки императрицы Имсаль не ограничивались изматывающими тренировками. Она готовила сына как наследника империи. Так что Тар отлично разбирался в законах. Хоть порой, когда ему было это выгодно, «плавал» в них, изображая забывчивость или непонимание.

— А меня не узнают? Твоя маска не показалась мне особо эффективной. — поинтересовалась она, пытаясь перебороть сомнение.

Желание увидеть сына боролась в ней с мыслью о его безопасности. Вчера они и так довольно примелькались в городе. Где бы Тар не появился, он всегда на виду. А значит, кто-то вскоре задастся вопросом о его спутнице. Хорошо если ее принимают за Кэру. Но некоторые люди отлично знают, что ученица Тара куда-то сбежала.

— Все предусмотрено, Огонек. В доспехах стражников Белого города нас никто не узнает, — указал Тар, бросив ей украшенный небольшими серебряными крыльями шлем.

Глава 36

Последняя воля

— Тебе следует нанести визит в клан Асог, — продолжала наставлять сына Сейлан, когда они спустились по ступеням на площадь. — Они колеблются. Попытайся перетянуть их на нашу сторону.

— Каким образом? — поинтересовался Харус, скорчив недовольную мину. В последнее время мать стала невыносимой со своими постоянными советами. А этот не предвещал ничего хорошего.

— Брак, мой дорогой сын. У лаэра Гаторуса две дочери. До этого он отчаянно торговался с Лиарой, чтобы одна из них стала женой Лорса. Но ты ничем не хуже.

— Четвертое подобное обещание. Это не слишком много?

— Не преувеличивай, всего лишь третье.

— Четвертое, мама. Четвертое. Ты забыла про Эльгери ати Унсан.

— У твоего отца было пять жен, — напомнила Сейлан. — Но он не жаловался.

— И к чему это привело? — парировал Харус. — А мое мнение, как обычно, никого не интересует?

— Почему же, — ободряюще улыбнулась сыну Вторая императрица. — Я же сказала, что у лаэра Гаторуса две дочери. Так что в этот раз у тебя есть возможность выбора.

— Как щедро с твоей стороны, — скептически отозвался Харус. — Отвезу Рантора в поместье и займусь твоими дочерьми лаэра Гаторуса.

— Скорее твоими. Одна из них, так точно. А за Рантора не беспокойся. Я сама провожу его в поместье. К тому же, я хотела перекинуться несколькими словами с твоей астшанской гостьей.

Немного помедлив, Харус положил ладони на плечи мальчика, стоявшего рядом с ним, и легонько подтолкнул его к Сейлан.

— Не налегай на тренировки. Отдохни, — посоветовал он племяннику.

Рантор ничего не сказал, только молча кивнул в ответ. После гибели матери, разговаривал он крайне редко, предпочитая отмалчиваться. Харус к нему не лез. Не знал, чем помочь. Да и времени заниматься сыном Тара и Милевы у него не было. Особенно теперь, когда все завязалось в такой запутанный узел.

Один из стражников Белого города помог Второй императрице и Шестому принцу забраться в украшенную оранжевым шелком повозку. За что заработал снисходительно-покровительственный кивок от императрицы Сейлан.

На короткий миг Харус засомневался. Так близко к победе, но все еще так далеко — не понадобился ли матери Рантор для очередной интриги? Но затем он отверг эту мысль.

Даже она не настолько жестока, чтобы использовать ребенка в своих играх. Для них сын Милевы слишком мал. К тому же он некоторая гарантия того, что Тар не станет громить Оранжевый двор, если узнает правду.

Насчет последнего, после убийства Милевы, Харус сомневался. Щит из Рантора слабый, но в будущем из него может получиться неплохой меч?

«Похоже, я начинаю заражаться цинизмом матери. Или это всегда было во мне, просто я отказывался признавать свою природу?» — подумал Харус, забираясь во вторую повозку.

Только устроившись на низком сидении, с круглыми валиками подушек, он понял, что что-то не так. Правая рука принца дернулась к мечу.

— Не стоит так нервничать, — донеслось с противоположной стороны. И из воздуха появилась знакомая фигура, небрежно развалившаяся на мягких подушках.

— Тар?

— Ты ждал кого-то другого?

Первое, что бросалось в глаза, вместо привычного темно-зеленого цвета, Тар облачился в одежду и доспехи стражников Белого города. Этот ход Харус оценил. Тар даже шлем захватил, а их он носить не любил. Зато так он стал невидимкой.

Стражники и слуги — никто не обращает на них внимание. Подобный маскарад действует лучше всякого «скрыта».

— Никого я не ждал. А особенно тебя, — нахмурился Харус. Не то, чтобы он боялся. Но то, как Тар обошелся с Милевой, не могло не настораживать.

— Как прошло заседание? — Сняв шлем, Тар устроил его на коленях.

Харус дернул щекой. Отвечать не хотелось. Но отвечать придется.

— Никак. Лорс не доживет до вечера. Медея мертва. А с ней мертвы и старые договоренности. Лиара и Бадрис жаждут крови друг-друга. Я думал, они прямо в Палатах Власти передерутся. Но обошлось. Да и стычек в городе между синими и красными нет. Просто чудо какое-то.

— Ты на него смотришь, — обрадовал Тар брата. К чему нужна эта ложная скромность — никто не оценит. — Своих бойцов у Лиары практически не осталось. Контроль над кланом Вэйр после смерти брата, она потеряла. А союзников Красного двора я смог убедить не влезать в эту драку.

— Приставив меч к горлу?.. — многозначительно хмыкнул Харус. Может его старший брат и сошел с ума, раз убил Милеву, но хватки он не утратил. — Да ладно, Тар, чему ты удивляешься? Я слишком хорошо тебя знаю.

— Если это работает, то зачем использовать что-то другое? И все же, как разделились голоса?

— Демоны, Тар! Все летит прямиком на нижние планы, а тебя волнуют только голоса?

— А тебя они не волнуют? Тогда зачем ты собрался в клан Асог? — бросил Первый принц.

Харус едва заметно вздрогнул. И тут же вспомнил двух или трех стражников Белого города, которые стояли возле лестницы.

— Ты завидуешь моим шансам, что ли? — раздраженно и излишне громко бросил он. Огляделся по сторонам. Вспомнил, что они на улице, а толстый полог повозки не лучшая защита от чужих ушей. Ладно его помощница Нея и остальные стражи Оранжевого двора. Они не выдадут. Даже его матери ничего не расскажут. Но есть и просто зеваки. —