Дракон Тирании - Cokol-d

— Не волнуйся, Темная Королева, ты ещё увидишь здесь некоторые интересные подробности, — посулила Реликвия Знаний, продолжая просмотр.

— Она собирается просто проследить за ними, чтобы получить преимущество на турнире, — Блейк совершенно не оценила красивые слова Вайсс и сделала достаточно уверенное предположение об истинных мотивах товарища.

— Попробуй докажи это, — фыркнула Вайсс, тем самым косвенно подтвердив подозрения Блейк.

— Да ладно вам, — Руби не хотела слушать споры своих подруг, а потому решила перевести тему. — Давайте лучше пойдем вон туда. Видите? Кажется там что-то произошло.

«Кажется» — это ещё мягко сказано. Магазин праха был чуть ли не замотан в ограничивающую ленту. И подойдя ближе, девушки увидели, что у магазина были разбиты все витрины, и страшная разруха творилась внутри. Перед магазином же стояло несколько полицейских, осматривающих всю эту разруху.

— Здравствуйте, — Руби привлекла к себе внимание одного из служителей закона. — Что здесь произошло?

— Ничего хорошего, — отозвался мужчина, поворачиваясь к отвлекающей его детворе. Он уже собирался отослать настырных зевак подальше, как заметил оружие с мехасдвигом, что было у команды RWBY с собой. — Охотницы?

— Да, — тут же кивнула Руби, не уточняя, что они лишь студенты.

— Нам нужно знать, что здесь произошло, — Вайсс приняла самый официальный вид, и начала распоряжаться, по другому и не скажешь.

— Ограбление, — буркнул полицейский, которому совсем не понравился тон девушки, что ему в дочери годиться, но и связываться с охотницей он не желал. — Второй магазин праха за неделю.

— Это не ограбление, — заметил Жон. — Вор тихо пришел и тихо ушел, в этом основное отличие воровства от разбойного нападения. Тут же откровенный погром, это больше похоже на послание или акцию устрашения.

— Это была месть, — отозвался Роман, хмыкнув на слова парня с драконьей душой.

— Месть? — Руби скептически выгнула бровь. — И чем тебя обидел магазин праха, не предоставил скидку?

— Это не я мстил, Красная, — Роман даже немного оскорбился на такое подозрение. — Просто мне навязали кучку придурков из Белого Клыка, что считали своим долгом наделать как можно больше шума во время любой задачи, какую им не поставь.

— Что? — Сиенна, которая до этого развалилась в своём кресле чуть ли не полулежа, теперь села прямо и недовольно посмотрела на известнейшего в Вейле вора. — С каких пор Клык работает с уголовниками?

— Пару лет, если верить новостям, — заметил Жон. — Вам стоит уделять хоть немного внимания тому, что пишут о вас в газетах и говорят по телевизору.

На подобное замечание Сиенна недовольно фыркнула. Она всегда считала официальные новости отупляющей жвачкой для мозгов, где любую новость преподносят только в выгодном для денежных мешков ключе.

— Кому может понадобиться столько праха? — поинтересовалась Янг.

— Может армия? — предположила Руби.

— Армия? — полицейский не сразу понял, о чём идёт речь. — Вы имеете в виду Белый Клык?

— Это выглядит сомнительным, — тут же заявила Блейк.

— Выглядит как кучка дегенератов и террористов, — Вайсс не согласилась с мнением товарища.

— М-да? — Блейк выгнула бровь, прежде чем капнуть ядом в ответ. — Какие вульгарные слова для принцессы, хотя чего ещё можно ожидать от Шни.

— Моя семья тут не причём, — Вайсс нахмурились. — И мне не нравится твой тон, Белладонна.

— У тебя тон тоже не сахарный, Шни, — Блейк сложила руки на груди. — В чём вообще твоя проблема?

— Моя проблема в том, что какая-то кучка сумасшедших грабит деловых партнеров моей семьи, — Вайсс тоже встала в позу.

— Белый Клык не кучка сумасшедших, они группа заблудших фавнов.

— Сильно заблудших, — прокомментировал слова своей дочери Гира.

— Не все были готовы довольствоваться бесконечной и бесполезной болтовней, — Сиенна питала некоторое уважение к главе Зверинца и основателя Белого Клыка, но при этом у неё не было никакого уважения к занятой Гирой позиции.

— И поэтому вы выбрали насилие? — фыркнул Жак.

— Кто бы знал, как же меня бесят все эти рассуждения о ненасилии, — задумчиво произнес Жон. — Особенно когда я слышу эти слова от кучки лицемеров, что всю свою жизнь положили на борьбу, военную, политическую или экономическую.

— Ты сам назвал их лицемерами, — заметила Диана.

— Ты сама поняла, что сказала? — Вайсс выгнула бровь. — Они заявляют о желании уничтожить всех людей.

— Что? — Сиенне показалось, что она ослышалась.

— Пиар, — Жон пожал плечами. — Если ты не борешься с врагом на его поле только потому, что это его поле, то победа присуждается ему по техническим причинам. Нравится тебе это или нет, но просто выйти и сказать «а они всё врут» мало.

— Сильно заблудшие, — у Блейк не было аргументов против, поэтому она просто решила стоять на своём мнении из чистого упрямства, но осознавая бессмысленность подобного, она решила перевести тему. — И это всё ещё не объясняет, зачем они грабят магазин с прахом посреди Вейла.

— Действительно, каким же образом связаны взрывоопасные топливные элементы и терроризм, — сарказм из Вайсс полился рекой.

— Но Блейк права, — Руби уже устала слушать этот обмен колкостями. — Раньше они так не делали, а тут вдруг сразу два ограбления за неделю.

— Это не меняет того, что Белый Клык — кучка подонков, — Вайсс фыркнула.

В этот момент все фавны в зале поморщились, так как все они в той или иной степени относились к Белому Клыку. И уж тем более у всех у них были причины недолюбливать семейство Шни. Просто причины у всех были разными, разным было и отношение к этим причинам.

А вот самой Вайсс было реально стыдно за те слова. Сейчас она как никогда слышала во все этом даже не своего отца, а проплаченную им антирекламу. Хороша наследница великой корпорации, верит тому, что говорят по телевизору.

— Фавны могут лишь лгать, обманывать и красть, — продолжала меж тем Вайсс.

— Это не совсем так, — даже Янг весьма скептически отнеслась к словам товарища.

— Неужели? — Вайсс продолжила напирать. — Как по мне все фавны делятся на две группы, первая уже состоит в Белом Клыке, а вторая при любой удобной возможности вступит в Клык.

— Как по мне, ты просто избалованная дура! — Блейк не выдержала и первой перешла на оскорбления.

Это послужило началом ссоры.

— Боже, зачем нам вообще показывают эту подростковую драму? — вздохнул Кроу, делая большой глоток из своей фляжки.

— Я уже объяснила, зачем мы смотрим это, Бранвен, — Джин покачала головой, не одобряя употребление алкоголя в этом месте. — Тебе стоит проверить своё здоровье, если даже в таких простых вопросах тебе требуется напоминать события, которым нет и получаса. Но кое в чём алкоголик прав…

— Эй! — Кроу не любил, когда его называют алкоголиком. Он считал себя выше этого, так как надирался алкоголем не просто так,