По ту сторону дороги - Екатерина Андреева

Слева от меня послышались истошные крики, и я, не раздумывая, бросилась в ту сторону. Кварл схватил женщину и собирался утащить её под землю. Его задние лапы уже разбрасывали снег, а зубы вцепились в ногу несчастной. Его лоб оказался удобной целью, и я спустила курок. Выстрел прозвучал как-то особенно громко, зверь мгновенно упал на снег. Женщина, выбравшись из-под уродливого тела, дрожала, не в силах двинуться с места. Голову кварла украшали две дырочки, я повернулась — в трёх шагах от меня стоял Двэйн, он, как и я, ещё не успел опустить руку. Мы переглянулись: в его глазах застыла холодная уверенность, он словно не испытывал страха.

— Тебе идёт боевой вид, — вдруг без тени ухмылки произнёс он, и мои брови от удивления поползли вверх.

Представляю, как сейчас выгляжу: растрёпанные волосы, окровавленный рукав, сумасшедший взгляд, по крайней мере, так я себя представила. Эти мгновения, что мы смотрели друг на друга, были странными — Двэйн словно выбился из реальности, затянув с собой и меня, что за мысли появились у него в голове, мне было неизвестно, но, кажется, они немного потрясли его — на его лице застыло странное выражение.

Внезапно раздался рык, Двэйн резко обернулся, но не успел даже среагировать, как кварл повалил его на землю и потащил за собой. Лапа чудовища вцепилась в руку старшего, заставив того вскрикнуть от боли. Двэйну никак не удавалось прицелиться. Старший уже по шею погрузился в снег, когда я рванулась к нему на помощь. «Нет!» — мой крик вырвался из горла жалким карканьем. Голова Двэйна исчезла.

— Сюда! — истошно закричала я тому, кто меня услышит. Упав на колени, я судорожно стала разгребать снег руками. — Двэйн, Двэйн! — я не ощущала, как холод жёг мою кожу, и продолжала копать. Снег, снег, только снег. Где он? Где он? Где он? — Двэйн!

Где-то в глубине раздался приглушённый звук, и я заработала руками ещё живее. Меня колотило бешеной дрожью, он не мог утащить его, не мог! Я вскрикнула, когда вдруг показалась рука. Она слегка шевелилась, а я копала, и копала. И, наконец, появилось лицо старшего, он надрывно закашлялся, переворачиваясь на бок. Тело всё ещё оставалось в земле, но я облегчённо выдохнула. Не осознавая, что делаю, я приложилась лбом к его виску, тяжело дыша. Как же я испугалась! Прошло, наверное, не больше полминуты, когда Двэйн хрипло произнёс:

— Я, конечно, польщён твоими переживаниями, но мои ноги скоро превратятся в ледышку.

Я быстро подняла голову, смущённо пробормотав «прости», и помогла ему выбраться из ямы.

— Где кварл?

— Кажется, я застрелил его. Пальнул наугад. Повезло. Он зарылся глубже, чем я, туда ему и дорога, — старший с трудом поднялся.

В рейте становилось тише, выстрелы звучали всё реже, и только плач слышался отовсюду.

— Ты в крови, — произнесла я, глядя на руку Двэйна.

— Ты тоже, — усмехнулся он. — Спасибо, что откопала меня. Кажется, скоро у меня вырастит огромный долг.

— Не думаю, — махнула я рукой, — мы с тобой быстро рассчитываемся.

Он усмехнулся, и в этот момент раздались крики сразу нескольких людей. Мы побежали на голоса. Возле дома Двэйна кварл тащил кого-то под землю, а тот отчаянно сопротивлялся, хватаясь за Ли и Кени. Жертвой оказался Рейган. Его нога застряла в пасти чудовища, продолжавшего упорно тянуть за собой.

— Стреляйте! — закричал Двэйн, пока мы бежали в их сторону.

— Патроны кончились! — отозвался Кени.

Рейган ревел от боли, Двэйн выставил пистолет, но за мгновение до того, как он успел нажать на курок, раздался ужасный хруст, а за ним последовал нечеловеческий вопль. Выстрел. Тварь упала без движения. Я остановилась как вкопанная, меня затошнило. Правая нога Рейгана была перекушена по колено, кровь заливала снег, а Рейган резко стих, потеряв сознание. Кени и Двэйн быстро потащили старшего в лечебницу. Вэнди и ещё несколько лекарей бежали впереди них. А я не могла пошевелиться от шока, в ушах стоял тот ужасный звук, а перед глазами вставал вид искалеченной ноги. Меня мутило и покачивало. А рядом вдруг раздался детский голос:

— Это его кровь? — я перевела туманный взгляд на силуэт возле себя. Джоанн стояла полураздетой, на её лице исчезло прежнее выражение заносчивости и язвительности, а глаза испуганно смотрели на багровый снег.

— Его, — ответила я, лгать было бессмысленно.

— Он умрёт, да? — в её голосе послышалась дрожь.

— Нет, он не умрёт. Пойдём, покажи мне своё жилище, я посижу с тобой до утра.

Джоанн не стала возражать, я взяла её за руку, она не противилась и этому, и мы пошли прочь от этого ужасного места.

Кварлы этой ночью унесли с собой двадцать человек и пол ноги. Рейт жёг свечи и пел погребальные песни три вечера. Но мрак не рассеивался ещё очень долго.

Глава 34

« — Термин «призрачная война» давно уже вышел из нашего лексикона. Спросите у любого жителя Города, никто и объяснить не сможет, что это такое, разве только остались ещё те, кто обучался по старой системе образования.

— Но среди старшего поколения всё-таки ходят разговоры о том, что вернётся новая волна недовольства, вновь наступит война, об этом даже пишут некоторые издания. Как они выражаются — их статьи отражают настроения общества.

— Ерунда! Покажите мне эти газетёнки и их безграмотных редакторов. Наверняка, у них нет лицензии, в официальных изданиях подобной чуши мы не пропускаем. Отдел безопасности и сам Совет уверяет всех нас — «призрачная война» не более чем фрагмент из прошлого, а ныне сказка-страшилка. Охота уничтожила возможность изгнанникам вновь напасть на Объединения, а тем единицам, что спаслись, сама Пустошь не оставила шансов».

— газета «Звезда Закона»,

интервью третьего советника — Джима Эверса.

Первые дни весны в рейте встречали как благословение небес. Здесь, к слову, в отличие от Городов верили в светлый дух Пустоши и её тёмного брата. Особых молитв или обрядов не существовало, каждый верил по-своему, соблюдались лишь ритуалы и традиции самого рейта.

На третий день весны, несмотря на всё тот же невообразимый холод, в рейте устроили грандиозный праздник. Он всем нам был необходим, он вселял надежду на то, что наша жизнь ещё может быть счастливой.

Ленты и самодельные цветы пестрели на каждом углу. От такого разноцветья