27 принципов истории. Секреты сторителлинга от «Гамлета» до «Южного парка» - Дэниел Джошуа Рубин

ОТВЕТ

Правильный ответ: г) сам факт изменения характера малыша сделает историю менее убедительной, а маму менее интересной, потому что в этом случае не возникнет никаких драматических вопросов и маме нечего будет делать. Поскольку ребенок такой трудный, героиня вынуждена много с ним взаимодействовать. Благодаря ее поступкам мы узнаем, что она находчива, решительна, чутка, изобретательна, нравственна и готова идти на компромисс.

19. Обеспечьте противостояние злу

«Бог сделал человека свободным в его выборе между добром и злом. И это потрясающий подарок».

Энтони Бёрджесс, писатель

ПРЕДИСЛОВИЕ

Прежде чем мы перейдем к этой трудной теме, важно отметить, что вам не нужно противостоять злу в каждой истории. Потому что, как уже упоминалось в предыдущей главе, не у всех антагонистов злые намерения. Так что если вы предпочитаете более легкомысленные истории или, к примеру, как-то особенно чувствительны, можете пропустить этот принцип. Но если вас интересует темная сторона личности/жизни, если вы не боитесь рассматривать самое что ни на есть худшее в человеке и/или человечестве, вам следует подойти к этому вопросу с уважением. Это нелегко. Я сейчас говорю не о таких стереотипах зла, как, положим, подлые мужчины с закрученными усами и в черных плащах. Я говорю о реальности – о войне, убийствах, изнасилованиях, жестокости, издевательствах, терроре, предательстве. И о страданиях, которые они причиняют.

Когда Тони Моррисон торпедирует рабство в романе «Возлюбленная» (Beloved, 1987), а Джуно Диас развенчивает диктатуру в произведении «Короткая фантастическая жизнь Оскара Вау», вы можете почувствовать уважение, которое они проявляют к поставленной перед собой задаче. Это видно по вниманию к деталям, по глубине эмоций, ясности тем и остроте вопросов, которые они задают. В «Возлюбленной» автор книги рассказывает о регенерирующей силе сообщества и поднимает вопросы о природе вины. Автор «Оскара Вау» рассуждает о наследии тирании, о мужественности и о рисках, присущих любви. Когда вы в своей истории работаете со злом, уж будьте уверены, что среди ваших читателей/зрителей обязательно найдутся люди, которые проходили через что-то подобное, и они поймут, о чем идет речь. Поэтому вы ответственны и перед ними, и перед самим собой (как художником), и перед прототипами жертв, о которых вы, возможно, пишете. А следовательно, вы обязаны подойти к этому предмету с любовью, мужеством, сочувствием, достоинством и уважением.

КАК ЭТО РАБОТАЕТ?

Зло, о котором мы тут говорим, есть сознательное причинение страданий людям, которые их не заслуживают. Агрессор понимает, что он делает: причинять вред людям – это его сознательный выбор. И хотя можно сказать, что психически больной человек, устроивший стрельбу в школе, или впавший в состояние аффекта и развязавший драку с непредсказуемыми последствиями пьяный муж, внезапно узнавший об измене жены, – оба совершили злодеяния, речь сейчас идет не об этом. Речь идет о сознательном насилии, причиняя которое агрессор наслаждается и черпает в этом силу. И хотя всякого рода членовредительство и прочее жестокое обращение с человеческим телом само по себе ужасно, ущерб, о котором мы говорим сейчас, выходит далеко за рамки физического.

В своей книге «Люди лжи: надежда на исцеление зла» (People of the Lie: The Hope for Healing Human Evil, 1983) М. Скотт Пек, получивший образование психиатра в Гарварде и к тому времени уже являвшийся автором бестселлера «Непроторенная дорога» (The Road Less Traveled, 1978), писал:

«Когда я говорю, что зло связано с убийством, я не ограничиваю свои рассуждения только физическим аспектом этого действия. Зло – это то, что убивает дух. Существуют различные неотъемлемые атрибуты жизни, особенно человеческой жизни, такие как способность чувствовать, передвигаться, наличие сознания, рост/взросление, проявление самостоятельности, свобода воли. Можно убить или попытаться убить что-то из этого в человеке или в животном, фактически не разрушая его тело. То есть можно сломать лошадь или даже ребенка, не повредив ни волоска на его голове».

В истории, которую вы пишете, смерть, конечно же, может быть разрушительной. Мне не нужно напоминать об этом тем, кто смотрел фильм «Горбатая гора» или мультфильм «Вверх» (Up, 2009) студии Pixar, или слышал о «Ромео и Джульетте» (Romeo and Juliet, 1595) Шекспира, или читал детскую книгу «Паутина Шарлотты» (Charlotte’s Web, 1952). Но при этом мы не можем до конца осознать, что, собственно, это значит – быть мертвым. Это может быть непонятная пустота. Или место на небесах. Или что-то еще в этом роде… Возможно, поэтому в хороших историях зачастую бывает более сложно пережить сознательный отказ персонажа от жизни, духовное и психологическое поражение героя, чем даже его физическую смерть. И когда такое страдание намеренно причиняется злым существом, оно вызывает в нас бурю ответных эмоций: ярость, печаль, замешательство, боль. А за всем этим набором чувств стоят жалость и страх, которые Аристотель обозначил как две отличительные черты трагедии: когда мы видим, как персонажу причиняют боль, мы жалеем его и боимся, что это может случиться и с нами.

Вдобавок ко всему очевидно, что все мы способны на злые поступки и при наличии ряда условий/обстоятельств чуть ли не каждый из нас может перейти на темную сторону. Дьявол торгует волей и властью. Согласно идее Достоевского из его романа «Преступление и наказание», нас всех соблазняет мысль о свободе от этики, морали, вины и стыда. Порой мы фантазируем о том, как действуем в соответствии со своими желаниями, не заморачиваясь потенциальной болью, которую при этом причиним другим, или порочностью самих наших действий: главное – чтобы все сошло с рук. В «Преступлении и наказании» на совершение убийства Раскольникова вдохновляет мысль о том, что если ему все сойдет с рук и он справится с голосом совести, то это сделает его незаурядной личностью.

Все это подводит нас к идее ответственности рассказчика. Если вы планируете в своей истории противостоять злу, у вас должно быть что-то важное, что вы можете сказать на эту тему. Идея Достоевского заключалась в том, что он понимает и даже сочувствует Раскольникову в его желании ощутить себя сильной и свободной личностью, но что Раскольников неправ. И в итоге герой оказывается погребен под