Пророчества книги Даниила: происхождение, история экзегетики, толкование. Царство святых Всевышнего и мировая история - Игорь Александрович Бессонов

– последующие нашествия, вызванные восстаниями Иоакима и Седекии, эту власть лишь укрепляли. Во-вторых, вполне возможно, что именно эта дата является отправной точкой для повествования книги Даниила о завоевании Иудеи Навуходоносором (Дан 1, 1). Первый сон Навуходоносора датируется там вторым годом его правления (Дан 2, 1). Это вторая дата, появляющаяся в книге Даниила, – первая относится к осаде Иерусалима Навуходоносором в третий год правления Иоакима. Поскольку Навуходоносор в этом пассаже фигурирует в качестве вавилонского царя, то можно заключить, что эта осада, по мнению автора книги Даниила, происходила в первый год его правления. Его синхронизация с третьим годом правления Иоакима может происходить из Иер 25, где пророк произносит грозное предостережение в адрес жителей Иерусалима, предрекая Иудее вавилонское завоевание и опустошение на срок 70 лет. Это пророчество датируется «четвертым годом Иоакима, царя Иудейского» и «первым годом Навуходоносора, царя Вавилонского» (Иер 25, 1). Возможно, именно эту дату автор книги Даниила связывал со взятием Иерусалима, описанным в Дан 1, 1, полагая, что пророчество Иеремии было дано непосредственно в год взятия Иерусалима. Несмотря на то, что в реальности взятие Иерусалима вавилонянами произошло только в 597 году до н.э., приведенная в книге Даниила датировка также имеет некоторые исторические основания – Навуходоносор захватил Ашкелон и вынудил Иоакима подчиниться Вавилону именно в первый год своего правления. Возможно, что более поздняя историографическая традиция сохранила некоторую память об этих событиях, однако в ней они смешались с событиями 597 года до н.э., породив противоречивую картину, которую мы и наблюдаем в датировке и описании событий в Дан 1,1.

Отсчет «семи пророческих лет» (2520 лет) от января 603 года до н.э. приводит нас к началу 1918 года. Именно к этому времени относятся события, решающим образом изменившие историю Палестины. 2 ноября 1917 года была принята Декларация Бальфура, санкционировавшая создание в Палестине еврейского государства, а 11 декабря 1917 года английские войска заняли Иерусалим. Таким образом, можно говорить о том, что «времена язычников» действительно завершились после семи пророческих лет, предсказанных книгой Даниила. Указанный расчет подтверждает нашу первоначальную датировку времени господства «малого рога» 658–1918 годами – временем от воцарения Муавии ибн Абу Суфьяна до падения Османской империи. Действительно, первая половина огромного срока в 2520 лет (603 год до н.э. – 658 год н.э.) пришлась на время господства четырех империй (Вавилона, Персии, Греции, Рима), а вторая (658 – 1918 годы) – на период господства «малого рога», символизирующего Халифат.

Примечательно, что связь между окончанием 2520 лет и воссозданием еврейского государства в Палестине была осознана Бар-буром и Расселом еще в конце XIX века. В 1878 году Барбур писал, что в ближайшие 37 лет он, в том числе, ожидает возвращения евреев в Палестину. Это мнение было поддержано Расселом, который в 1890-е годы активно выступал перед еврейской аудиторией в США и Великобритании на темы «Zionism in Prophecy», «Zionism, the Hope of the World» – названия, которые говорят сами за себя[429].

После окончания Первой мировой войны сионистское движение продолжало пользоваться симпатиями «Исследователей Библии» – следующий руководитель этой организации Дж. Рутерфорд в 1920 году выступил в Иерусалиме с речью, в которой говорил об избранности еврейского народа и сионизме как одном из шагов в реализации божественного плана[430]. Этот подход соответствовал общей линии «христианского сионизма», характерного для многих англоязычных протестантских церквей. Ситуация резко изменилась в 1930-е годы, когда «Исследователи Библии» стали именовать себя «Свидетелями Иеговы» и относить все библейские пророчества не к Израилю, а к своей собственной организации. Соответственно, сионизм стал характеризоваться как действие сатаны, что стало радикальным разрывом с христианским сионизмом[431].

Таким образом, приведенное нами толкование, связывающее описанное в четвертой главе книги Даниила мировое древо с Израилем, хорошо отвечает историческим фактам и соответствует событиям, реально произошедшим через 2520 лет после покорения Иудеи Вавилоном. Однако события, произошедшие в 1917–1918 годах, были судьбоносными не только для истории еврейского народа, но и для всей мировой истории. Весь мир был сотрясен событиями, имевшими гораздо более принципиальное значение, чем принятие Декларации Бальфура и завоевание Иерусалима. И указание на эти события мы, вероятно, также можем найти в четвертой главе книги Даниила.

Понимание истории Навуходоносора как притчи, повествующей о судьбе человечества, впервые было предложено Дж. Брауном:

«Браун увидел человечество в истории Навуходоносора. До своего безумия он представляет иудейскую теократию; во время безумия он символизирует “звериные” языческие нации; после своего восстановления он становится образом мессианского царства Иисуса Христа»[432]. Подобный подход превращает Навуходоносора в некоторый символ человеческого рода, своего рода «универсального человека»[433]. Соответственно, происходящие с ним события предстают как образы событий человеческой истории. Подобное толкование есть классический пример типологического истолкования Священного Писания, соединенного с аллегорией (ср. Гал 4, 21– 31). История безумия Навуходоносора есть образ истории человечества и все происходящие с ним события соответствуют различным событиям человеческой истории – это типология. В то же время сам Навуходоносор является символом коллективного человечества – это аллегория. С первого взгляда такое толкование может показаться надуманным, однако более пристальное рассмотрение библейских источников убеждает нас в полной обоснованности подобного подхода – все основания для построения подобного типологического и аллегорического толкования содержатся в библейских текстах и непосредственно в самой книге Даниила.

По мнению Дж. Брауна Навуходоносор фактически представляет собой символ человечества, которым в библейской традиции является Адам, архетип всего человеческого рода. Параллель между первочеловеком, Адамом и образом Навуходоносора, представленным в книге Даниила, заслуживает отдельного рассмотрения. Указание на нее появляется уже во второй главе книги Даниила. В ней пророк говорит царю: «Ты, царь, царь царей, которому Бог небесный даровал царство, власть, силу и славу, и всех сынов человеческих, где бы они ни жили, зверей земных и птиц небесных Он отдал в твои руки и поставил тебя владыкою над всеми ими» (Дан 2, 37–38). Тема владычества над животными, не имеющая смысла в описании реальной царской власти, в данном случае является довольно прозрачной аллюзией к истории первочеловека, которому Бог даровал господство над всем животным миром (Быт 1, 26)[434]. Этот факт еще более очевиден в тексте перевода Септуагинты, который добавляет к описанию сферы владычества Навуходоносора даже морских рыб, еще раз усиливая его отождествление с Адамом.

Рассказ о наказании Навуходоносора и его превращении в животное в этом контексте является аналогом истории Адама, также возгордившегося и изгнанного из Рая. В этой связи интересны наблюдения К. Ньюсом, которая отмечает, что антитеза человеческого и животного, на которой построена история Навуходоносора, связывает ее с