ГРУ. Поединок с «черными полковниками» - Михаил Ефимович Болтунов

Впрочем, вербовка – это всегда хождение по тонкому льду. И результат может быть совсем не тот, на который надеешься. Об этом никогда не забывал Василий Ловчиков. Да и сама жизнь в Голландии, противостояние контрразведки не давали возможность расслабиться. Еще свежи были в памяти каждого оперативного работника события, когда арестовали и бросили в тюрьму их коллегу Владимира Глухова. Он работал в Нидерландах под крышей компании „Аэрофлот“. Его без предъявления обвинений, не представившись, несколько контрразведчиков грубо затолкали в машину и доставили в тюрьму, бросили в камеру. Держали в одиночке семь дней, допрашивали. Однако доказать вину разведчика не смогли и вынуждены были отпустить на свободу. Теперь, надо понимать, спецслужбы действовали более изощренно, и каждый неверный шаг мог привести в ту же камеру. И доказательства на сей раз найдутся.

А голландец, откровенно говоря, был очень привлекателен. Он работал в одной из фирм, которая специализировалась на разработке лазерного оборудования. Эта тема чрезвычайно интересовала Центр. В те годы ученые Советского Союза активно трудились над созданием отечественного лазера. Нужны были так называемые лампы накачки.

Ловчиков обратился к своему новому знакомому, попросил приобрести парочку образцов. Но тот оказался истинным бизнесменом. „Ну что это, две лампы? Ими заниматься не резон“, – произнес он разочарованно.

– А сколько можешь? – спросил Василий.

– Да сколько нужно!

– Хорошо, – согласился Ловчиков, – мы можем сделать и большой заказ, но ты как объяснишь его? Лазером занимается не так уж много стран, и, думаю, спецслужбы все тщательно отслеживают.

– Брось. Я генеральный директор фирмы, у меня сотни заказчиков. Всегда смогу „закрыть“ этот заказ.

Однако не смог. Получилось так, как и предупреждал Василий Дмитриевич. К фирмачу пришли из контрразведки, и дальше он уже работал под их контролем. Но ничего этого не знал инженер торгпредства Ловчиков. Теперь охота началась на него.

Как-то он ехал в Роттердам на встречу с тем же бизнесменом, однако, к счастью, вовремя заметил слежку. Тут же принял решение на встречу не выходить, свернул с маршрута, заехал якобы по делам торгпредства в одну, другую фирмы, обсудил там текущие дела и возвратился домой. Всю дорогу его вели контрразведчики. Слежка повторилась и на следующий день. И так неделю, вторую, месяц.

Василий Дмитриевич понял: что-то произошло. Но что? Почему его так плотно „пасут“? Вскоре появилась и разгадка. Ловчиков вместе с женой приехал в Роттердам. Однако с бизнесменом видеться не собирался, на встречу его не вызывал. И тут в одном из магазинов случайно (!?) столкнулся с ним лицом к лицу. Фирмач обрадовался, едва не обниматься бросился, стал предлагать различную аппаратуру. Разумеется, в этом списке были и лампы для лазера.

Однако в такие совпадения Василий не верил. Он мило попрощался с фирмачом и сказал, что доложит руководству о его предложениях. На том и расстались. Ловчикову стало ясно: его источник на крючке у спецслужб. Они и организовали им „неожиданное“ свидание в супермаркете.

…Летом 1971 года Василий Дмитриевич приехал в командировку в Москву. Неожиданно его вызвал к себе начальник управления адмирал Василий Соловьев.

– Знаете, – сказал он, – мы внимательно анализируем обстановку в Голландии и видим за вами с Любимовым слежка. Но он дипломат, а вам прикрыться нечем. Давайте-ка от греха подальше оставайтесь дома. Вы уже там четыре года, поработали хорошо. Теперь поработаете в Центре».

Что ж, сказано – сделано. Все это, конечно, неожиданно, но, как говорят, начальству виднее. Ловчиков ушел в отпуск, а когда вернулся, его назначили старшим голландского участка.

Через два года повторилась прежняя история, когда он готовился отправиться в Норвегию, а поехал в Голландию. Теперь ему предстояла командировка заместителем резидента в Берн. Василий Дмитриевич начал подготовку, стал «поднимать» порядком подзабытый немецкий язык, сдал экзамены. И тут новый сюрприз. Приглашает его начальник направления генерал Лялин и выдает новость.

– Принято решение направить вас в Женеву.

Ловчиков в первую минуту опешил от неожиданности:

– Михаил Амосович! У меня английский да вот немецкий вспоминаю. Французский – нулевой. Как же я там работать буду?

Генерал словно не заметил горячей тирады подчиненного.

– Там в резидентуре много проблем. Едете заместителем руководителя аппарата. Готовьтесь!

Василий Дмитриевич вышел из кабинета и лишь развел руками: видать, судьба у него такая, получать подобные сюрпризы. Только не знал тогда Ловчиков, что главный его сюрприз впереди, и имя ему – капитан Резун.

Продажный пес

Перед отъездом генерал Лялин наряду с общими задачами поставил Ловчикову и две персональные. Лично проверить двух агентов, ибо у Центра они вызывали подозрения. Возможно, их уже перевербовала контрразведка.

Один действительно оказался «липовым». А другой был жив, здоров, и даже рвался в бой, желал поработать.

Условные сигналы он получал по радио. Но радиоприемник у него был настроен таким образом, что принимал сигналы только на определенном расстоянии, например в границах самой Швейцарии.

Когда Ловчиков прибыл в Швейцарию, агента на месте не оказалось. Он уехал в командировку в Испанию. На этом, собственно, и сыграл Василий Дмитриевич. Решил в тайник заложить вызов на встречу и приказал одновременно послать слабенький сигнал по радио. Если агент выйдет на встречу, значит сигнал приняла контрразведка, поскольку в Испании он его услышать не мог.

На тайниковую операцию заместитель резидента Ловчиков взял с собой тогда не известного никому молодого оперативного офицера капитана Резуна.

«Задание у него было самое простое, – вспоминает Василий Дмитриевич. – Я сам все спланировал, подвез его, проверился. В резидентуре дал пустую пачку из-под сигарет, которую он должен был выйдя из машины, бросить в указанном месте под куст у дороги.

Выдели бы вы, что это было! У Резуна губы, руки-ноги тряслись, словно я вез его на расстрел. Из машины чуть ли не пинком выгонял».

Словом, как и просчитывал Ловчиков, контрразведка сигнал приняла, и агент вышел на встречу. А за ним, естественно, «наружка». Понаблюдав со стороны, Василий Дмитриевич и его коллеги сделали однозначный вывод: агент перевербован и работает под контролем местных спецслужб. Сомнения генерала Лялина подтвердились.

Тем временем резидент Иван Глазков поинтересовался у своего заместителя:

– Ну как первые впечатления о Резуне?

Ловчиков рассказал в подробностях и подвел итог:

– Знаете Иван Петрович,