Слёзы Эрии - Эйлин Рей

— Телом старика завладел Бездонный, — уверенно отозвался Эспер.

— Бездонный? — удивленно переспросила Шеонна. — Но они же…

Эспер прервал ее, раздраженно огрызнувшись:

— Сказки?

— Нет! Мы знаем, что они реальны, — девушка оскорбленно поджала губы и с вызовом ответила на строгий взгляд тамиру. — Я хотела сказать, что Бездонные не способны управлять телами. Их кормят человеческие эмоции, а не физическое насилие и кровь. Эти Тени ведь как паразиты: нападают на слабые души, обретают власть над разумом и питаются страхами до тех пор, пока не опустошают человека.

— А еще они никогда не появляются в людных местах, и особенно в таких крупных городах — дополнил сестру Шейн.

— Мы уже видели такое в Эллоре, — тихо пробормотала я, встретившись с настороженным взглядом Ария.

— Когда взорвалась тюрьма, — медленно, растягивая каждое слово, будто борясь с сомнением, подтвердил парень.

Он задумчиво сощурился и отрицательно замотал головой.

— Нет, это не могут быть Бездонные. Однажды я видел одержимого Тенью. К Маретте привезли пастуха, который подошел слишком близко к заброшенному кладбищу, и попросили вытащить из него эту тварь. Но тот человек просто лежал, бездвижный словно мертвец, и его глаза не сияли потусторонним огнем.

— Их можно изгнать? — Шеонна удивленно округлила глаза.

Арий вновь покачал головой.

— Маретте удалось убить тень, но вместе с ней и пастуха.

— Зато я видел, как ведьмы изгоняли Бездонного из человека. Успешно. Поэтому я уверен — то, что вышло из старика точно было Тенью. — Настаивал Эспер.

Тамиру нервно дернул ушами, будто отгоняя навязчиво жужжащих насекомых.

— Я думаю каким-то образом шинда научились подчинять и направлять их. Не случайно и не по своей воле Тени объявились в тюрьме откуда бежал возлюбленный Лукреции Моорэт, устроили там резню, а теперь нашли нас в Варрейне. Только те, чья магия сравнима с Силой ведьм могли научить этих существ подчинять людские тела и выпускать когти.

— Это жутко даже для меня, — нервно усмехнулся Арий, — а я повидал многое.

— Если это правда, то нам нельзя надолго задерживаться в лесу. Мы должны идти дальше пока нас не нашли другие Тени или сами шинда, — в голосе Шеонны звенела тревога.

— Но куда мы пойдем? — упавшим голосом спросила я.

— В Лаарэн, — предложил Арий. — Маретта не откажет нам в помощи.

— Мы пойдем на болота, — резко перебил брата Эспер.

— А мы возвращаемся в Эллор, — решительно бросил Шейн, метнув на сестру строгий взгляд, не терпящий возражений. — Хватит с нас тамиру, сказок про шинда, а теперь еще Теней.

— Нет! — резко оборвала его Шеонна, отступив назад. — Хватит с тебя, Шейн, а я не вернусь в Эллор.

Пылающие взгляды брата и сестры скрестились, казалось, даже воздух затрещал от воцарившегося напряжения.

Шейн открыл рот, чтобы возразить, но Шеонна не позволила ему заговорить, яростно выпалив:

— Неужели ты действительно не понимаешь? Я не хочу возвращаться в Эллор. Меня наконец-то ничего не держит в этом городе. Велизар не был мне настоящим отцом, он растил меня и заботился лишь потому, что я напоминала ему мою мать. Для него я была лишь красивой декорацией в интерьере его прокля́того дома, а не дочерью. Теперь я наконец-то свободна. И я не вернусь с тобой в Эллор, потому что ты, как и отец будешь держать меня в клетке.

Шейн вздрогнул словно от болезненной пощечины. Но мгновенно вернув себе уверенность и строгий взгляд, шагнул к сестре, намереваясь схватить ее за руку. Эспер стремительно сорвался с места и преградил парню дорогу, зло оскалившись.

— Не прикасайся, — предупредил он. — Твоя сестра сделала выбор.

Шеонна умоляюще взирала на брата. От её пылкой ярости остались лишь тлеющие угольки и сожаление за резкие слова, ранившие Шейна.

— Тебя ведь тоже ничего не держит в Эллоре. Ты не обязан возвращаться и продолжать жить так, как хотел за тебя отец. — Миролюбиво добавила девушка. — Да и сможешь ли ты вернуться и жить спокойно, зная, что здесь происходит?

Она развела руки, указывая на всех нас. Шейн раздосадовано поджал губы, но ничего не ответил.

❊ ❊ ❊

Иногда мне казалось, что тишина была шестым участником нашей маленькой разрозненной команды — она так часто составляла нам компанию, сидела с нами за одним костром или столом, что я ощущала ее физическое присутствие.

Так было и сейчас.

Гнетущая тишина давила на уши, окутывала своими колючими объятиями, вынуждая нас держаться друг от друга на расстоянии — только так мы чувствовали себя более спокойными и менее уязвимыми.

Арий дремал в нескольких шагах от нас с Эспером, облокотившись спиной на мшистый дубовый ствол. Шеонна развлекала себя тем, что забралась по колено в бурный ручей, пересекающий прогалину, и пыталась голыми руками поймать незадачливых рыбешек. Шейн расположился дальше всех, почти скрывшись в тени деревьев, и что-то стругал из веток. А я, прижавшись к теплому боку Эспера, задумчиво разглядывала повязки на ладонях. Золотой узор изрядно протерся и кое-где распустился, но сильнее всего меня огорчали бурые пятна крови, въевшиеся в темно-синюю ткань, — отмыть их будет невозможно. Ленты придется выбросить, и мысли об этом отзывались сожалением и тоской — мне не хотелось расставаться со столь красивой вещью, напоминавшей об Элье.

— Странная девчонка.

Голос Ария вырвал меня из задумчивости. Я удивленно обернулась. Друг всё так же сидел у дерева, вальяжно вытянув ноги, а его взгляд был прикован к резвящейся Шеонне.

— О чем ты? — не поняла я.

— Ты действительно ничего не замечаешь? — тамиру изумленно изогнул бровь. — Даже дня не прошло, как ты на ее глазах прирезала человека. Насколько я безразличен к незнакомым людям, но даже мне жалко старичка. А ещё несколько дней назад на руках твоей подруги истек кровью её хоть и не любимый, но отец.

Теперь Арий внимательно разглядывал мое лицо, но я лишь непонимающе хлопала глазами.

— Шеонна не чувствует чужую смерть, — пояснил за брата Эспер. — Она безразлична к мертвым, не испытывает к ним ни жалости, ни сочувствия, словно не понимает, что эти люди ушли на совсем.

— Почему? — потрясенно спросила я.

Арий небрежно пожал плечами и вновь прикрыл глаза.

Я перевела озадаченный взгляд на подругу.

Прежде я считала её холодную сдержанность проявлением силы характера. Думала, что Шеонна умело прячет свои чувства и слёзы от окружающих. Но оказалось: ей просто нечего прятать.

В чем-то я даже завидовала Шеонне: чужая смерть не тяготит её, она никогда не будет вспоминать кровь на своих руках и не проснется посреди ночи от кошмаров.