Вторая мировая война. Хроника тайной войны и дипломатии - Павел Анатольевич Судоплатов

7 августа исполняющий обязанности начальника оперативных войск НКВД СССР генерал-майор, а позднее генерал-полковник А. Аполлонов подписал специальный приказ об использовании частей внутренних войск для борьбы с десантами противника.

Приказом командующего Московским военным округом Москва и районы области (еще до начала немецкого наступления) в радиусе 150 километров вокруг столицы разбивались на сектора. Начальники секторов для ликвидации десантов должны были использовать специально выделенные для этого воинские части Красной армии и внутренние войска НКВД. Необходимо было обеспечить их правильное взаимодействие: командирам частей НКВД, находящихся в 150-километровой зоне, в соответствии с указанным приказом дать распоряжение об установлении связи с начальниками секторов, руководящим составом местных органов безопасности.

Эти меры себя полностью оправдали, сыграв важную роль в критические дни октября 1941 года.

Сложившаяся под Москвой в октябре-ноябре 1941 года обстановка достаточно хорошо описана в многочисленной мемуарной литературе. Мне хотелось бы добавить несколько слов о принятом Верховным командованием принципиальном решении: по приказу Ставки спецназ НКВД СССР – Отдельная мотострелковая бригада особого назначения (ОМСБОН) – был передан в состав действующей армии. Это важнейшее решение предопределило правильное использование сил и средств спецназа в критические моменты битвы под Москвой.

В октябре 1941 года в составе ОМСБОН было более пяти тысяч человек. Бригада состояла из двух мотострелковых полков четырехбатальонного и трехбатальонного состава, саперно-подрывной роты, групп спецназначения, парашютно-десантной службы, школы младшего начсостава и специалистов.

По инициативе майора Г. Шперова саперно-подрывная рота была срочно развернута в сводный отряд инженерных войск специального назначения в количестве 770 человек, которому были приданы боевые ротные группы из первого и второго мотострелковых полков бригады.

Этот отряд влился в группу инженерных войск фронта (которыми командовал генерал-майор А. Галицкий) и активно использовался для противодействия прорыву немецких танковых подразделений к Москве. Он действовал на главных считавшихся командованием Западного фронта и Генштабом танкоопасными направлениях.

Подразделения ОМСБОН минировали шоссейные грунтовые дороги в районах Можайска, Волоколамска, Каширы, на Ленинградском шоссе в районе Химок и канала Москва – Волга, вдоль реки Сетунь и близ Переделкина, западнее Чертаново, на Киевском, Пятницком, Рогачевском и Дмитровском шоссе.

В ноябре 1941 года мы дополнительно выделили в распоряжение Ставки еще 300 подрывников. С 23 октября по 2 декабря 1941 года отряды бригады установили более 11 тысяч противотанковых, семи тысяч противопехотных мин, более 160 мощных фугасов, подготовили к взрывам 15 мостов и два трубопровода. Отряд ОМСБОН уничтожил 30 немецких танков, 20 бронемашин, 68 грузовых машин, нанес противнику большие потери в живой силе.

Спецназ действовал самоотверженно. Когда противник прорвался к Яхроме и начал переправлять танки на восточный берег, а разведывательно-диверсионные подразделения абвера (переодетые в красноармейскую форму, хорошо знавшие русский язык) захватили мосты, ситуацию удалось исправить только с помощью бойцов спецназа, которых бросили в бой у Дмитрова при поддержке бронепоезда № 73 войск НКВД. Спецназ отбил мосты у противника, подорвал их и тем самым заблокировал движение немецкой танковой колонны.

В это тяжелое время (помимо данных воздушной разведки) по линии НКВД в Ставку поступала самая проверенная информация о реальном положении дел на фронте под Москвой. Сейчас, читая приказы того времени, можно оценить значение совершенного подвига воинами-чекистами дивизии особого назначения имени Дзержинского и ОМСБОН в битве под Москвой.

Вот, к примеру, строки из боевого приказа от 15 октября 1941 года. «Противник на подступах к Москве занял города Калинин, Можайск, Малоярославец, впереди действуют части РККА. Задача оперативных войск НКВД – не допустить прорыва противника в Москву».

Москва была разбита на секторы обороны. Какие участки предписывалось защищать войскам НКВД?

Это северное и северо-западное направления. Граница справа – Ярославское шоссе, слева – Можайское шоссе. Части войск НКВД прикрывали Ленинградское шоссе, военно-учебные части – район Ржевского вокзала. Прикрытие направления Мытищ обеспечивалось противотанковой обороной северо-западнее станции Лосиноостровская. Разведку предполагалось вести в районах Мытищи – Пушкино.

Части дивизии имени Дзержинского заняли позицию у стадиона «Динамо»: перед ними стояла задача прикрыть направление Ленинградского шоссе. На платформе Первомайская была выставлена противотанковая оборона, второй ее рубеж проходил в районе Спасской школы. Необходимо было находиться в постоянной готовности выступить на окраины города. Разведку планировалось проводить в направлении Ржевки.

Другие части дивизии имени Дзержинского сосредоточилась в районе Ваганьковского кладбища. Они прикрывали направление Тушино – Серебряный бор. Противотанковая оборона оборудовалась на рубеже Рублево.

В самом центре Москвы – в районе площадей Маяковского и Пушкина к 8 часам утра 16 октября 1941 года был расположен резерв войск НКВД – Отдельная бригада особого назначения.

А вот другой приказ, звучавший тогда еще более грозно. Он был отдан 16 октября 1941 года в 16:55. Подразделениям дивизии имени Дзержинского и ОМСБОН предписывалось не допустить прорыва мотомехчастей противника в Москву. Дивизия и бригада преграждали им путь к городу в направлении площади Восстания – Кунцево.

Было приказано организовать беспрерывное наблюдение, выдвинуть артиллерийские батареи в район Смоленской площади и развернуть их на Можайском шоссе, Бережковской набережной, Новодевичьем кладбище, улице Усачева.

Резерв дислоцировался в Кисельном переулке, в доме 11 (в помещении Высшей школы НКВД). Бригада спецназа, оставаясь в резерве командира второй мотострелковой дивизии войск НКВД, должна была подготовить к обороне район площади Свердлова, Красной площади, площадей Маяковского и Пушкина. Стояла цель – не пропустить противника через Садовое кольцо и одновременно быть готовым к действиям в направлении – Ржевский вокзал, Ленинградское шоссе, Волоколамское шоссе. Спецназ также должен был поддерживать общественный порядок на прилегающих улицах.

Именно в эти дни отряды ОМСБОН по приказу Ставки Верховного Главнокомандования ставили минно-взрывные заграждения на северных подступах к Москве, на рубежах, где оборонялись 10-я, 16-я и 30-я армии. В ноябре-декабре 1941 года сводный отряд ОМСБОН численностью 230 человек в боевых условиях проводил минно-подрывные работы от Солнечногорска до Химок.

В критический момент в битве за Москву я оценил правильность принятого руководством НКВД решения воздержаться в сентябре 1941 года от массовой засылки разведывательно-диверсионных групп нашего спецназа в тыл противника на западном направлении.

В сентябре я несколько раз пытался получить санкцию руководства НКВД на то, чтобы рейды наших спецгрупп в тыл противника носили постоянный характер. Однако массовые рейды спецназа были запрещены. Кроме групп Медведева и Флегонтова, я от руководства никаких санкций на регулярный «выброс» других оперативных групп не получил. Колебания относительно их использования, видимо, были связаны с тем, что Берия и Меркулов чувствовали приближение грозовой обстановки и потому весь спецназ предпочитали иметь в своем распоряжении на