Мы, аристократы 3 - Бастет

- Эгида магика. Секо металлум, - и быстро, пока срезанный со штыря флюгер не успел упасть: - Вингардиум левиоза.

Золотой феникс остановился в воздухе на полпути к крыше, и я переправил его в контейнер. Убрав контейнер в сумку, я бросил прощальный взгляд на опустевший штырь. Нет, здесь определённо кое-чего не хватало.

- Ира йовис!

Белая молния ударила с зимнего неба в штырь и разнесла его, а заодно и полкрыши таверны. Я развернул метлу и на предельной скорости помчался обратно в Хогвартс.

- Зачем ты это сделал? - пробормотала судорожно цепляющаяся за меня Октавия.

- Пусть думают, что само взорвалось.

- Всё равно догадаются…

- Может, не сразу…

Когда мы прибыли на верхушку Астрономической башни, я прямо на метле понёсся вниз по лестнице, а затем по коридорам, пока не остановился у входа в общежитие Равенкло. Октавия слезла с метлы на подкашивающиеся ноги, я подал ей руку, чтобы она оперлась, пока не придёт в себя.

- Ну ты и лихач, Поттер… - выдохнула она.

Я удостоверился, что в равенкловской гостиной никого нет, и заставил дверь общежития открыться.

- Иди скорее, путь свободен, - кивнул я девчонке на дверь. - И не забывай защищать память.

Мне не хотелось, чтобы Октавия видела Фиби, поэтому я доставил девчонку к общежитию на метле. Как только дверь закрылась за ней, я вызвал домовичку, и та перенесла меня в спальню. Тед лежал под одеялом, прилежно изображая спящего, пришлось окликнуть его, чтобы он открыл глаза.

- Тед?

- Это ты, сюзерен? - он поднял голову с подушки.

- Давай контейнер.

Тед встал и передал мне контейнер. Я заглянул внутрь, чтобы убедиться, что концентратор там и надёжно упакован.

- Всё в порядке. Ложись спать, я скоро вернусь. - Я глянул на ментальную карту и увидел, что Плакса Миртл находится в своём туалете. Этот путь был перекрыт, зато зельеварни были пустынными. - Фиби, в преподавательскую зельеварню.

Я подал руку домовичке, и она перенесла меня ко входу в Тайную комнату из зельеварен. Там я бегом добежал до лаборатории Салазара, где выложил оба контейнера, и снова вызвал Фиби. Переместить меня прямо сюда для домовички было невозможно, поскольку Тайная комната располагалась в ином пространстве, но переместиться ко мне и забрать меня отсюда она уже могла. Не прошло и пяти минут, как я снова оказался в нашей спальне.

- Спасибо, Фиби, свободна, - отпустив домовичку, я стал укладываться спать. Тед сел на постели, обхватив руками колени, и сосредоточенно наблюдал за каждым моим движением, словно я делал невесть что - с расспросами он не лез никогда, но подобным образом давал понять, что совсем непрочь получить разъяснения.

- Не спится? - спросил я, ложась в постель.

- Дозорное зелье еще действует.

- Пройдёт… - я кинул взгляд на магочасы над дверью, - через семнадцать минут.

Нотт раздражённо фыркнул, превозмогая в себе классическое дамблдоровское «ты ничего не хочешь мне сказать?». С поручением он справился и теперь считал, что заслуживает хоть какой-то откровенности.

- Сейчас очень важно, чтобы ты знал как можно меньше, - всё-таки сказал я. - Пока неизвестно, до каких небес дойдёт переполох, который, возможно, уже начался, и какие методы будут применены для разбирательства. Утром мы проснёмся пораньше и как следует позанимаемся перед уроком Флитвика. Нужно будет повторять заклинания, пока мы не подготовимся к уроку.

Он понял мой намёк - нам было не впервой маскировать применение своих палочек. Министерские буферные чары на палочках для Приори Инкантем содержали сведения о пятидесяти последних выполненных заклинаниях. Уяснив, что ему еще рано знать подробности этой авантюры, Тед успокоился и улёгся спать.

В шесть утра я растолкал его, и мы в течение часа заполняли буферы своих палочек смесью бытовых заклинаний и изученных на последних занятиях у Флитвика. Как оказалось, вовремя, потому что когда мы спустились на завтрак, у входа в Большой Зал нас встретила команда авроров, проверявшая палочки учеников на последние выполненные заклинания. Разумеется, наши палочки оказались вне подозрений. Тед с искренним недоумением спросил уже сидевших за столом, что случилось - ему не верилось, что пропажа вещи из тайника в рунном зале была обнаружена так быстро и вызвала такие последствия. Но никто ничего не знал.

За завтраком я как бы между делом посмотрел на преподавательский стол. Все там выглядели обеспокоенными и подозрительно оглядывали зал. Я не сказал бы, что какая-то часть этих взглядов доставалась лично мне - в глазах преподавателей я был примерным учеником, давно уже не попадавшимся ни на чём предосудительном и не нарывавшимся на отработки даже у Снейпа. Посматривали и на наш стол, поскольку слизеринцы традиционно считались злонамеренными личностями, но гораздо больше внимания доставалось гриффиндорскому столу, за которым сидели самые отъявленные хулиганы.

Только Дамблдор, с выражением лица, не имеющим ничего общего с привычным стариковским рассеянным добродушием, упорно сверлил меня взглядом из-под очков-половинок. Прятать глаза от директора я не стал - напротив, непонимающе задержал на нём взгляд, словно гадая, чем я удостоился такой неприязни. Заодно и проверил, на месте ли моё заклинание рассеянности, которое было трудно обнаружить, но довольно-таки легко снять. Теперь, когда Дамблдор лишился магической подпитки Хогвартса, с легилименцией у него должно быть не ахти как, да и не только с ней.

По состоянию палочек были задержаны близнецы Уизли и несколько старшекурсников с Равенкло. Впрочем, последних почти сразу же отпустили, как только Флитвик подтвердил, что вчера эти ученики занимались у него на факультативе. Занятия на сегодня отменили, близнецов увели на дальнейшее расследование, остальным ученикам было велено разойтись по общежитиям и никуда не выходить, а старостам - задержаться на собрание, а затем проконтролировать выполнение этого приказа.

- Кто-нибудь знает, что произошло? - воззвал Драко, когда все наши вернулись с завтрака и разбрелись по гостиной. - Я умираю от любопытства!

От любопытства умирал не он один. Все кинулись наперебой строить гипотезы, большинство которых сводилось к тому, что в Хогвартс снова пробрался Блэк. Вскоре с собрания вернулся Морис, и слизеринцы налетели на него с расспросами.

- Тише, сейчас всё расскажу! - Морис поднял руки вверх, призывая к тишине. Все мгновенно замолкли. - Этой ночью в Хогсмиде было совершено нападение на «Кабанью голову». Когда хозяин, Аберфорт Дамблдор, услышал взрыв на крыше своей таверны и выбежал на улицу, на него напал огромный чёрный