Наполеон и Гитлер. Россию завоевать невозможно - Десмонд Сьюард

Алексей Кившенко. Вступление русских войск в Париж

Во время своего краха 1814 года император признавался в тесном кругу: «Если казаки достигнут стен Парижа – это конец императора и империи». Казаки царя Александра действительно поставили своих лошадей в парижские конюшни. В 1945-м сталинские казаки вошли в Берлин. Обе столицы оказались во власти казаков только из-за безумия своих правителей.

Глава тринадцатая

Наследство диктаторов

Наполеон Бонапарт и Адольф Гитлер оставили после себя в наследство измененную карту Европы и политические завещания. Франция и Германия сильно пострадали от вражеской оккупации, но смогли быстро оправиться от этого, как и от правления императора и фюрера, хотя Германия и осталась разделенной надвое. Оба диктатора оставили после себя документы, в которых пытались оправдаться перед историей, с тем чтобы можно было возродить былое. Наполеон преуспел в этом, и последствия оказались ужасными. Гитлер, к счастью, не сумел сделать этого.

Основной разницей между завершающими стадиями их карьер явилось, безусловно, то, что император вернулся из изгнания, вернул себе трон и держал его в течение ста дней, ведя свою армию, усиленную ветеранами, репатриированными со всей Европы, к последнему поражению при Ватерлоо. Хоть он и провел свои последние годы практически в заключении, вопроса о суде над ним и предании его смерти никогда не возникало. Если бы Гитлер каким-либо чудом смог вернуться из небытия в 1946 году, он нашел бы одни руины, среди которых его не ждала бы ни армия, ни партия. Личное завещание Наполеона касалось в основном его семьи, а также в нем было выражено его желание отдать свое заспиртованное сердце Марии-Луизе. Он обращается к французской нации, «которую любил так сильно», и просит своего сына никогда не забывать, что тот родился французским принцем». Однако некоторые его записки весьма злы. Так, он утверждает: «Я умираю раньше положенного мне срока, убитый английской олигархией и ее наемниками». Затем пишет, что оставляет в наследство 100 тыс. франков французскому сержанту, который пытался убить герцога Веллингтонского, и утверждает, что снова бы расстрелял герцога Энгиенского при схожих обстоятельствах. Гитлер тоже оставил завещание, назначив Мартина Бормана душеприказчиком. В этом завещании он просил, чтобы его родственникам, теще и секретарям был обеспечен «уровень жизни мелких буржуа». Кроме завещаний личных, оба оставили и политические.

Александр Орловский. Наполеон на острове Святой Елены

Завещание императора было составлено в форме легенды, призванной побудить бонапартистов вернуть французский трон сыну императора. Он надиктовал своим секретарям множество записок, ставших популярным чтением в 1823 году и в течение всего последующего века. Недовольство французов вернувшимися к власти Бурбонами, воспоминание о днях, когда французские войска триумфально, маршировали по всем столицам мира, обеспечили мифу о Наполеоне привлекательность. Подобно Прометею, прикованному к скале, Наполеон стал героической фигурой в глазах французов. Сочинения Беранже и Виктора Гюго помогли в этом. В 1840 году тело Наполеона было возвращено во Францию по приказу короля Луи Филиппа и положено в гробницу в Доме инвалидов, куда впоследствии совершил паломничество Гитлер. Суть бонапартизма была достаточно проста: процветание дома, военная слава, за границей.

«Я спас революцию, когда она погибала, я отмыл ее от всего преступного и отдал народу во всем блеске ее славы, – говорил он на острове Святой Елены. – Я дал Франции и Европе новые идеи, которые никогда не будут забыты». Он считал, что его завоевательные войны на самом деле являются освободительными, ведущими народы Европы к объединению в одно великое братство. Пытаясь оправдать и в то же время возвеличить себя, он писал: «Как бы ни старались исказить меня или замолчать, моим врагам не удастся сделать так, чтобы я исчез бесследно, дела говорят сами за себя». По его словам, он облагородил нации, укрепил трон, дал возможность развиваться талантам. «В чем можно обвинить меня, чему не было бы оправдания?.. В том, что я слишком любил войну? Так я всегда только защищался. В том, что пытался сделаться властелином мира? Так это произошло по чистой случайности в связи со сложившимися обстоятельствами и потому, что враги сами толкали меня на это.» Нет сомнения, что историки обвинят его в непомерных амбициях, но единственное, чего он хотел, – это, чтобы восторжествовал здравый смысл, в царстве которого буйно расцвели бы таланты каждого гражданина.

О его правдивости можно судить по отношению к религии дома и на людях. В своем завещании он говорит: «Я умираю в римско-католической вере, и чьем лоне был рожден более пятидесяти лет назад». Там же он дает указания провести у своего смертного одра все Положенные религиозные обряды. Однако в августе 1817 года он признавался барону Гуржо: «Я не верю, что Иисус когда-либо существовал». А 27 марта 1821 года, за пять недель до смерти, говорил графу Бертрану: «Я нахожу большое утешение в том, что у меня нет воображаемых страхов перед будущим».

Однако легенда о Наполеоне пришлась по душе французскому рабочему классу и мелкой буржуазии, которые с ностальгией вспоминали о сравнительно благополучной жизни при императоре, когда рекрутские наборы обеспечивали постоянное количество рабочих мест, а цены на хлеб не поднимались. По прошествии лет им казалось, что времена империи были сытыми и спокойными» по сравнению с тем, что Гюго впоследствии описал в «Отверженных». Можно считать, что вторая наполеоновская империя, провозглашенная в 1851 году, родилась на Святой Елене.

Миф оказался поразительно живуч. И сегодня он продолжает восхищать. Создатель его сказал: «Моя Жизнь – это целый роман». Однако бонапартизм доказал свою полную несостоятельность, когда Наполеон III попытался претворить его идеи в жизнь. Несмотря на его заботу о бедных, режим становился все более непопулярным на родине. Агрессивная внешняя политика оказалась нерезультативной, и в конце концов «Великая империя» рухнула во время франко-прусской войны 1870–71 годов. В конце своей жизни запертый в бункере в разоренной стране фюрер был совсем не в таких условиях, как Наполеон. Он исключил из партии своего преемника Геринга вместе с Гиммлером за интриги и назначил адмирала Деница новым преемником в качестве фюрера, тогда как Геббельс должен был стать канцлером.

Его монологи о том, почему Германия проиграла войну, которые он произносил между февралем и началом апреля 1945 года, принято считать его завещанием. Подобно императору, Гитлер цинично отрицает свою вину, говоря, что ни он, ни кто другой в Германии не хотели войны в 1939-м. Гитлер обвинял Британию и «еврейского приспешника, полуамериканца-пьяницу Черчилля» в том, что они не хотели объединить Европу