Инженерное образование – дело всей жизни. Воспоминания о ректоре С. А. Подлесном - Коллектив авторов

Эпизод третий. Мы долгие годы работали в одном научном коллективе под руководством М. К. Чмыха. Нередко приходилось бывать в командировках, особенно часто в Ленинграде (тогда ещё он не был Санкт-Петербургом) и в Краснодаре. Командировки сопровождались ставшими почти привычными бытовыми проблемами, главной из которых было место проживания, я даже не решаюсь использовать слово «гостиница». Это уж в хорошем случае, а так и всякие общежития, и страдальцы родные-знакомые. С командировками связана куча забавных случаев. Однажды мы отправились вчетвером: С. А. Подлесный, М. Б. Товбис, П. А.Лопардин и я. Вылетели в Москву ранним утром, а ночным поездом должны были ехать в Питер (мы и тогда так называли этот замечательный город). Побегали по престольной, попытались купить билеты в какой-нибудь приличный театр. О, это тоже целое искусство. Удалось добыть только два билета в театр имени Моссовета. Тянули жребий: повезло Товбису и Лопардину, ну а мы с Подлесным решили пойти в зал им. Чайковского на органный концерт, благо, там ажиотажа особого не было, соответственно, не было и проблем с билетами. Предварительно отправились поесть в кафе, заказ и расчет поручили Подлесному. Пообедали, официант принёс счёт. Подлесный отдал деньги, а оставшаяся небольшая сумма, как водится, по умолчанию предполагалась перейти к официанту. Он взял деньги и ушёл. Но тут вдруг все решили, что времени ещё много и неплохо было бы выпить кофейку. Подлесный начал пытаться обратить внимание нашего официанта, который периодически выглядывал из-за колонны, но явно не спешил. Картина повторялась, а потом официант решительным шагом подошёл к нашему столу и со всего размаха шлёпнул перед Подлесным большой горстью мелочи. Он-то, бедняга, решил, что мы вымогаем сдачу. Бедный Подлесный стал пунцовым, а мы хохотали так, что было уже не до кофе. (Кстати, ещё в студенчестве я оказалась однажды рядом с ним за праздничным столом, где он весь вечер аккуратно «пилил» ножом кусочек арбуза. Пришлось держать себя в рамках, чего не очень-то хотелось вечно голодному студенческому субъекту. Я потом всю жизнь говорила ему, что ни за что не буду сидеть с ним рядом за обедом, чтобы не чувствовать комплекс…).

Продолжение тоже было неординарным. Мы отправились реализовывать свои интеллектуальные планы: двое — в театр Моссовета на комедию с Ростиславом Пляттом, а мы — на органный концерт. А теперь представьте: вылетели ранним рейсом, весь день бегали по Москве плюс разница в четыре часа во времени. Это я к тому, что минут через пятнадцать органная музыка начала коварно усыплять при всей нашей к ней любви. Минут тридцать я мужественно сопротивлялась, он, видимо, тоже. Во всяком случае предложение капитулировать пришло от него. Мы отправились на вокзал в ожидании поезда и наших более везучих товарищей, а там тихо-мирно устроились на скамейке дремать.

Ещё вспоминается, как мы большой делегацией от НТО РЭС им. А. С. Попова (а он был председателем общества) ездили в Венгрию и Румынию. Денег тогда практически не разрешалось вывозить, атакой соблазн купить что-то интересное при нашем тогдашнем дефиците. И мы, как истинно приспособленные русские люди, буквально все «добывали» деньги, предлагая горничным в гостинице привезённую с собой водку (схема была давно отработана, и нам была известна). Ещё за границей тогда пользовались успехом наши электроприборы типа кипятильников и т. д. Много было смешных эпизодов….

Можно долго продолжать в этом духе… Но стало грустно… потому что было весело.

Сергей Антонович, выбрав путь ученого, не свернул с него ни разу. Может быть, были и ошибки, но он много работал и много сделал. Осмелюсь предположить, что и в личной жизни всё сложилось хорошо. Я знала и с симпатией относилась к его первой жене, которая его прекрасно дополняла. Это был ранний счастливый студенческий брак, мне было жаль узнать через много лет, что они расстались. С его второй супругой мы тоже знакомы очень давно, некоторое время даже работали на одной кафедре. Вместе они дружно прожили много лет. Она отчаянно до последних дней боролась с его страшным недугом. Все эти последние месяцы вот так просто уложились в эту одну фразу. Он умер, окружённый её заботой, до последнего дня надеясь… и спасибо ей за это.

Ну что ж, своё дело он сделал. И, как говорится, дом построил, дерево посадил, сына вырастил.

Всему своё время. Старость надвигается неумолимо, и каждый по-своему пишет заключительную главу. Никто не знает своего финала. Сергей Антонович! Мы помним тебя.

3 мая 2018 г.

В семейном кругу

Мой отец

Подлесный Константин Сергеевич

канд. техн, наук,

руководитель дирекции бизнес-решений компании «GMCS Verex»

Я очень любил своего отца.

Мое самое раннее воспоминание: сижу у него на коленях с мягкой игрушкой, а отец слушает коротковолновое радио, по которому передают мелодии и ритмы зарубежной эстрады.

Мне очень повезло, что я родился в интеллигентной и творческой семье. Дома всегда звучала музыка, было множество книг. Отец никогда не кричал на меня и, тем более, не наказывал ремнем.

Он часто ездил в командировки, и я всегда ждал его возвращения, поскольку он привозил конструкторы и другие интересные вещи. И никогда не приезжал без подарка!

Я рос единственным ребенком в семье, поэтому безраздельно владел вниманием отца, когда он был свободен, однако работа отнимала у него львиную долю времени. Но зато, когда мы были вместе, это были мои самые счастливые минуты детства.

В выходные мы старались быть вместе: любили кататься на беговых лыжах и по воскресеньям выбирались в Студенческий городок. Однажды мы подошли к Сопке и решили подняться с помощью канатной дороги на вершину. Когда оказались наверху, стало понятно, что спуститься так просто не получится: гора была слишком крутой, чтобы спускаться на обыкновенных деревянных беговых лыжах. Спуск затянулся на пару часов, но отец не проявлял признаков беспокойства, поэтому и я был уверен в «правильности» культурно-оздоровительной программы.

Отдельное воспоминание — совместные велосипедные прогулки. В детстве у отца был первый в городе мотоцикл, который впоследствии были вынуждены продать, поскольку у него, 15-летнего пацана, не было водительских прав. Мотоцикл продали, но тяга к двухколесному средству передвижения осталась. Мы ездили на велосипедах на набережную Енисея, в Академгородок, в парк. Это было незабываемо! Мы еще весной приводили в порядок