Диктатор - CMD

Вынырнувший из служебного прохода магазина невысокий человечек выглядел чересчур цыганисто для столь приличного района. Какой-то весь потертый: небритый, нестриженый, прокуренный, одетый в засаленную одежду, он подошел слишком поздно, чтобы оказаться в передних рядах с лучшим обзором. Наверное именно из-за этого только он и обратил внимание на то, как из дома, где произошло преступление, вышел молодой мужчина, на ходу убирающий в карман две половинки тонкой костяной пластины.

Мужчина, не любопытствуя о причинах переполоха, не оборачиваясь, спокойно пошел прочь. Слишком спокойно, чтобы это не выглядело необычным, поэтому человечек еще долго с удивлением смотрел тому вслед. Впрочем, истинной причиной привлечения внимания к себе был не чрезмерный самоконтроль, кого этим здесь удивишь. Нет. Просто человечек отлично знал, что это была за пластина, у кого мужчина купил ее и когда ее ему втридорога продали. И главное, пусть это и получилось у человечка, как обычно, совершенно случайно, но он совершенно точно знал, кому именно ушел артефактный пояс, лично им самим "выброшенный" с Гриммо 12. Именно в висящую на этом приметном поясе сумку и были убраны обломки артефакта из кости — двустороннего антиаппарационного барьера. "Надеюсь, когда расскажу такое, шеф простит меня за то, что я немного отвлекся от наблюдения за этой вредной теткой", — подумал человечек.

Так как все внимание людей было приковано к ужасной картине неистово полыхающего, словно его щедро облили напалмом, тела, никто не обратил внимания на то, что в доме напротив на третьем этаже в открытом окне зашевелились шторы. "Да и что в этом такого? Шевелятся и шевелятся, может это сквозняк?"

Вот только ласковый летний ветерок тут был совсем ни причем. Несколько подтянутых мужчин с весьма специфической культурой движений внимательно наблюдали за тем, что происходит на улице. Трое фиксировали все происходящее на кино— и фотокамеры, двое — быстрыми штрихами грифелем зарисовывали увиденное на тонкой бумаге, а один рассматривал окна дома напротив в монокуляр. Сторонний наблюдатель еще мог бы с определенной натяжкой представить, что видит группу художников на выезде или сталкеров, вопреки статистике психиатрии объединившихся в группу, если бы монокуляр не был… оптическим прицелом, установленным на ручном пулемете L86A1. Еще один пулемет, единый L7A2 прятался за шторами около второго окна.

С такими "кисточками" принять мужчин за деятелей изобразительного искусства, ищущих вдохновения в самых необычных местах, было нельзя. Ну а сталкеры, экипированные бронежилетами скрытого ношения, вооруженные пистолетами-пулеметами Steyr AUG Para под совсем не гражданский патрон, называются немного по-другому.

ЧВК "Гахерис" следило за домом напротив уже больше года, однако месяц назад произошло внезапное качественное и количественное усиление. До этого здесь работало всего два звена в цивильном с пистолетами, теперь же повзводно сменяясь через восемь часов, несли незаметную с улицы службу целых две роты ЧВК "Гахерис". Формально все они занимались охраной помещения, вот только никто не потащит серьезное полицейское, и уж тем более мощное армейское вооружение в мегаполис страны с достаточно жестким оружейным законодательством одной лишь защиты дома от мелких уголовников ради. Нет, истинной задачей была совсем не охрана, и теперь уже даже и не наблюдение, а уничтожение одной очень и очень непростой цели. Чем именно непростой, было известно каждому наемнику.

Помимо секции "A" в составе командного звена и звена огневой поддержки, занимавших позицию в доме напротив, были еще две другие. Секция "B", штурмовая, под видом рабочих-ремонтников (для этого пришлось выкупить и частично разобрать здание по соседству) в состоянии готовности к выдвижению сидела в микроавтобусе "строителей". Секция "С", разделенная на звенья, находилась на чердаках домов по обе стороны от дома-цели. Для того, чтобы прекратить чистить камины, настраивать антенны или ремонтировать крыши и приготовиться к бою им, проверено не раз на тренировках, требовалось не более трех секунд.

Считалось, что такой огневой мощи: два пулемета, четыре снайперских винтовки, одна из которых была крупнокалиберной, штурмовые винтовки и пистолеты-пулеметы — должно было хватить для выполнения боевой задачи. Однако за все время дежурств возможность провести устранение цели еще ни разу не появлялась. Усугублялось все строгим требованием открывать огонь только в случае нахождения цели в прямой видимости и идеальных условий для выстрела. Цель должна была находиться либо на улице в хорошую погоду, либо наблюдаться сквозь распахнутое окно. Чтобы не спугнуть и не скомпрометировать единственное доступное для работы место, работать сквозь препятствия, такие как: закрытые окна, стены, двери, потолок — было строжайше запрещено. Впрочем, известная по фотографиям каждому бойцу цель и вовсе ни разу не показывалась на глаза… до сегодняшнего дня.

— Есть визуальное подтверждение, — быстро произнес наблюдатель. — Это она.

— Есть подтверждения от секций "Браво" и "Чарли", — доложил связист. — Они также опознали цель. "Браво" готово к выдвижению.

— Готов к открытию огня, — практически одновременно произнесли пулеметчики. — Ожидаем команды.

— Состояние цели? — после короткой паузы спросил командир.

— Цель горит. Цель не двигается. Ждем команды, — повторился связист, этим обозначив общий азарт. Бойцы прошли настолько много тяжелейших тренировок, что просто жаждали испытать свои силы на настоящей цели. Но командир отдать приказ о начале операции не спешил.

Согласно основному плану снайперы звеньев секции "С" должны были одновременно поразить цель в голову и правое плечо. Вторые номера должны были убедиться в ликвидации цели, после чего тихо уйти. По этому плану секции "А" и "В" должны были ограничиться наблюдением. Если цель после обстрела окажется невредимой, то действовать следовало по плану Б. В этом случае к подавлению цели подключались пулеметчики секции "А", а секция "В", изображая полицейский спецназ, должна была перекрыть цели пути к бегству и оттеснить гражданских. То, что цель еще до начала операции окажется пораженной(?) кем-то другим и будет окружена редкой, но толпой зевак (потенциальными заложниками и живым щитом), исключающей применение тяжелого оружия, ни один из разрабатываемых для этой операции сценариев не предполагал.

Командиру, как обычно, было известно немножко больше подчиненных. Хотя их отряд и готовили по приказу уничтожать цель, стреляя сквозь толпу гражданских, но разрешение на это должно было поступить с самого верха. Ведь пока их ЧВК является всего лишь ЧВК, а не, например, отдельным батальоном какого-нибудь полка, в случае очень громкой операции с жертвами среди мирных жителей у них у всех могли появиться серьезные проблемы. Нет, исполнителей ничего страшного не ждало, очень удобно, когда есть всегда