Творения. Том III - Ефрем Сирин

Благословен грядый во имя Господне (Пс. 117, 26), – провозгласил Давид в песне своей. И вслед за ним воспели непорочные: Благословен грядый!

Восстань и ты, Захария, пророк и славослов, потому что исполнилось пророчество твое: вот, воссел Он на жребя, как сказал ты, и на сына ослицы, как предвозвестил ты.

Возгласи блуднице, чтобы выходила она, если хочет, во сретение Жениху, а если не хочет, то пусть присылает детей, которые воспоют Ему: осанна!

Ликуй и радуйся зело… дщи Иерусалимля, ибо Царь твой грядет к тебе; восхвали Его, дщи Сионя, ибо Царь твой восседает на жребяти осли. Он потребляет кони от Ефрема и колесницы от Израиля (Зах. 9, 9-10) и проповедует спасение и мир всем народам, верующим в Него.

Восстань, старец Иаков, и славословь; Он запечатлел тайны твоих благословений, привязал жребя Свое к лозе и жребца осляте Своего к винничию (Быт. 49, 11).

Восстань, Святая Церковь, встречай, славословь Жениха восклицаниями: осанна! С младенцами и ссущими воспой хвалу среди язычников в этот празднественный день Спасителя нашего, Который пришел и избавил тебя от заблуждения!

146. О СВОБОДНОЙ ВОЛЕ ЧЕЛОВЕКА

1

У кого из людей достанет сил одним духом поведать все долготерпение Твое, с каким переносишь вины наши? Если грешим мы, то преисполняемся беззакониями, а если поступаем хорошо, то надмеваемся гордостью.

Без милосердия раздражаемся друг на друга. Если возвышается кто, то завидуем ему. Если падает кто, то радуемся этому. И насколько сокращена жизнь наша, настолько удлинен ряд наших грехов.

Сократил Ты продолжение жизни нашей, самая большая мера ее – семьдесят лет, но мы грешим перед Тобой в семьдесят крат седмерицею. По милосердию сократил Ты дни наши, чтобы не удлинялся ряд грехов наших.

Прибегаю к Твоему милосердию, покрывающему правду Твою. Человек нечистый ненавидит подобного ему нечистого, но Ты свят, Тебя не возмущают грехи наши.

Дивлюсь правде Твоей, что не входит она в состязание с милостью Твоей, потому что в такой же мере возрастают щедроты Твои, в какой растут наши скверны. Дивлюсь также, почему одна не жалуется на другую, что не гневается она на прогневляющего Тебя?

Вполне совершенными сотворил Ты нас, без меры повредили мы сами себя. Ты научил нас правому, а мы стали поступать превратно, изгладили в себе преимущества природы своей. Ты образовал нас из персти[39], мы совлекли с себя образ Твой и подобие Твое.

Так, дивлюсь той и другой, изумеваю[40] пред милостью Твоей и пред правдою Твоей. Если случается нам стать виновными перед ней, – умоляем ее не отмщать нам, а если случится человеку стать виновным перед нами, – требуем от нее не отвращать от него очей своих.

Правда же Твоя, если человек прибегает к ней с жалобой на должника своего, предварительно взвешивает данный ему залог и вместе долги его, с тем, чтобы сам уплатил сперва, а потом уже требовал отмщения.

Если человек прибегает к ней[41], прося оставления долгов, сама поспешает к нему и приводит его к должнику его. И кто простил должнику своему, тот и сам получит от нее отпущение долгов.

И пощаду видит от нее, и осуждается ею лукавство наше: пощаду видит, если молит о прощении долгов своих; осуждается, если требует отмщения; тогда и само терпит отмщение.

Свободная воля наша с ухищрением приступает к правде Твоей. Если случается самой погрешить против правды, указывает на свою немощь, а если погрешает кто против нее, указывает на его несправедливость.

Не примечает она, что одно уничтожается другим, что если человек немощен и желает себе помилования, то и должник его также немощен и просит о помиловании.

Мы погрешаем, и погрешности слагаем на того, кто не погрешает. Если немощно естество наше, то не виновен тот, кто погрешил против нас. А если естество наше не немощно, то слишком многого требуем мы для себя.