Анджела в Советском Союзе - Ольга Ивановна Чечеткина

Горячими аплодисментами встретили работницы выступление Анджелы Дэвис. Когда она передала привет от руководителей ЦК КП США, со всех сторон раздались голоса: «И от нас передайте привет товарищам Уинстону и Холлу!», «Передайте привет американским рабочим!», «Приезжайте к нам еще!»

Ее узнавали мгновенно. Где бы ни проходила машина, в которой ехали наши гости, прохожие останавливались, спешили к кромке тротуара, приветливо махали руками. Тому, кто зазевался, кричали: «Смотри, Анджела!», или просто: «Вот она!» Если машина шла рядом с трамваем, пассажиры высовывались в окна, аплодировали.

Конечно, Анджелу Дэвис в Ташкенте, как и во всем Советском Союзе, знали давно. О ее мужественной борьбе писала вся советская пресса. По телевидению и в кинохронике показывалось, какой широкий размах приняла борьба во всем мире в защиту Анджелы. Советская молодежь приходила на митинги с ее портретами. Советские люди гневно протестовали против произвола американской реакции, сочувствовали Анджеле, восхищались ее мужеством. То, что Анджела коммунистка, сделало ее особенно близкой нам.

Анджела, как я заметила, человек не очень разговорчивый, застенчивый. Но просто удивительно, как легко и свободно она чувствовала себя среди наших людей. Казалось, она давным-давно была среди нас.

В центре Ташкента светлыми струями бьет большой, очень красивый фонтан. Американцы предложили погулять возле него. Пришли. И сразу сбежались все, кто был поблизости. «Привет, Анджела!» К общему удовольствию, Анджела, подняв руку, сказала по-русски «здравствуйте!». «Хау дью ду!» — крикнул какой-то узбекский парнишка, к удовольствию американцев. Коренастый узбек с седой бородой, в национальной одежде выразил желание сфотографироваться с дорогой гостьей, и — пожалуйста! — тут же защелкали фотоаппараты.

Неподалеку от фонтана, в небольшом парке стоит знаменитая на весь город чайхана «Голубые купола». Узбекские товарищи пригласили своих гостей отдохнуть под «Голубыми куполами», отведать узбекские блюда. Разместились в круглой беседке, окруженной с трех сторон красивой резной решеткой. Сидели, как и полагается, на помосте, устланном ковром. Не успели разместиться, вокруг уже стояло человек десять. Скоро это уже была небольшая толпа. Очень дружеская и вежливая, понимали, гости есть гости. Но мальчишки из соседних жилых домов быстро протиснулись поближе к гостье: «Анджела, тебе нравятся лепешки?» Не утерпел и стоявший рядом молодой узбек: «Мы коллеги, Анджела… Я с философского факультета». Анджела очень оживилась, и разговор не развился только по причине языкового барьера.

Молодой красивый узбек обратился к Фрэнку через переводчика:

— Как у нее с работой?

— Видишь ли, она, конечно, могла бы найти себе работу. Ну, скажем, в частном колледже. Работу, чтобы прожить. Но Анджела и мы, ее товарищи, считаем, что ей должны вернуть ее право работать в Калифорнийском университете. Реакция, разумеется, этого не хочет, значит надо бороться.

— А как?

— Мы будем действовать через суд. У Анджелы все права на это. Будем опять развертывать борьбу — протесты, требования и другие действия.

Стоявшие вокруг и слушавшие этот разговор одобрительно загудели. Когда мы уходили, молодой узбек снова обратился к Франклину:

— Ну, друг, продолжай борьбу, а мы поддержим, если надо!

…Американские гости высказали пожелание побывать на ташкентском базаре, славящемся своей красочностью и изобилием. На базар поехали утром. Пахло цветами и свежей водой. У входа гостей встречали члены рыночного комитета. Красивая узбекская девушка поднесла на подносе разрезанную на ломти душистую сладкую дыню, из тех, что во рту тают. И тут началось! От ряда к ряду по всему базару понеслось: «Анджела здесь!» Колхозники, особенно женщины, спешили из-за прилавков к Анджеле, и каждый со своим подарком. Одна подносила сочную грушу, другой кисть самого сладкого винограда, третий необыкновенной величины помидор, четвертая — свежую, как утренняя заря, розу… Через несколько минут руки не только Анджелы, Кендры и Франклина, но и тех, кто их сопровождал, были полны дарами. Душевность и непосредственность ташкентцев глубоко взволновали Анджелу и ее друзей. Они без конца повторяли: «Спасибо! Рахмат!»

Первое сентября

Гостиница, в которой расположились гости, стоит на улице, похожей на сад. Здесь всегда тихо. Но сегодня утром за окнами зазвенели детские голоса. По улице шли мальчики в белоснежных рубашках, девочки в школьной форме, в парадных передниках. На всех алели пионерские галстуки, а в руках букеты цветов. Было первое сентября — начало учебного года, большой день в нашей стране.

Узбекские хозяева предложили Анджеле и ее друзьям провести это утро в школе, и они ответили: «Нам здорово повезло!»

Школа № ПО носит имя Тараса Шевченко. Она была выстроена после землетрясения украинцами, прилетевшими восстанавливать Ташкент.

Ташкент и всегда полон солнца, но сегодня оно казалось особенно ярким. И в этом солнечном сиянии у большой светлой школы гости увидели огромный колышущийся цветник. Когда машина подъехала к цветнику, он вдруг распался, протянулся цепочкой, и гости увидели сияющие счастьем лица детей. Ребята потянулись к Анджеле.

Если перед школой американских друзей встречал большой цветник, то в зале было полыхающее пламя. Оно трепетало, взвивалось, и вот вы уже видели, что это не пламя, а будто огромное развевающееся красное знамя. Это были сотни пионерских галстуков, которыми ребята размахивали в воздухе. В эту минуту мне вспомнилось, как на одной из встреч с сестрой Анджелы Фанией в Москве пионеры принесли большое красное полотнище, сшитое из десятков пионерских галстуков, и просили отвезти его Анджеле.

Советские дети — искренние и убежденные интернационалисты. Социальная несправедливость, национальное угнетение в странах капитализма вызывают у них возмущение и протест, а мужество борцов против капиталистического гнета — восхищение и горячую поддержку. Нетрудно поэтому понять радость ташкентских ребят, когда они увидели Анджелу и ее друзей у себя в школе.

Зал, заполненный школьниками, ликовал. Гремели трубы и барабаны школьного оркестра. И все — от первоклашек, одетых в голубые платьица и белые переднички, до десятиклассников с комсомольскими значками, — все смотрели на Анджелу сияющими глазами и бурно аплодировали. Такими же счастливыми глазами смотрела на ребят Анджела и тоже аплодировала.

На сцену поднимается девочка с комсомольским значком. Она явно волнуется, голос ее звенит:

— Дорогая наша Анджела! Мы с большой симпатией и тревогой следили за вашей борьбой… Мы очень боялись за вас и очень гордились вами. Мы счастливы, что вы с нами. Желаем вам успеха в борьбе за социализм!..

Вадим Чернов, тоже комсомолец, приветствовал Анджелу, Кендру и Франклина на английском языке,