Королевство. Ведьма для императора - Арина Теплова

— Я купил тебе лошадь, Катарина.

— Мне все равно, — огрызнулась она, отводя от него взгляд и показывая, что до сих пор обижена на него.

— Отчего же? Теперь поедешь верхом одна, как настоящая сеньора, — ухмыльнулся он.

— Я не сеньора. И лучше вы бы отпустили меня, мессир, — сказала она наставительно. — Я бы за такую милость молилась за вас Богу каждый день.

— Ведьмы умеют молиться? — прыснул со смеха Хуан.

— Ведьмы, по-твоему, не люди? — парировала Катарина. — Молитва — это общение с Богом, а Бог не разбирает, ведьма ты или инфанта. Он смотрит в сердце человека.

— Какое умное заявление, Катарина, — заявил Диего, отпивая вина из кувшинчика. — Вижу, что ты совсем не глупа, как все время талдычишь мне.

— Если бы вы еще поняли, что я не ведьма, мессир, и отпустили бы меня, — с надеждой заявила девушка.

— Не надоело еще ныть? — процедил де Лотарго.

Наконец-то он перестал смотреть на нее и принялся раздраженно есть, быстро вонзая ложку в ароматную паэлью и засовывая ее в рот. Было видно, что ему не по душе эти разговоры Катарины про свободу.

Глава V. Яблоки

Наутро, когда де Лотарго привязывал девушку к седлу, он как-то призывно улыбался и довольно долго задержал свои ладони на ее бедрах. Катарина же недовольная и еще жаждущая сбежать, не выражала восторга от его заигрываний. Она была сильно обижена на него за то, что он воспользовался ей, и присутствие рядом инквизитора было тягостно и мучительно. Ей все время казалось, что Диего в душе потешается над ней, наверняка думая, что она глупа и доверчива. Потому желание сбежать от этой неприятной троицы у девушки крепло с каждым днем все сильнее. Она могла это осуществить, но только со свободными руками.

— Хотя бы руки не связывайте мне, — пробурчала Катарина, пока он еще не отошел от нее. — Мне неудобно будет держаться в седле.

Окинув ее подозрительным и долгим взглядом, инквизитор спросил:

— Обещаешь, что не сбежишь и не будешь ворожить?

— Не сбегу, — кивнула тут же девушка. — А ворожить никогда не умела.

— Ну-ну, сделаю вид, что верю тебе, Катарина, — по-доброму ответил он и не стал ей связывать руки. Криво скалившись, он уже тише добавил: — И только оттого, что ты была ласкова со мной.

— Можно уже забыть об этой глупости? — возмутилась она, чувствуя, как его ладонь прошлась по ее ноге вниз и остановилась на изящной голени.

Не обращая внимания на ее недовольство, Диего поднял на нее лицо и начал ласкать ее ногу сильными пальцами через чулок, чуть повыше туфельки.

— Почему сразу глупости? — заявил он хрипло. — Мне понравилось.

— Если вы думаете, что я вновь клюну на ваши прелести, то ошибаетесь, мессир!

— Мои прелести? Ты находишь меня соблазнительным, Катарина? — усмехнулся он, и его рука полезла выше под ее юбку.

— Нет! Я не так сказала! — выпалила она, скидывая его руку со своей ноги.

— Тогда объясни.

— Плата вперед!

— Какая еще плата? — не понял он.

— Вы пишете мне индульгенцию с вашей росписью,что отпускаете меня, и тогда, может быть…

— Может быть что? — поинтересовался он хитро, ему нравилось дразнить ее.

— Вы всё поняли!

— Понял. Но нет, Катарина. Я прекрасно обойдусь и без твоего соблазнительного тела, главное — выполнить то, что поручено.

— Дело превыше всего?

— Конечно.

Он отошел от девушки, оставив ее руки свободными. Быстро вскочил на своего жеребца и взял поводья ее кобылы в свою руку, заявив:

— Предупреждаю, Катарина, я доверяю людям один раз. Если кто-то нарушает слово, то…

— Я поняла, мессир, — хмуро ответила она.

— Прекрасно.

.

После полудня инквизитор Арагонский с девушкой и его людьми достигли провинциального городка Масаррон. Проезжая по шумным улочкам верхом, всадники искали, где можно пообедать и немного передохнуть перед дальнейшей дорогой. До заветной Картахены оставалось всего шесть часов верхом, и де Лотарго намеревался уже сегодня вечером достичь древнего святилища катаров.

Когда они выехали на шумную площадь, где шла бойкая торговля, Катарина уже пребывала в безумном напряжении. Она понимала, что времени почти нет и вот-вот этот вредный инквизитор проверит ее на веретенах и подтвердит, что она ведьма. Потому яростно искала выход. Открыто ворожить она не могла. Однако, проезжая по площади, она наблюдала за многочисленными горожанами. Здесь в этот дневной час торговали всем чем угодно, от свежей живой рыбы и булок до коней и кудахчущих кур.

План побега родился в ее голове внезапно.

Руки ее были свободны, потому, сделав пару нужных движений пальцами, она внимательно проследила за тем, как с большого лотка чуть впереди вдруг начали падать на землю яблоки. Тут же нищие ребятишки бросились поднимать их, создав хаос у лотка. В следующий миг Катарина потоком воздуха выбила из рук одного буржуа мешочек с золотом, который, упав не землю, рассыпался монетами. Немедля девушка увеличила силу ветра, и тот начал сдувать с прилавков легкую утварь. И для верности отстегнула привязанных лошадей, внушив животным панический страх. Все она сделала молниеносно, за пару минут, даже не поднимая рук и лишь ворожа умелыми пальцами и губами.

На площади мгновенно начался настоящий хаос. Отвязанные испуганные лошади разбежались, снося ближайшие прилавки. Люди кричали, толкались, ругались. Все торговцы пытались удержать свои товары, а горожане, толкаясь и суетясь, старались схватить тайком упавшие продукты. Проворные ребятишки собирали с земли оброненные деньги буржуа.

Поднялась такая паника и неразбериха на площади, что Катарина как-то незаметно отстала от своих трех спутников-пленителей. Быстро развернув кобылу, она юркнула в ближайший узкий проем между домишками. Воодушевленная тем, что у нее всё получилось, Катарина со всей силы понукала лошадь, поскакав вперед на соседнюю улочку.

Чувствуя, что ей, возможно, удаться сбежать, девушка торопливо скакала вперед, понимая, что надо немедленно где-то спрятаться, пока эта троица не поняла, что она сбежала. Затравленно озираясь по сторонам, она преодолела галопом несколько маленьких улиц. В какой-то момент Катарина стремительно повернула за угол дома и тут же вскрикнула, невольно осадив кобылу. На ее