Милый мальчик - Роза Ветрова

- Эй, ты тут? Как там тебя. Боброва Мишель.

- Лучше просто Миша, - шепчу я, как загипнотизированная глядя на потемневшие зрачки психа за стеклами очков.

Никогда прежде ни один человек не вызывал во мне одновременно и глубокое чувство страха и всепоглощающую ярость.

- Миша. - Он пробует мое имя. Голос, при этом, пугающий, какой-то равнодушно-безжизненный. Этот чел сильно смахивает на маньяка. - Миша, тебе не понравился Эрнест?

- Э-э-э... Понравился, - смиренно произношу я, молясь про себя, чтобы Савва на радостях не устроил мне с ним повторное знакомство. Поближе, так сказать.

- Хорошо, - кивает одноклассник. - Будешь хорошо себя вести, так и быть, дам тебе с ним поиграться.

Пхааа... Как увидела - начала мечтать об этом. Вот же ублюдок.

Никак не пойму я его - угорает надо мной или всерьёз? Лицо такое бесстрастное, что не понять. Но если человек прикалывается, то должна же на его лице хотя бы мимолетно мелькнуть тень улыбки? У него пока, кроме маньячной, никакой еще не было. Это сильно напрягает.

Раздается металлический лязг, Савва снова достает ножницы и начинает их крутить в пальцах. От их вида мне опять становится дурно, но я как завороженная гляжу, на то, как они двигаются у него в ладони.

- На чем мы там остановились? - Он глядит на меня сверху, даже не наклонив лицо, а всего лишь опустив глаза. Если коснуться его без рук, то мой нос уткнется как раз ему в солнечное сплетение. Твою ж... Какой-то он огромный для одиннадцатиклассника? - Зачем ты полезла к моему брату?

Сглотнув, начинаю оправдываться. Нервы на пределе, блеск ножниц играет бликами на очках психа, а мне просто хочется осесть кулем. Останавливает только что осяду в его ногах. И если он на меня наступит, то точно переломает пополам.

- Я не знала, что он начнет задыхаться. Я даже не подозревала... Я бы никогда...

- Ты такая тупая и выполняешь что попросят другие, не думая?

- Нет же... Просто я...

Не зная, что сказать, я замолкаю, чувствуя, что голос надламывается. В горле собирается болезненный комок, и по горящему лицу все-таки бегут слезы. Нервы не выдержали и сдали. Быстро опускаю голову, чтобы он не увидел как я позорно рыдаю, но поздно. Его рука взмывает, и пальцы жестко хватают меня за щеки, заставляя поднять лицо и посмотреть на него.

Меня не покидает стойкое ощущение, что ему нравится увиденное. Ну, не мое лицо конкретно, а именно слезы. Наверное, его каждый раз накрывает удовлетворение осознавать, что размазал под ногами еще одну букашку, под названием человек.

- Хм. Ты совершеннолетняя? - ни с того, ни с сего спрашивает Савва после паузы, и мои слезы моментально высыхают от нового страха, скрутившегося в животе тугим узлом.

А это тут вообще каким боком?

- Нет, - тут же вру, для убедительности помотав головой. - В июле будет день рождения.

Вообще-то мое восемнадцатилетие случилось полтора месяца назад, но из-за перевода в новую школу, мне было как-то не до празднования. А маман тем более.

Выпускной будет в конце июня, а в июле меня, само собой, уже не будет в этом городе. Я только что это решила. Вот прям после этого вопроса.

Ах, боже, зачем я вообще перевелась сюда на свою голову?! Сидела бы там и не рыпалась каких-то три месяца.

Он отпускает мои щеки и убирает ножницы в карман.

- Ладно. Свободна, Миша.

Нужды повторять не было, меня тут же сдуло ветром. Не поверив своему спасению, я шустро бежала в класс, оглядываясь всю дорогу до кабинета. Но Саввы за спиной не было.

Инна Семеновна отсутствовала, одноклассники галдели без пригляда, слонялись туда-сюда, забив на урок. При виде меня шум поднялся еще больше.

- Глянь, живая, - смеется Алферова-или-Евстигнеева. Кто-то ржет в ответ.

Кирилла нет на месте, видимо ушел в медкабинет.

Игнорируя смех, я топаю к своей парте.

После предварительного осмотра парты и стула на предмет арахнидов, я с тихим стоном плюхаюсь на свое место, покосившись на вымазанную кровью тетрадь. Как мне выжить тут еще два месяца?

Ко мне поворачивается Витька. На лице его сочувствующее выражение.

- Ну как, познакомилась с Чудиком? Это брат-близнец Додика.

Додик и Чудик. Ну какая милота.

- Слушай, если хочешь дожить до выпускного, то лучше не пересекайся с ним. Он это... Совсем тронутый. Психопат, в общем. Я его давно знаю, точно тебе говорю.

Спасибо, я знаю его около получаса, но в твоих словах не сомневаюсь ни секунды и с уверенностью подтверждаю этот диагноз.

Вот только получится ли у меня, зная мое "везение" , не пересекаться с этим психом?

**

6

- Ну а дальше-то что было? - наседает Лялька, слушая меня всю пару.

Конечно, я рассказываю без подробностей, только факты. Но пока вспоминала, все пережила заново, словно вчера это было, и не прошло чуть больше полутора лет.

- Ну он меня какое-то время не трогал. Егор пришел, и я попросила у него прощения. Наедине. Жаль, что, по-моему, он ничего не понял, - с сожалением произнесла я. - Додик улыбался, пребывал в благостном настроении. Эпизод с машинками вылетел из его головы.

- А Савва?

- Что Савва? Говорю же, не трогал меня. Хотя сидеть с ним на уроках было невероятным мучением. Я все время тряслась, что однажды он придет не в настроении и воткнет в мою голову циркуль или ножницы.

- И он так просто тебя оставил? - не верит подруга.

- На какое-то время, да, - жму плечами. - Ну не считая того, что он часто подолгу пялился в мою сторону. Я не реагировала, делала вид, что не замечаю, хотя мне, конечно, жуть как было страшно!

Чтобы сократить свой рассказ я многое утаиваю. Потому что знаю, что сумасбродная Лялька начнёт романтизировать этого психа. А мне ведь реально было страшно. И страх никуда не делся, а даже усилился.

Я не говорю ей о том, что Чудик стал проявлять ко мне внимание и тем самым еще больше начал пугать меня. Если она узнает, что он ухаживал за мной, точно не отстанет, воображая вслух как она будет отплясывать на нашей свадьбе. Ну бред же.