Выбор, который делают за нас - Галина Добровольская

class="p1">Удержать он меня не пытался, и я ускорила шаг, почти влетая в один из открывшихся лифтов. Страх того, что он последует за мной в пустую кабинку, не отпускал. До того момента, пока двери лифта не закрылись. Но лифт остался на месте, несмотря на то, что я уже нажала кнопку восьмого этажа. Шипения по новой открывающейся двери заставило вжаться в одну из стеклянных стен. Я слышала только, как колотится моё сердце, хотя понимала, что для паники нет причины. И даже если Данил войдёт сюда за мной, лифт оборудован камерами, и кнопкой экстренного вызова охраны.

Двери наконец-то разъехались настолько, что я смогла увидеть того, кто меня задержал. И даже мысль, что это был не Данил, облегчения мне не принесла.

Предо мной стоял Егор Вяземский, отец той самой, что приходила ко мне во снах, после того как покончила с собой на моих глазах.

Он окинул меня пустым блеклым взглядом, таких же синих глаз как у дочери. И нажав кнопку десятого этажа, повернулся ко мне спиной. Проявляя полное безразличие к моей особе. Хотя еще пару месяцев назад, он обвинял меня и Сашу в убийстве его единственного ребенка.

Я так и ехала всю дорогу, вжавшись в стенку лифта и смотря на модно остриженный затылок мужчины. И уже когда створки дверей раскрылись на моём этаже, выходя, услышала, а может это и моя бурная фантазия: «…ответишь, тварь…»

Я повернулась с немым вопросом в глазах, и пристально посмотрела на Вяземского. Тот только безразлично взирал в пространство, не обращая на меня ни малейшего внимание, пока дверцы кабинки не скрыли от меня мужчину. Может мне показалось?

- Что-то случилось? – вместо приветствия встретил меня Саша. – На тебе лица нет.

- Я так торопилась, что забыла его надеть, - попыталась отшутиться я.

Губы Саши сжались в плотную линию, заставляя меня почувствовать себя виноватой. Но считала, что сейчас не самый лучший момент всё ему рассказывать вот приедем домой. Что-то мне подсказывало, что обе сегодняшние случайные встречи, не случайны. Но это лишь по моим ощущениям. Ведь не один, ни второй мужчина, не проявили ко мне совершенно никакого интереса. И может даже быть, что я просто себе накручиваю, так как неожиданность выбила почву у меня из-под ног.

И если мне, скорее всего, показалось, что Вяземский чем-то угрожал, учитывая моё состояние, то вот Данил явно утверждал, что наши встречи теперь будут постоянными.

Страх, что бывший телохранитель будет меня преследовать, сковывал внутренности. А может папа его простил, и он снова работает на нашу семью? А я тут себе на придумывала, в силу бурной фантазии.

Подняла свой взгляд на мужа, что стоял, и как-то странно смотря на меня. Он, по-видимому, что-то говорил, а я не слышала, была полностью занята своими страхами.

- Прости, что? – закусила я нижнюю губу, так, что ощутила металлический привкус.

- Я жду, кода ты снимешь пальто, - кивнул Саша, на элемент моей одежды, в который я до сих пор неосознанно куталась, несмотря на то, что в помещении было душновато.

Тут же поспешила избавиться от тёплой вещи, демонстрируя, маленькое черное платьице, что купила себе пару дней назад, когда мы с Никой и её парнем, гитаристом, ходили по магазинам Москвы.

Саша одобряюще улыбнулся, явно был доволен моим видом. И пока Саша сдавал в гардероб моё пальто, я постаралась вернуть хотя бы немного прическу на место. Муж меня не торопил. А только встал рядом и что-то набирал в своём мобильнике. Я привела в порядок волосы и нанесла блеск на губы. К тому моменту как я закончила, у Саши брякнул телефон, говоря о приходе сообщения, которое мужу явно не понравилось. Он, прищурившись, глянул на меня, а потом сказал, не то что я ожидала, конечно.

- Пойдем, нас уже заждались, - а потом продолжил, давая мне понять, что в курсе о моих сегодняшних приключениях. – Без охраны из дома больше не нагой.

- Но… - я не успела договорить, как мы уже вошли в зал, где за большим круглым столом нас ждали приблизительно человек пять политиков со своими женами.

- Милая знакомься, - отодвигая мне, стул сказал Алекс. – Михаил Эдуардович Вельможин, - указал муж на мужчину преклонных лет, чья шевелюра была уже густо покрыта сединой, а лицо украшено возвратными морщинами. Ему явно было более семидесяти лет, а он до сих пор в политике. – Рядом с ним его супруга, Лидия Ивановна, - указал Саша на девушку лет двадцати, в обтягивающем белом платье с открытыми плечами и глубоким декольте. Её искусственные ни разу не девяносто грозили вот-вот выскользнуть в тарелку, что стояла перед ней, благо, что пустая.

- Лазарев Игорь Вениаминович, - представил он мне следом мужчину лет сорока, который был без компании, и старался игнорировать призывные взгляды Лидии Ивановны, так как в аккурат седел напротив неё.

Игорь Вениаминович был видным мужчиной и известным политиком. Насколько я была осведомлена, именно его кандидатуру метят на Сити - менеджера Москвы. Помимо мозговитости он так же обладал удивительной харизмой. Он вроде просто глянул на меня и улыбнулся, а у меня уже мурашки по спине побежали, и я ощутила себя центром вселенной. Да, от таких альфа - самцов лучше держатся подальше. Они знают себе цену и по мелочам не размениваются, и зря тут Лидочка из платья готова ради него выпрыгнуть.

- Ну а, Катанова Евгения Олеговича, я думаю, ты помнишь, так же как и Захарова Евгения Юрьевича, - я улыбнулась молодым мужчинам, с русыми волосами, которые в шутку природы были похожи как родные братья, но по закону топографии, это было совершенно не возможно. Да и родители обоих мужчин были известными выдающимися людьми в своих городах.

- Мы рады видеть вас, Анна Кирилловна, - улыбнулся Захаров, - вы после нашей встречи на вашей помолвке стали еще красивее.

Мне оставалось лишь дружелюбно улыбнуться мужчине. Их спутниц Саша мне не представил, что означало, что парни пришли с любовницами, на которых акцент не делается. А так просто элемент декора.

- Ну и Маркова Владлена Викторовича, мне тебе представлять не нужно, - усмехнулся Саша, усаживаясь на свободный стул рядом.

Я могла лишь послать крестному лучезарную улыбку, что рада его видеть. Бросится ему на шею с криками «Лен, я так скучала», мне не позволяли нормы приличия. Но я точно знала, что этот импозантный мужчина, друг