Марина Цветаева. Письма. 1928-1932 - Марина Ивановна Цветаева

Сердечное спасибо, Вы очень добры, и все это очень растравительно. Трагическая часть вечера — в сочувствии, а не в равнодушии: последнее в бытовом порядке вещей, и во мне ничего не вызывает. Такая же присылка как Ваша — ВСЁ.

Ну вот.

Целую Вас.

                             МЦ.

… Будет скоро тот мир погублен!

Погляди на него тайком —

Пока тополь еще не срублен

И не продан еще наш дом… [1009]

(16-ти лет, в 1910 г. [1010] — не знала, что сожгут! [1011])

Да! Если устали (а устали наверное!) — на мой вечер не приходите, тем более, что я буду читать последней и немного. Когда-нибудь (- да!) увидимся по-человечески — посидим, поговорим, а это ведь лучше «вечеров»? —

Впервые — НП. С. 406–407. СС-7. С. 239. Печ. по СС-7.

19-30. С.Н. Андрониковой-Гальперн

                             Милая Саломея!

Если можно — назначьте мне вечерок поскорее. Пока все свободны кроме среды. А то после вечера ряд свиданий, и я боюсь, что опять вся неделя разойдется. Пока не связываюсь ни с кем.

М<ожет> б<ыть> дадите телеграмму? Просто день, я буду знать, что от Вас.

Аля учится, я свободна только вечером.

Целую Вас.

                             МЦ.

Медон, 2-го мая 1930 г., пятница.

Впервые — СС-7. С. 128. Печ. по СС-7.

20-30. Н. Вундерли-Фолькарт

Meudon (S. et О.)

2, Avenue Jeanne d’Arc

8-го июня 1930 г.

                             Милостивая государыня,

всего лишь несколько слов, чтобы Вы знали: я получила Ваше славное письмо.

В ближайшие дни я еду в Савойю — там должны мы были встретиться с Р<ильке>. Он спрашивал: «Когда?» [1012] Я сказала: «В комнатах я сидеть не желаю, а на улице зимой холодно, так что…» [1013] Тут он сразу же отозвался, и странно (весь он!) — писал о чем-то другом и внезапно, отрывисто:

Только не надо ждать весны! [1014]

Это было его последнее письмо. Я изумилась тогда: ему-то незачем так спешить, да и ради меня незачем. Что такое? — Это было то самое.

Вот.

Итак, в ближайшие дни уезжаю в Савойю. И, быть может, милая милостивая государыня, Вам однажды захочется навестить меня там. Это деревушка, близко от Шамони. Ведь я сама не могу к Вам приехать, как бы мне ни хотелось. Я — русская, визы мне не дадут, к тому же в Швейцарии все так дорого — душе моей лучше б странствовать в одиночку.

Как это было б чудесно! Вы обрадовались бы мне (я зову Вас, поэтому говорю о Вашей радости). Так Р<ильке> тоже радовался мне, я была наверное его последней радостью как женщина и чужестранка, и к тому же еще — волжский мир [1015].

В Савойе я пробуду три месяца. У мужа больные легкие, с декабря месяца он в санатории, теперь он снял для нас крохотный летний домик неподалеку. Для нас, то есть для меня и детей: девочка шестнадцати лет и пятилетний мальчик. Мне самой — тридцать пять [1016].

Может быть, Вам удастся совершить это небольшое путешествие, иначе мы никогда не встретимся. К сожалению, у нас лишь комнатка с кухней, но в Сен-Лоране [1017] наверняка можно что-нибудь снять, а стол у нас будет общий.

Сен-Лоран называется это место, оно очень красивое.

Не говорите: нет, скажите: да или: пожалуй. Только не говорите: нет. За три месяца многое может измениться.

Вот мое вступление к письмам Рильке [1018]. Я постаралась, как могла, его улучшить, но все равно звучит по-другому. Вся интонация не та. Совсем не-я. Вяло.

_____

Приветствую Вас всем сердцем, полным надежды.

                             Марина Цветаева

Мой адрес:

Г-же Цветаевой-Эфрон

Замок д’Арсин

Сен-Пьер-Рюмийи

     Верхняя Савойя

Это адрес моего мужа, своего я еще точно не знаю [1019]. Он передаст мне Ваше письмо. Замок д’Арсин напоминает замок Райнера: такая же древность, такое же положение. И Сен-Лоран — совсем близко.

— Далеко! Бесконечно далеко!

Что делает мать Р<ильке> на его могиле? Почему ее не было у его постели? Бедная старая женщина! [1020]

Хороша ли (справедлива ли) книга Лу Саломе? Есть ли в ней Он? [1021]

Впервые — Небесная арка. С. 187–188. СС-7. С. 355. Печ. по СС-7.

21-30. Н.П. Гронскому

<9 июня 1930 г.> [1022]

                             Милый Н<иколай> П<авлович,>

Нынче забыла у Вас ручку — тростниковую [1023], маленькую, рядом с чернильницей.

Ради Бога тотчас же спрячьте и занесите мне ее в пятницу. Поезд в 10 ч<асов> 50 мин<ут> [1024]. Будьте не позже 10 ч<асов> 30 м<инут> у нас. До свидания! Спасибо.

                             МЦ.

Понедельник.

Впервые — СС-7. С. 214. Печ. по СС-7.

22-30. Н.П. Гронскому

С<ен->Лоран, 18 июня 1930 г.

Милый Н<иколай> П<авлович>. В саду ручей, впрочем не сад, а лес, и не лес, а тайга: непродёрная. Над щетиной елей отвес скал. Все прогулки — вниз, мы последний жилой пункт. Почты нет, пишите на: S<ain>t Pierre-de Rumilly [1025] Château d’Arcine (H<au>te Savoie) мне. Завтра y Вас экз<амен>, ни пуху ни пера! [1026] Третья гроза за 2 дня. Электричество потухло, пишу при уютной керосиновой лампе. Мур спит. Немножко обживусь — напишу подробнее. Спасибо за проводы и неизменную преданность.

                             МЦ.

<Приписка на полях:>

МУР — ЧИТАЕТ И ПИШЕТ!!!

Впервые — СС-7. С. 215–216. Печ. с исправлением датировки по кн.: Несколько ударов сердца. С. 173.

23-30. С.Н. Андрониковой-Гальперн

S<ain>t-Pierre-de-Rumilly (H<au>te Savoie)

Château d’Arcine