Творения. Часть 2 - Афанасий Великий

36) Не должно же доискиваться, почему Слово Божие не таково, как наше, потому что, как сказано уже, и Бог не таков, как мы. Неприлично также доискиваться, как Слово от Бога, или как Оно – Божие сияние, или как рождает Бог и какой образ Божий рождения. Кто отваживается на подобныя изследования, тот безумствует, потому что желает истолковать словами, что неизреченно свойственно Божию естеству и ведомо одному Богу и Сыну Его. Это то же значит, что и доискиваться: где Бог, почему Он Бог, и каков Отец. Но как предлагать подобныя вопросы нечестиво и свойственно неведущим Бога, так не позволительно отваживаться на подобныя изследования о рождении Божьего Сына, и Бога и Премудрость Его измерять своим естеством и своею немощию. Но поэтому не следует представлять о сем вопреки истине, и если кто при этих изследованиях приходит в недоумение, то не должен не верить и написанному.

Лучше недоумевающим молчать и веровать, нежели не верить по причине недоумения. Недоумевающий может еще быть извинен, потому что хотя и допытывался, но потом совершенно успокоился. А кто по недоумению примышляет себе неподобающее и говорит о Боге, что недостойно Бога, тот не извинителен в своей дерзости, потому что в подобных недоумениях из Божественных Писаний может извлечь для себя некоторое пособие и хорошо уразуметь написанное, представлять же в уме как бы для примера наше слово. Как оно собственно от нас, а не внешнее наше дело, так и Божие Слово – собственно от Бога и не есть произведение. Оно не то же, что слово человеческое, иначе и Бога необходимо представлять себе человеком. Ибо вот, ежедневно преходят многия и различныя слова человеческия, потому что прежния слова не пребывают, но исчезают. Это же опять бывает потому, что отцы их, как люди, и возрасты имеют преходящие, и представления последовательно сменяющиеся, а на чем останавливаются мыслию и о чем размышляют, о том они и говорят, почему много у них бывает слов, и после многих вовсе не остается ни одного. Как скоро говорящий прекращает речь, тотчас утрачивается и слово. Но Слово Божие есть одно и то же, и как написано, Слово Божие во век… пребывает (Псал. 118, 89), не изменяясь и пребывая не первым или вторым по первом, но всегда тем же. поелику Бог един, то прилично быть единому Божию Образу, единому Слову и единой Премудрости.

37) Посему дивлюсь, как еретики, когда Бог един, по собственному своему примышлению вводят многие образы, премудрости и слова и утверждают, что «одно слово есть собственное и по естеству Отчее слово, которым Бог сотворил и Сына; истинный же Сын только по примышлению (χατ᾿ ἐπίνοιαν) нарицается Словом, также как и виноградною лозою, путем, дверию, древом жизни. И Премудростию по имени только, говорят они, нарицается Сын, есть же иная собственная и истинная Отчая премудрость, нерожденно Отцу соприсущая, которою сотворив Сына, по причастию сей премудрости наименовал Его также Премудростию». И это не на словах только преподается у них, но и Арий поместил в своей Талии, и софист Астерий, как говорили мы в предыдущем слове, написал так: «Не сказал блаженный Павел: проповедуем Христа сию Божию силу или сию Божию Премудрость, но без приложения члена говорит: Божию силу и Божию Премудрость, проповедуя, что есть иная собственно Самому Богу принадлежащая сила, естественная и Ему нерожденно соприсущая, и она-то есть родительница Христа, зиждительница всего мира, о ней уча, апостол в послании к Римлянам говорит: невидимая бо Его от создания мира творенми помышляема, видима суть, и присносущная сила Его и Божество (Римл. 1, 20). Как никто не скажет, что именуемое здесь Божество есть Христос, а не Сам Отец, так, думаю, и присносущая сила Его, и Божество есть не единородный Сын, но родивший Сына Отец; апостол же учит, что иная есть Божия сила и премудрость, являемая чрез Христа». И немного после тот же Астерий говорит: «Хотя присносущная Его Сила и Премудрость, которая по истинному разсуждению безначальна и не рожденна, без сомнения, есть одна и та же, однако же многия силы и премудрости, отдельно сотворенныя Богом, и в числе их перворожденный и единородный Христос, все подобным образом зависят от обладающаго ими Бога, и все справедливо именуются силами самого Бога, их сотворшаго и употребляющаго в действие. Так, например, о пругах, посланных Богом в наказание за грехи человеческие, пророк говорит, что сам Бог называет их не только силою, но и силою великою (Иоил. 2, 25), а блаженный Давид во многих псалмах не только ангелов, но и силы призывает к славословию Божию».

38) Не достойны ли они всякой ненависти за это одно ими сказанное? Если, как полагают еретики, Господь не Сын по рождению от Отца и по усвоению сущности, но именуется Словом ради разумных тварей, Премудростию ради одаренных мудростию и силою ради облеченных силою, то, без сомнения, и Сыном наречен ради усыновляемых, а может быть, и бытие имеет по примышлению ради сущих в бытии. Поэтому, что же такое Он? Не может Он быть ничем из поименованнаго, если все это только имена Его и если имеет Он в Себе один призрак бытия, ради нас украшаясь этими именами. Но подлинно диавольское или еще и большее это высокоумие! Сами хотят быть истинно самостоятельными, о Слове же Божием думают, что существует только именем. И не странны ли эти вещания их – Премудрость называют соприсущею Отцу; утверждают же, что – Христос не есть сия Премудрость, но что много созданных сил и премудростей и что одна из них есть Господь, применяемая ими к гусенице и пругам. Не коварны ли они? Слыша у нас, что Слово сопребывает с Отцем, поднимают вдруг ропот, говоря: «Следовательно, по утверждаемому вами, не созданных два». Сами же утверждая, что Премудрость Его несозданна, ужели не видят, что упрек, какой напрасно делают нам, падает на них? И опять, не совершенно ли юродива эта их мысль – утверждать, что не созданная соприсущая Богу премудрость есть сам Бог? Соприсущее не себе, но