Пташка - Natalia Klar

Этьен просунул руку в дырке в стекле, но так и не прикоснулся, остановив ладонь в нескольких сантиметрах от тела. Он него шло теплом.

— Что с ним? — спросил он серьезно у Бартона, все еще посматривая на ребенка. На своего, вообще-то, ребенка.

— Порок сердца и легкие не работают. — Бартон попытался встать рядом, но Этьена снова передернуло, он сильнее натянул рукава кофты и отошел подальше. Все равно все это было бессмысленно. Он не любил Генри. Никогда не любил так сильно, чтобы это можно было назвать настоящей любовью. Но почему-то этого маленького альфу уже любил.

— Мне с врачами нужно поговорить. Ему операцию будут делать?

— Да, — Генри закивал, — я разговаривал.

— Да мне плевать, с кем ты разговаривал. — Этьен подавил желание прикоснуться к разболевшемуся боку. — Он почти не живой. У меня есть деньги, я бы мог… — Этьен замолчал.

— А Мишель где? — спросил Бартон через несколько минут молчания.

— Забрали обратно, откуда и приносили. Его выписывают завтра, так что потрудись забрать.

— И тебя. — Выдохнул осторожно Генри.

— Я бы здесь остался.

— Тебе отмечаться на днях надо идти.

— Куда?

— У куратора твоего. — Этьен недовольно вздохнул, почти фыркнул. Генри подошел ближе и очень осторожно и с нежностью приобнял его за плечи. — Это очень хорошо, что ты на свободе. Не возмущайся.

Этьен посмотрел на маленького альфу. Сердце щемило. Намного сильнее, чем когда он смотрел на Мишеля.

— Пускай Ричардом будет. — Тихо пробормотал он, так и не стряхнув руки Генри. — Сильным будет, выживет. Генри?

— А?

— Это обязательно? Я же два месяца не отмечался, и ничего не было.

— Ты в больнице лежал.

Этьен присел на корточки рядом с такой своеобразной колыбелькой. Все-таки протянул руку и прикоснулся к ребенку. Теперь уже Ричард даже слабо пошевелился и сам потерся своим боком об руку Этьена. Этьен кисло улыбнулся, погладил его аккуратно пальчиком.

— Маленький мой. — Прошептал себе под нос. — Бедненький. Я знаю, Бартон, что это я сам везде налажал. Но что-то не легче от этого. Вообще херово даже, если честно. Но я посмотрю, что можно со всем этим сделать.

Генри прохаживался у него за спиной, а Этьен аккуратно чертил пальцем узоры по открытому животику у ребенка. Мальчик выглядел очень хрупким. Намного ранимей, чем самая изысканная стеклянная вазочка.

— В смысле? — где-то через пару минут спросил Генри. — Если ты опять…

— Генри, не тупи. Найди главного доктора лучше.

— Он через часок обещал прийти.

— Вот это хорошо.

Этьен все больше переходил на шепот, Бартон тоже понижал голос. Стало так тихо, что Этьен даже слушал, как работает дыхательный аппарат, чувствовал, как у ребенка поднимается и опускает животик. Ричард даже очнулся и приоткрыл глаза. Светлее, чем у омежки.

Бок все больше и больше болел. Бартон вскоре поднял его с пола и даже хотел отвести обратно через длинные коридоры и переходы, но Этьен остался ждать обещанного врача. Конечно он понимал, что у него там еще один ребенок, но тот ребенок мог справиться и без него.

А вот этот лежал один. И такой маленький, и глазками своими смотрел так бессмысленно и грустно, что у Этьена слезы наворачивались. Их выгнали из реанимации. Этьен остался сидеть на стульчике, тихо всхлипывая и каждую минуту утирая глаза кулаками. Генри ушел в сторонку, скрестил руки за спиной и уставился в окно. Так и замер. Этьен пару раз кинул на него взгляд и совсем отвернулся. Хотелось как-то чтобы Генри был с ним, но и трясло от его присутствия. Этьен сам в себе запутался и уже давно ничего не понимал.

Доктор пришел не скоро. Около часа ждали. Генри за это время даже ни разу не пошевелился. Этьен иногда поглядывал на него.

Доктором был пожилой альфа с добродушным выражением и усами. Этьен подскочил на месте, когда понял, кто это, схватил альфу за рукав халата, пытаясь придержать, но сам же чуть не упал с ног. Кровь ударил в голову и ее как ножом рассекло. На пару секунд покачнулся, но устоял.

— Вылечите его. — Первым же делом попросил.

— Мы посмотрим, что можно…

— Я заплачу.

Генри тоже наконец-то оказался рядом. Убрал руку Этьена от доктора и зажал ее в своей, поглаживая сжатые пальцы.

— Даже если так. Операция очень сложная. Летальный исход и все такие дела.

— Летальный? — выдохнул Этьен. — Это умрет? — он повернулся к Генри. Тот неуверенно кивнул, придерживая Этьена уже за локоть.

— Мы и хотим, чтобы он не умер. Хирурга хорошего надо.

— А у вас нет?

— Операция сложная. — Повторил альфа. — Очередь большая.

— Я заплачу. — Повторил Этьен.

Альфа посмеялся, немного нервно и криво.

— Пускай ваш муж ко мне зайдет, я поговорю с одним специалистом, он самые тяжелые случаи вытягивает, но цены у него соответствующие.

Генри сжал его плечо и подышал на волосы.

— Я сам зайду. — Пообещал Этьен.

* * *

Ричарду было лучше и его даже разрешили взять на руки. Бартон только что свозил Этьена отметиться. Куратор лишь сухо задал несколько вопросов, просил завести справки и оформить документы на детей, и тогда можно будет не устраиваться на работу. Сказал прийти через пару недель.

Генри хотел увести Этьена домой, но Этьен поехал в больницу.

Домом теперь называлась снова старая квартира Этьена. Бартон еще пару месяцев назад перебрался туда, не спросив разрешения на это. Но Генри там прибрался, сделал подобие уюта, и Этьен ему ничего не стал говорить.

Ричарда он держал на руках аккуратно и боялся лишний раз на него дышать. Ужасное настроение, которое появилось из-за всех этих людей в форме, тут же растаяло. Ричард заставлял его радоваться. И то, что его больше не опутывала гора трубок, делало настроение на весь день.

За всем этим наблюдал санитар, но уже через час заявился тот альфа — доктор. Этьен уже устал стоять с ребенком на руках, но отпускать его он тоже не хотел. А мальчик вроде спал, и стал выглядеть поздоровей, хоть и чувствовалось, что он не такой, как тот же Мишель, что ему здорово досталось.

— На днях его можно будет прооперировать. — Доктор прошелся вдоль стены.

— Он выживет?

— Видите же, — доктор улыбнулся, — он сильный, сам справиться пытается. Конечно, выживет.

Этьен счастливо заулыбался и через час подписал бумаги и перевел нужную сумму, позаимствовав пару сотен из тех денег, которые спас Стефан.

Вечером Генри силой отвез его домой. В квартиру. Мишель, которого Этьен отдал Стефану, снова оказался здесь. Генри забрал. Даже кроватку купил и поставил