Ирри 2 - Альбе Альбертова

Ирри села, посмотрела по сторонам и кивнула:

— Спасибо, я снова вижу, это замечательно. Одир, у тебя есть пара минут? Думаю, нам нужно поговорить.

Адепт даже пошатнулся, но устоял на ногах и жалобным тоном уточнил:

— А может, попозже?

— Давай сейчас, у меня появилось время подумать, и я многое поняла.

— Мне уже страшно…

— Все будет хорошо, — заверила его Ирри.

— Вот этого я и боюсь.

Как ни странно, Одир действительно нервничал и переживал, это Ирри поняла по колебаниям сил. Поэтому начала она с улыбки и пояснения:

— Я просто хотела поговорить и разобраться, чтобы не толкать всех в счастливое будущее по моему усмотрению, а узнать, как его видите вы сами. Ты просто первый. Поэтому давай обсудим. Если тема будет совсем неприятной — можно можем отложить или вообще махнуть на все рукой.

Будущее Одир не видел никак. Точнее, он знал, что станет целителем и будет заниматься пациентами, но на этом все. Были общие представления о доме и семье, но никакой явной конкретики не имелось. С группой Ирри он связался, чтобы попробовать новое, может, для себя что-то решить и понять, прославиться, раз такая возможность у ее учеников появлялась. Принцип — почему бы и нет? И он удивительным образом сработал. Конечно, пришлось подтягивать знания по забытому и ненужному уже материалу, начинать углубленно заниматься артефакторикой, разбираться в материалах и общаться с множеством адептов остальных специальностей, и в целом это было весело и познавательно, но по большей части с кабиной Одир чувствовал себя ненужным. На этой стадии работы точно, зато когда появлялась потребность в помощи целителя — возвращался в родную стихию. Он начал нарабатывать план для целителей, которые будут работать с кабиной, но в целом его работа не приносила такой пользы, которой он ожидал.

Еще Одира нервировало отношение мастера Альферта к Ирри: он искренне уважал его и считал чуть ли не идеальным целителем, но простые человеческие качества мастер проявлял скупо или по каким-то причинам этого делать вовсе не хотел. Однако со временем лед тронулся, обоим стало легче, и Одир тоже успокоился, видя благополучные изменения. От Ирри он ничего конкретно не хотел, планируя просто остаться поблизости, а после выпуска куда-то устроиться на обязательную стажировку. Может, поддерживая отношения с ребятами из группы дальше, как и с ней самой. Корысти в его желаниях не было, никакой помощи от Ирри он не ждал, даже наоборот, ее однозначно опасался. Будучи стабильным середнячком, паренек в целом хорошо себя чувствовал и ничего менять не собирался.

— Понимаю, разделяю и в спину больше толкать не буду. Но помнишь ваши первоначальные расчеты с Силь?

— Это когда мы полностью и везде ошиблись?

— Не полностью и не везде. Тебе, кажется, это нравилось…

— И что? К чему такое опасение в голосе? — насторожился тот.

— Профессиональная деформация, — улыбнулась Ирри и пояснила: — Там было здравое звено. Ты не хотел бы к этому вернуться?

— А зачем? Мы хотели определять и исправлять все сразу, — тут же начал защищаться Одир.

— Отличная идея, этим она мне и понравилась. Можно я предположу, а ты подумаешь? Скажу сразу: сомневаюсь, что у тебя или даже у вас с Силь вышло что-то полностью работающее и воскрешающее каждый закинутый в кабину полутруп. Но некоторые воздействия можно провести с помощью целительских артефактов, сам знаешь.

— Знаю, и что?

— Обычно артефакторы на этом и останавливаются, дальнейшее выходит за рамки их деятельности. Целители этим вообще не занимаются: это иная сфера, но у тебя выходило. Возможно теоретически рассчитать что-то не только находящее недостаток, но и исцеляющее его…

— Мастер…

— Ты не дослушал, это введение было. Скажу откровенно, не хочу показаться грубой, вряд ли выйдет…

— Вообще вряд ли выйдет.

— Да, но если ты хотя бы расчет оформишь как положено, он ляжет в архив, — пояснила Ирри и, встретив непонимание, добавила. — Смотри, твой расчет, опубликованный и устроенный папочкой на полке, рано или поздно подтолкнут артефакторику или целительство дальше. Опять без обид — вряд ли ты станешь основоположником нового направления, это какие-то гении творят, но на основах твоей задумки кто-то когда-то может пойти дальше. Понимаешь?

— Понимаю, — задумался парень. — Досчитать теорию ради теории, попробовать это собрать с кем-то из артефакторов, и даже в случае неудачи, так как все предусмотреть нельзя, будет базис, и, условно, кто-то из следующих ваших учеников продолжит и выведет что-то действующее, это мысль, — кивнул он.

— Попробуй, если будет желание, оно тебя ни к чему не обяжет, но зато, может, что-то даст. Точнее, определенно даст — от моих учеников окружающее ждут чего-то этакого, как только к тебе начнут подходить с этим вопросом, честно сможешь сказать «работаю на прорыве в целительстве, как будет результат — покажу».

Одир усмехнулся:

— Сейчас все расспрашивают, как там кабина и выслушав пару-тройку терминов артефакторов, уходят, как будто что-то поняли.

— Вот видишь, — заговорщически улыбнулась Ирри.

— Вижу. Ладно, я вас услышал и подумаю, в этом есть хорошая идея.

— Отлично. тогда не буду отвлекать, хорошего тебе вечера.

— Удачи, только поешьте, мастер, а то вы скоро до истощения себя доведете.

— Это я так аккуратно худею, — улыбнулась Ирри.

— Тогда уж неаккуратно, не хорошо выходит, — на редкость серьезно отозвался целитель.

— Поняла, учту. Спасибо.

Ирри отправилась в столовую, по пути кинув Вестник Лайзе и Дамиану, чтобы узнать, как там их проклятие, и дальше спросила у Родерика, кто расшифровывает послание потомкам, оставленное пару тысячелетий назад. А еще написала мастеру Илиль, что готова продолжить практику и кое-что успела понять из теории.

Обычный такой субботний день у обычного темного мага и мастера-некроманта в обычном таком Университете.

Занятие с мастером Илиль, как обычно, принесло массу тем для размышления, а упражнения отлично развивали логику. Ирри понимала все неверно и выполняла, как умела, из-за чего некоторые отдельные индивидуумы стали обдумывать новую методику защиты от глубинной Тьмы. Чем раньше никто не занимался, говорили, если нет агрессивного намерения, зачем оно нужно?

Нужно. И именно затем, чтобы отмахнуться от любимой наставницы, желающей сказать что-то важное, когда ты проводишь время в компании девушки. Именно это с утра воскресенья ей возмущенно высказал Фрай. Пришлось каяться и спрашивать, а когда можно его будет беспокоить.

— Теперь уже всегда, — недовольно отозвался ученик и демонстративно ушел завтракать отдельно.

Зато присоединившийся Атто попросил разрешения полюбоваться на ее разум, а то ему сложно с Люком и его логикой. Сам Люк, извинившись, устроился напротив и перед очередным глотком чая спросил:

— А вы со мной не позанимаетесь сегодня, мастер?