Кальдебарас. Вехойтис, Загрис, Форманис - 1ex0

- Кажется, ответ очевиден: Зораги.

Он испытал ещё больше радости и спросил:

- Значит, приближается окончание нашего служения?

Однако мой ответ его немного расстроил:

- Увы, но нет. Идя сюда, я преследовал цель отыскать Славу королей.

- Как же так? Ты – служитель Зораги, но пришёл сюда как искатель сокровищ.

- Всему своё время, отважный Мазиа́л. Вам с А́рмалой предстоит ещё какое-то время пробыть здесь.

- Долго ли?

- Ответ неизвестен мне. Но одно могу сказать наверняка – путь предназначения крив и неровен, и всё же он наполнен благословениями.

Они грустно молчали. Я же, оглядевшись по сторонам, сказал:

- Какое интересное место. Армала, ты, как первейшая его хранительница, наверняка знаешь его историю. Расскажи.

Девушка подняла голову и задала вопрос. Её голос, как и у Мазиала, был чист и приветлив, однако переполнен тяжести:

- Зачем же? Если ты можешь прозреть наши имена, то тебе наверняка не составит труда вызнать всё об этом месте.

- Для повествования. У меня пока что не получится изложить эту историю так, как это можешь ты. Но я буду слушать тебя и запоминать, чтобы внести это в летопись, а заодно приобретать знание.

«Я служила помощницей священника в одном из храмов Сакраарха в Кразу. Мой наставник очень гордился мной и говорил, что я могу стать прекрасной жрицей нашего святого протектора. И в одни из неприметнейших дней пришёл наполненный светом Саталиил. Он осчастливил меня тем, что по воле Туриила, а, значит, и самого Сакраарха, я удостоилась чести возглавить свой храм. И я предоставила всю себя для этого дела. Я не задавал никаких вопросов, а просто делала, как мне велели, так что в итоге меня перевели сюда, в этот храм, который назван Аге́зимнос или по-другому Дом девяти молотов, потому что помимо вечной мессы Сакраарху здесь должна была находиться главная кузница Святой Империи. А девять кузнецов днём и ночью ковали магические изделия. Каждый из них был искусен в изготовлении своего типа предметов. Первым был Ада́р, из-под чьего молота выходили отменные шлемы. Вторым – Гериа́т, умевший мастерить удобные перчатки. Третий – Е́лфас, мастер изготовления наплечников. Четвёртого звали Зе́ур, и его сила заключалась в том, что он ковал отменные оружия, в основном клинки. Пятый – это И́мрад, и он умело изготавливал наручи. Шестой – Мо́ла, и для Святой Империи он изготавливал прочные щиты. Седьмым был Нук, и он ковал изящные и удобные кирасы, настоящие шедевры. Восьмой кузнец – Орхе́л, и ему было дано мастерство в создании набедренников. Заключительный, девятый кузнец звался Са́гер, и его мастерство раскрывалось и изготовлении латных сапог. А если сложить начальные буквы всех кузнецов, то как раз таки получается это странное название – АГЕЗИМНОС. Девять легендарных молотов жили тут, днём и ночью производя доспехи для полководцев сатлармов. А храм полнился прихожанами. Некоторые по указанию какого-нибудь сакра оставались тут, чтобы помогать мне. Другие были просто пилигримами и приходили только лишь затем, чтобы почтить изваяние нашего славного протектора. А через какое-то время к нам принесли Мазиала. Он был ранен, и нуждался в помощи. Я была рядом с ним всё время, пока он не выздоровел»

«Я был оруженосцем одного из гвардейцев, которых виран Укла́г взял с собой для того, чтобы попытать счастье добыть артефакты Славы королей. Мы вошли в лабиринт Тактуку и очень долго блуждали там, пока не повстречались с самим хранителем этого места. Он мигом разбил всех нас: и вирана, и двух его генералов, и почти что всё воинство. Кто-то стоял до последнего, а кто-то бросился на утёк. Я, как мог, помогал своему наставнику. Однако ж дракон убил и его – огромная клешня схватила его и разрезала, как бумагу. Я тут же бросился бежать. И Тактуку не обращал на меня совершенно никакого внимания. Да вот только мои соратники, которыми овладела паника, совсем никак не замечали меня. Они были сосредоточены лишь на одном – чтобы спасти свои шкуры. А потому то и дело толкали меня и отшвыривали. А, когда я упал, никто даже не приостановился, чтобы помочь мне, перешагивая, а иногда и вовсе спотыкаясь об меня. Некоторых так вовсе затоптали насмерть. Мне же просто повезло. Я поднимался и, что есть сил, стремился наружу. Не знаю, уж сколько я проблуждал дней и ночей в поиске выхода из этого смертельного места, но, когда я всё же обнаружил его, то вылез и упал без сил. А потом очнулся в храме»

«Ма́зику было предложено место в наших рядах, и он не отказался, потому что идти ему было некуда. Он был хорошим служителем, из-за чего даже лармуд посвятил его в сатлармы, и его имя изменилось на Мазиал. Но его усердие не угасало, и он продолжал от всей души нести службу в храме. А потому сатлармам было угодно поставить его моим помощником. Прошло много времени, однако свет в нашей обители угас. Было очевидно, что наш храм приходит в упадок. Первыми из Дома девяти молотов ушли его основатели. После этого перестали приходить и пилигримы. А также среди служителей храма начали распространяться пороки. Они перестали возносить мессы Светоносному, и тоже ушли из нашего храма. Мы же с Мазиалом продолжали служение в этом опустелом месте. Мы пытались поддерживать здесь чистоту и порядок. Но со временем наш дух угас. И единственная наша деятельность состояла лишь в том, чтобы возносить наши горячие мольбы Сакраарху, чтобы он пришёл к нам или прислал своего представителя и указал, как быть дальше. И однажды в молельню пришёл кое-кто. Это был Зорага, дух гибели. Его присутствие внушало трепет, однако он сказал, что мы чисты, а потому нам нечего бояться его. Мы понимали, что это существо не вестник нашего владыки, а потому он здесь сам по себе. Мы собирались вернуться к своим молитвам, думая, что он осмотрится и уйдёт. Но нет. Он заговорил с нами и сказал, чтобы мы продолжали быть хранителями этого места. А ещё, помимо всего прочего, он высказал пророчество, согласно которому наше служение завершится, когда в Дом девяти молотов явятся одновременно и он, Зорага, и наш Сакраарх. Тогда это будет означать, что конец приблизился, и двенадцатая дверь будет открыта. Сказав это, он ушёл. А после его ухода мы обнаружили, что в