Милый мальчик - Роза Ветрова

- Скажи, что будешь со мной всегда. Скажи, что не уйдешь. Не оставишь меня.

От его слов я застываю на миг, сердце сжимается в острых шипах колючей проволоки. В этот момент Савва выглядит таким уязвимым и встревоженным. Он как будто чувствует, что я что-то задумала, ищет ответ в моих глазах.

- Я не уйду. - Ложь вылетает из меня легко. Потому что я уже все решила. В конце концов, я всегда была целеустремленной девочкой.

- Ты моя. Ты навеки моя, - улыбаясь, шепчет парень и сжимает мои пальцы до хруста.

С обезумевшим видом он снова бросается на меня, сминая в горячем поцелуе губы. Мои ноги подкашиваются от его напора и страсти, и желание невольно пронзает до самого основания, вызывая дурацкий тремор в конечностях.

Мы даже не разулись. Он взял меня прямо у двери, подняв на руки и впечатав в стену.

От возбуждения меня всю потряхивает, но мне хорошо.

Как легко, когда не нужно больше рефлексировать и переживать. Не нужно раскладывать по полочкам: это "правильно", а это "нездорово".

Как только он нетерпеливо проникает в меня, все мои мысли улетучиваются. Я протяжно стону и откидываю голову, подставляя горло его чувственным губам. Он во мне, и удовольствие расползается по телу, как настоящее лекарство от смертельной болезни. Это странно, потому что он же сам и есть - смертельная болезнь.

Мы трахаемся как ненормальные, вспотев в еще влажной от дождя одежде. Мокрая ткань моих джинсовых брюк неприятно холодит кожу и неудобно скомкалась на одной щиколотке. Савва даже не потрудился стянуть их до конца. Для себя я решаю, что пора снова носить юбки. Хотя бы удобно ее задирать в таких случаях.

- Не кончай в меня, - прошу его между стонами, положив ему ладонь на щеку. - Пожалуйста, я боюсь залететь.

- Мы можем вместе выбрать малышу имя, - шепчет мне в ухо парень. Почему-то я уверена, что в этот момент его губы изгибаются в улыбке. Он прикусывает мою мочку уха, а потом зализывает место укуса.

Тело обмякает от такого простого действия. Я едва проговариваю слова.

- Позже, может быть. Сейчас я хочу чтобы были только мы. Ты и я. И к тому же, во время беременности, следует быть осторожным в плане секса. - И я добиваю его еще одной фразой: - Иногда по предписанию врач может запретить половую жизнь на какое-то время, если будет угроза малышу.

- Ты умеешь уговаривать, - ухмыляется Савва, щекоча мне шею жарким дыханием. - Ладно. Как скажешь.

Он увеличивает темп, и через жалкую минуту я уже кричу от нахлынувшего оргазма, вцепившись острыми ногтями в крепкую шею до красных следов. От души царапаю своего монстра, возвращая ему боль хотя бы в крошечном размере. Вряд ли он почувствовал. А если и да, то скорее возбудился еще больше, чем испытал страдания. Уверена, моему психу такое нравится.

Окончательно испачкав одежду, мы раздеваемся прямо в холле и голышом идем в душ, чтобы согреться. Хотя, можно сказать, мы и так уже согрелись.

Запоздало вспоминаю, что в квартире может находиться Егор, но потом мне становится уже все равно, потому что как только я вхожу в кабинку, мой ненормальный парень снова начинает меня целовать.

Чувствую себя послушной куклой в его руках. В какой-то момент он надавливает мне на плечи, опустив на колени, и, даже не дав собраться с мыслями, вгоняет огромный горячий член по самое горло.

Слабо мычу, пытаясь увернуться, для меня это слишком. Слишком глубоко, слишком чувствительно, слишком стыдно. Но Савва сжимает мои волосы в кулаке и жестко имеет меня в рот. От былой нежности не осталось и следа. Я не успеваю за его темпом, и постоянно давлюсь, по моим щекам бегут слезы, по подбородку течет слюна, но мне приходится послушно принимать его в себя, потому что он не оставляет мне выбора.

- Вот так, Пикачу, да... Отлично сосешь, малышка. - Псих облизывает губы и смотрит на меня сверху вниз, с ухмылкой наблюдая за моими ритмичными движением и мокрым лицом.

Вверх-вниз. Вверх-вниз... Губы горят от того, какой он большой. Наши глаза встречаются, и я чувствую, как он становится еще тверже, веки вздрагивают, и Савва в изнеможении опускает ресницы, погрузившись в собственные ощущения.

Колени зудят от того, что я стою ими на мокрой и жесткой мозаике душевой, но парень не позволяет мне сдвинуться с места.

Когда горячие вязкие струи брызжут в горло, я все проглатываю, практически не морщась. Облизываю губы. Все это время Савва не отрывает от меня замутненного взгляда.

- Умничка, - хрипло проговаривает он и хлопает меня по щеке, как собачонку, и поднимает на ноги. Только для того чтобы грубо развернуть лицом к стене и резко войти сзади.

Эта ночь не сильно отличалась от предыдущей. Разве что в этот раз он не использовал липкую изоленту. Но она и не была ему нужна. Силой своих рук он просто удерживал меня в той или иной позе. Сжимал запястья над головой или за спиной, входя до упора и выбивая из меня последние остатки разума. И не смотря на мою усталось и жалкие просьбы остановиться, он так этого и не сделал.

К утру я так выдохлась, что хотела плюнуть на институт и вырубиться на мягкой желанной подушке, однако, я понимала, что в таком случае мой график полностью перевернется, и день будет пролетать слишком стремительно. Кажется, этого Савва и добивался, погружая меня в пучину нездоровой похоти и вертя в кровати до изнеможения.

Кое-как поднявшись, я принимаю душ и привожу себя в порядок. Между ног горит и сладко поднывает от одной только мысли чем мы занимались всю ночь.

- Не ляжешь спать? - обнаженный парень, обнимающий подушку, щурит глаза. - Недостаточно устала?

Отведя взгляд от его прекрасного, вылепленного из одних мышц тела, я хватаюсь за расческу и принимаюсь расчесывать мокрые пряди.

- Посплю на паре по культурологии, это как раз скучно. - Мило улыбаюсь ему и натягиваю одежду.

Между лопаток ощущаю пристальный взгляд, и мне становится не по себе. Кажется, псих недоволен развитием событий. Он-то, наверное, предполагал, что днем я буду отдыхать взаперти, а ночами самозабвенно заниматься с ним сексом. Чудесная жизнь, выстроенная его ловкими манипуляциями.

С нечитаемым лицом он поднимается с кровати и тоже начинает собираться.

- Я могу добраться на