История советского искусства. Том I - Коллектив авторов -- Искусство

Во второй половине 30-х годов сложилось графическое мастерство М. М. Абегяна (род. 1909). Как живописец он был учеником М. С. Сарьяна и С. В. Герасимова, как график выдвинулся прежде всего рисунками с натуры, в которых добивался верности и точности реалистической формы и поэтичности чувства. Эти качества присущи его карандашным и акварельным портретам, пейзажам, а также и лучшим книжным иллюстрациям, особенно серии рисунков к армянскому эпосу «Давид Сасунский» (1938). Монументальной героической силой отличается рисунок этого цикла, изображающий Давида на горе во время молитвы.

Среди произведений книжной графики конца 30-х годов следует отметить иллюстрации И. М. Тоидзе (род. 1902) к поэме Ш. Руставели «Витязь в тигровой шкуре» (илл. 144) и серию рисунков С. С. Кобуладзе (род. 1909) к этой же книге. Иллюстрациям Кобуладзе свойственны мужественная сила и монументальность, сообщающие образам внутреннюю значительность. Правда, черты стилизации придают им излишне торжественный и театральный характер (илл. 143).

Результатом длительной и вдумчивой работы явились рисунки Н. Н. Жукова (род. 1908) к книге «Воспоминания о Марксе». Художник поставил целью добиться портретного сходства в листах, изображающих К. Маркса и Ф. Энгельса, а также достоверности среды, окружавшей великих революционных деятелей. В этой первой серьезной и большой работе Жуков еще не сумел достигнуть глубины психологической характеристики. В дальнейшем он неоднократно возвращался к работе над образами Маркса и Энгельса, более углубленно решая важную и сложную тему.

В большом цикле гравюр на дереве к книге П. М. Керженцева «Жизнь Ленина» (1934), П. Н. Староносов (1893—1943) сделал серьезную попытку изобразить важнейшие эпизоды жизни и деятельности В. И. Ленина. Однако декоративные тенденции, идущие от лубка, помешали ему создать полноценное реалистическое произведение. Но его работа не пропала

142. Г. М. Пустовойт. Сбор винограда в Молдавии. 1936

143. С. С. Кобуладзе. Иллюстрация к поэме Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре». 1936—1937

даром, так как подготовила почву для дальнейшего успешного иллюстрирования политической книги.

Очень большую роль в развитии книжной графики в 30-е годы сыграли некоторые мастера старшего поколения, чье творчество сложилось раньше, но во многом изменилось в результате деятельного участия этих художников в практике советского искусства.

Важное место в книжной графике занял выдающийся советский живописец С. В. Герасимов. Его графическим работам начала 30-х годов еще была свойственна повышенная экспрессия, иногда вносившая условность в облик людей и характер действия. Эти черты сказались в некоторых листах его обширной серии черных и цветных акварелей к поэме Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» (1933—1936). Но лучшие листы этой серии — «Семеро крестьян» (к «Прологу»), «Обед в поле», «Охота» — отличают острая и точная психологическая характеристика помещиков и крестьян, меткий, обобщенный и выразительный рису

144. И. М. Тоидзе. Иллюстрация к поэме Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре» 1936

нок. В «Охоте» с осязательной достоверностью и поэтической тонкостью передан нежный осенний пейзаж, покой которого смущен буйно несущимися охотниками на лошадях и борзыми, догоняющими лисицу. В рисунке «Обед в поле» выведена целая галерея человеческих типов помещичьей России, охарактеризованных с острой и злой иронией. Эти листы оказали большое влияние на развитие реалистической иллюстрации 30-х годов. Лучшей графической серией С. В. Герасимова этих лет явились акварели к «Делу Артамоновых» А. М. Горького (1938—1939), сильно и темпераментно передающие характерные образы купеческого мира (илл. 146), Над этой серией иллюстраций, отличающейся верным чувством истории, С. В. Герасимов много работал и в дальнейшем, в 40-е и 50-е годы.

Среди станковых работ художника нужно выделить рисунок «Чапаев», сделанный в 1940 году для серии к истории партии. Блестящим мастерством, глубоким, насыщенным цветом отличаются характерные для С. В. Герасимова акварельные исторические композиции («Лермонтовская эпоха») и натюрморты (букеты цветов).

Большой и сложный творческий путь прошел в этот период В. А. Фаворский. Глубокая внутренняя перестройка, начавшаяся в его искусстве ранее, продолжалась. Несмотря на еще возникавшие иногда противоречивые искания, Фаворский все более и более определенно переходит на последовательно реалистические позиции. Нежные, лирические гравюры к повестям М. М. Пришвина («Жень-шень», 1933; «Кащеева цепь», 1934) были свидетельством большой любви художника к природе. Еще полнее и глубже выразились реалистические искания Фаворского в тонком и живом карандашном портрете А. С. Пушкина («Пушкин-лицеист», 1935). Драматизмом, напряженной душевной взволнованностью отличаются гравюры, созданные художником незадолго до войны, — «Гамлет перед поединком» (илл. 145) к трагедии В. Шекспира «Гамлет» и «Березина» (1940, к рассказу Бальзака о гибели французской армии в 1812 году). В этих работах Фаворский пришел к тональному и пространственному построению композиции. Его Гамлет — это глубоко гуманистический образ большой моральной силы.

В книжной и станковой графике этих лет значительной была роль М. С. Родионова (1885—1956). В строгой и простой художественной форме он раскрывал глубину содержания иллюстрируемых классических произведений («Война и мир» Л. Н. Толстого и другие). Наибольших успехов он достиг в работе над современными образами в дошкольной детской книге. Его подцвеченные литографии к детским книгам Л. Квитко («Письмо Ворошилову», 1936; «Когда я вырасту», 1937) и особенно А. Барто (к сборнику стихов о детях героической Испании —«Я с тобой», 1938), отличающиеся простотой и задушевностью, проложили дорогу важным переменам в иллюстрировании детской книги, введя в нее современные темы иногда самого острого политического звучания.

Мягким лиризмом, любовью к русской природе окрашены пейзажи Родионова (черная акварель «Ильмень-озеро», 1933, и др.).

К этому периоду относится расцвет творчества одного из старейших иллюстраторов — В. Г. Бехтеева. Он исполняет ряд поэтических и тонких серий иллюстраций, главным образом к произведениям западной литературы — к «Консуэло» Жорж Санд (черная акварель), рисунки пером к «Дафнису и Хлое» Лонга.

В 30-е годы окончательно складывается характерная манера К. И. Рудакова (1891—1949). Он работал над иллюстрацией к классической литературе, сначала западноевропейской (романы и рассказы Мопассана (1934—1935) (илл. 147), «Разгром» Э. Золя, 1935—1936), а затем и русской («Евгений Онегин» А. С. Пушкина, 1936 и последующие годы). В этих иллюстрациях, выполненных обычно литографией, Рудаков показал свое умение давать острые психологические и социальные характеристики героев книг и достигать подчас большого драматизма (особенно