Душеприказчик поневоле - Лев Котляров

Его голос доносился до меня откуда-то из другого мира. Вокруг меня то вырастали черные скалы, то проступали очертания кабинета, но повисало графитовое небо.

Сила браслета рвалась наружу, и мне совсем не хотелось ее останавливать. Наоборот, я желал, чтобы она разметала все вокруг.

— Тише… тише… — знакомые слова самой Изнанки шелестели у меня в голове.

— Нет. Не хочу, — ответил я и вдруг вспомнил, что буквально за стенкой сидят люди Селиванова.

Улыбнувшись самой дикой улыбкой, я небрежно накинул рубаху и вышел из кабинета. На предплечье выступили красные пятна. Мне было плевать на это и на то, как я выглядел в тот момент.

Оба брата последовали моему примеру, тем более что пока браслет встраивался в мое тело, они успели привести себя в порядок.

Я шел по коридору и старался не поддаваться желанию пройти сквозь стену сразу к гостям. Не сдержался только возле двери и случайно снес их с петель.

— Доброго дня, господа, — не прекращая улыбаться, сказал я. — Кто вы и по какому вопросу?

Судя по тому, как четверо мужчин отпрянули от меня, а у одного из них даже выпала чашка, я слегка переборщил с вежливостью. Или наоборот?

— Эээ… — потянул тот, что сидел на диване, — мы представители банка… До нас дошли сведения…

— Что вы не оплатили налоги… — продолжил второй, смешно открывая и закрывая рот.

На первый взгляд все четверо были, как близнецы: черные костюмы, залысины и бледные лица. Разницу я ощутил лишь в магии. Огневик, водник, псионик и еще даже воздушник. Хороша компания, но не против меня.

— Хороший ход, но нет, — качнул я головой, и рядом со мной упала картина. — Еще попытка. Последняя.

— Кто вы такой и почему вы нам угрожаете⁈ — вспыхнул огненный маг.

— Я даже не начинал, — я шагнул ближе. — Но идея хорошая, спасибо. Так кто вы и по какому вопросу? Мне нужна правда.

Вместе с последним словом справа от меня треснул карниз на окне. Юристы побледнели сильнее, и никто из них не решался заговорить первым.

Позади меня появились братья Васильевы. Владимир прошел первым, сурово оглядел их и взял слово.

— Господа, рад вам представить моего племянника, Виктора Викторовича Васильева. Он только что получил родовую магию. Сами понимаете, сейчас нам не до разговоров.

Никогда не думал, что люди умеют так быстро вставать и выскакивать из помещения. Но эти четверо смогли меня удивить.

Я развернулся им вслед, чтобы попрощаться, но в тот же момент раскололся журнальный столик.

Этот грохот заставил огневика подскочить и побежать быстрее.

— Мы будем жаловаться! — крикнул, кажется, водник.

— Всенепременно! Обязательно доложите руководству, — проворчал Валерий и глянул на меня. — Виктор, держись, скоро все закончится. Как только магия встроится в тело, тебе станет легче.

А я и не хотел, чтобы это заканчивалось. Мои мысли были заняты только перебором вариантов. Спалить все? Затопить? Или вырастить джунгли?

Так много всего, чего я раньше не мог сделать, а сейчас мне нужно только шевельнуть бровью!

За спиной раздался глухой хруст и грохот. Когда я обернулся, то увидел, как комнатный цветок резко увеличился в размерах и свалился с подоконника. Теперь его листья занимали весь угол, заслоняя свет из окна.

Я улыбнулся и посмотрела на Васильевых. А потом закрыл глаза и перешел на Изнанку.

* * *

— Я же говорила, что источник существует, — услышал я голос матери.

Она стояла рядом с полупрозрачным отцом и смотрела в мою сторону. В ее взгляде я ощутил тревогу. Отец же наливался синим, но, как я понял, не от переживаний, а от гордости.

Грета, как всегда, сидящая на своем валуне, лениво приоткрыла глаз и чуть не свалилась от удивления.

— Что? Как? — прохрипела она, запутавшись в длинной мантии.

Ее волосы взметнулись белоснежной волной и почти встали дыбом, насколько это возможно с таким-то капюшоном.

Я не ответил, просто шел в их сторону, наблюдая за Изнанкой.

Она стала совсем другой. Силуэты деревьев совсем не черные, теперь мне это хорошо было видно. Они не настоящие, а будто вырезаны из цельного куска обсидиана или агата. Насыщенный глубокий цвет с блеском драгоценных камней.

И небо! Не графитовое, а с темно-синими облаками и крошечными вкраплениями блестящих точек.

А алый туман на самом деле переливался всеми оттенками красного и фиолетового с золотыми искрами. Он был живой и обладал своеобразным разумом.

Да, такой Изнанку я еще не видел.

— Ты прекрасна, — прошептал я.

И она услышала, нежным шепотом отозвалась благодарностью.

Грета была права, я действительно связан с этим местом и оно часть меня самого. И меня это полностью устраивало.

— Виктор, — коротко позвал отец. — Я вижу, что ты нашел браслет.

Я посмотрел на него и хотел было разозлиться за все, что он сделал, но вдруг увидел, что ошибался на его счет. Отец делал все, что мог и как мог. Любил, как умел, старался, хоть и не до конца был уверен, что я его сын.

— Да, пап, — я впервые его так назвал. — Владимир передал мне его и сделал частью рода.

— Как я рада за тебя, сынок! — силуэт Светломиры вспыхнул яркими красками. — Ты вошел в полную силу!

Она стремительно подлетела ко мне и обняла. Мне сразу стало спокойно и уютно в ее объятиях.

— Спасибо… мама, — выдохнул я и улыбнулся.

— Теперь я вижу, что тебе тоже нужен посох, — проворчала Грета, но я видел, что она тоже довольна тем, что увидела. — Думаю, я смогу тебе в этом помочь. Хочешь?

— Нет, — качнул я головой и отошел к первому же дереву. — Я сделаю сам.

Отломив небольшую ветку, я начал поглаживать ее в руках, придавая форму клинка. Из-под горящих ладоней посыпалась мелкая крошка и блестящими искрами падала на пыльную землю.

А еще через несколько минут, я уже вставал и смотрел на короткий клинок, сияющий глубоким черным цветом.

Глубоко вздохнув и прикрыв глаза, я крепко обхватил ладонью рукоять и прислушался к себе. Мощь артефакта продолжала во мне бушевать, однако я чувствовал, что она стала послушной.

Да, я все еще мог свернуть горы,