Часть 2. Классическая поэзия - Коллектив авторов

VII. Важнейшее. (32) Поэт культивирует одинокую в себе обособленность, (33) не ища содружеств и сходств. (34) Да, но жемчужины редки, и нет надобности им быть на выставке вне жизненных условий.

VIII. Пороки поэта. (35) Поэту быть слишком кратким — значит часто быть недовыраженным; (36) еще хуже смешать красивое с уродливым: это напоминает музыкальный хаос флейт, играющих внизу, под лестницей в храм предков и не поспевающих за стройною музыкой, что исполняется в самом храме, наверху. (37) Не будет гармонии и в намеренной причудливости стиля, (38) как не будет ее и в бравурной вульгарности популярных тем [песен]. (39) Всякое отклонение от величавой простоты гибельно. Пример ей [?] — вкус "величайшего бульона", того, что приносят в жертву предкам от чистого, а не от кулинарного усердия.

IX. Его достижения ( 40) в неуловимой, вечно живой эволюции форм; ( 41) в разнообразных подходах к творчеству, чисто индивидуальных и в общем неуловимых, — ни дать ни взять как у искусной танцовщицы! Тележник Бянь, по словам поэта-философа Чжуан-цзы (IV в. до н.э.), даже о своем простом мастерстве говорил как о не передаваемом никому, тем паче неописуемы достижения поэта!

Х. Его древние идеалы ( 42) лежат в творениях предшественников как антидот [противоядие] вульгарной и грубой современности. (43) Однако их мало, как бобов в степи; зато они велики, как мировой воздух и эфир вокруг ничтожных людишек-тоже авторов! Грустно было бы сопричислиться к их лику! (44) Страшно издать звук [ударить по] горшка, покрытого слоем пыли, когда чистая яшма своим звуком будет над тобой глумиться!

XI. Его движущая сила (45) в словах, ведущих в свет и простор; (46) в той именно пружине, которою движется весь мир; (47) в цветочном, жизненном экстазе. ( 48) Без нее — полное замирание и окостенение.

Поэт ищет снова в себе эту силу, ( 49) но не найдет ее сам, а вдруг почует ее жизнь, вне всякой собственной инициативы; (50) ему непонятно, кто же вводит его в простор духа и кто этому мешает.

XII. И благодать ее [вэни] (51) живет во всем мире, во всех веках, (52) не давая культуре слова, завещанной Конфуцию древними государями-культуроположниками Вэнем и У, исчезнуть с лица земли; (53) она просачивается во всю жизнь, как благодатный дождь, и в веках запечатлевается на памятниках в металле, камне и звуках.

Общее содержание поэмы по комментатору Фан Тин-гую (из наиболее обстоятельных и умелых педагогов). В этой поэме всего 12 частей (дуань), которые надо расчленить в общем содержании как можно дробнее. Иначе читатель неизбежно будет, что называется, "вздыхать, стоя перед океаном", и ему будет казаться, что в разных ее частях много повторений и нагромождений. Первая часть — это предисловие, говорящее о происхождении поэмы и о поводе к ее написанию. Далее (I-II-III) описывается постижение духа древних авторов и его разнообразной жизни в творении нынешнего их читателя и подражателя. Однако, говорит он (IV), при всем этом разнообразии творчества и вдохновения как у одного, так и у многих писателей есть все же ряд стилей и жанров, даже правил, идущих точно так же от древних авторов, так что есть критериум для отбора лучших произведений (V-IX) и можно видеть, в чем отстают от древних нынешние авторы: они просто не умеют им как следует подражать, не ощущают в себе той божественной (небесной) пружины, которая движет древним духом; но те, кто ее провидит, имеют и литературный успех. В самом конце (XII) автор поет хвалу изящному слову, движущему вековой культурой и слова и дела.

О принципах русского перевода 2

Сделанный мною перевод оды Лу Цзи является, во-первых, совершенно дословным, т.е. без пропусков, без каких-либо существенных вставок, почти всегда без нарушения китайской конструкции и даже самого порядка слов; вовторых, он имеет в виду передать китайский ритм, вернее, китайскую певучесть моносиллабического оригинала средствами полисиллабического русского языка, т.е. не слог на слог (что невозможно), но слово на слово. Подставив китайские иероглифы [в транскрипции с обозначением их порядкового

Примечания

I Пер. 1944 г.: "... то; что чарует на с в слове изящном" (здесь и далее разрядка в цитатах наша). Отсылки к первому изданию перевода оды — 1944 г. (напомним, здесь приводится версия 1948 г.) в некоторых случаях представляются целесообразными, в частности, потому, что в самой статье (см. примеч. IV на с. 357), включая синтез поэмы (параграф VIII), и в парафразе переработанный текст не учтен.

*1 Лу Цзи использует выражение фа кэ ("вырубать топорище") из песни "О скором сватовстве" (Шицзин I, XV, 5), где говорится: "Когда топорище рублю топором,// То мерка близка, говорят"; согласно комментарию, меркой для нового топорища является старое, находящееся в руках, т.е. "недалек и сам искомый образец". См.: Шицзин. Изд. подгот. А.А.Штукин и Н.Т.Федоренко. М., 1957, с. 191 и 563 (Лит. памятники).

*2 В оригинале: дянь фэнь. Дянь, или удянь, — "Пять уложений", приписываемых пяти мифическим государям: Шаохао, Чжуансюю, Гаосиню, Яо, Шуню. Фэнь, иль саньфэнь, — "Три могилы (?)" — сочинение, приписываемое трем мифическим первопредкам: Фу-си, Шэнь-нуну, Хуан-ди. В тексте Лу Цзи дянь фэнь — древние книги.

II Вариант 1944 г.: "... хватаюсь за кисть — и распространяю... ".

*3 В тексте: ба цзи — "крайние точки восьми [сторон света]", т.е. четыре стороны света плюс промежуточные направления (северо-запад и т.д.). Эти крайние точки считались находящимися во "внешней [области мира]", за пределами "девяти областей" Поднебесной. См. комментарий Ю.Л. Кроля к гл. 13 кн.: Хуань Куань. Спор о соли и железе. Т. II. М., 2001, с. 204 (Памятники письменности Востока, CXXV, 2).

III Пер. 1944 г.: "на".

*4 Т.е. "Шицзина", "Шуцзина", "Ицзина", "Лицзи", "Юэцзи", "Чуньцю".

IV Вариант 1944 г.: "катясь".

*5 В древнем Китае охотники на птиц привязывали к стреле нить.

*6 В оригинале: чжуй цзэнъюнь-чжи цзюнь (букв. "с высоты слоистых облаков").

V Пер. 1944 г.: "я длань наложу... в одно лишь мгновение ока".

VI Здесь скорее не два отдельных