Бандиты времен социализма. Хроника российской преступности 1917-1991 годы - Федор Ибатович Раззаков

Между тем новый министр внутренних дел был полон уверенности и оптимизма. Он, в частности, сказал: «По стране преступность снизилась в 1986 году по сравнению с 1985 годом на 4,5 %. Количество убийств уменьшилось на 21,7 %, тяжких телесных повреждений – на 24 %, разбойных нападений и грабежей – на 25 %.

Действительно, криминальный мир 1986 года был куда спокойнее и «добропорядочнее», чем сегодняшний. Однако следует отметить и тот факт, что именно тогда закладывались основы тех явлений, с которыми правоохранительным органам страны придется столкнуться в недалеком будущем. Например, в 1986 году в ИТУ РСФСР из различных республик было направлено около 700 воров в законе. И это вскоре заметно осложнило оперативную обстановку в России. Уже тогда в той же Москве вовсю действовали преступные группировки, поделившие столицу на сферы влияния. Уже тогда окрепшие за несколько лет пребывания в городе представители Азербайджана имели солидный вес и репутацию в криминальном мире столицы. К примеру, группировка некоего Фантомаса контролировала спекулянтов импортными товарами, часть магазинов «Березка», пункт обмена валюты у Курского вокзала, а также рынки: Центральный, Ленинградский и Черемушкинский. Эта банда имела надежные связи с Турцией, Пакистаном и Ираком, откуда к ней поступали валюта и наркотики. Она насчитывала в своих рядах около 150 человек и в основном базировалась в ресторанах «Узбекистан» и «Арагви». В конце 1986 года московские сыщики арестовали одного из членов банды и убедили дать показания в суде. Однако во время процесса этот человек испугался мести со стороны своих коллег по группировке и от всех показаний, данных им ранее, отказался.

Помимо торговли фруктами и овощами, клан азербайджанцев прочно захватил в свои руки и цветочный бизнес в столице. Случилось это в том же 1986 году, когда азербайджанцы победили кооператоров с Украины и из Прибалтики. Тогда в Москве появился кооператив «Наш сад», через который и шла основная торговля цветами в городе. Этот бизнес считается одним из самых безопасных и прибыльных. Миллион рублей, вложенный в цветы, через неделю давал изворотливым бизнесменам доход в три миллиона. По этим цифрам можно судить о годовых доходах цветочных королей.

Тогдашняя советская пресса, делавшая первые шаги на ниве гласности, про все эти «кавказские тайны», естественно, молчала, зарабатывая себе авторитет на разоблачении «ночных бабочек-путан», наркоманов и «люберов». В авангарде этого движения шел «Московский комсомолец», на страницах которого впервые перед советским читателем представали обитатели «дна» проститутки, карточные шулера («каталы»), фарцовщики со Смоленского треугольника. Одной из самых громких в 1986 году стала статья в «Московском комсомольце» Евгения Додолева под названием «Белый танец» – о валютных проститутках, промышлявших на «уголке» (угол гостиницы «Националь») и в «Контике» (гостиница «Международная» при ЦМТ). После этой статьи страна впервые узнала о новых своих «героях» и с удивлением прочитала об их баснословных заработках. Приведу отрывок из нее: «По словам подружек, за пять лет Блоха шагнула за 100-тысячный рубеж: все у нее есть – квартира, машины, мебель роскошная, любовник, ребенок, да и муж, наконец, хоть и работает в комиссионке, а как дите, требует ухода и забот… А вот у С. А. Барабаш (которая зарабатывала свои 100 долларов за 10 минут) при обыске изъято только облигаций трехпроцентного займа на сумму 250 тысяч рублей! Каково?»

Напомню, в те достопамятные времена средняя зарплата по стране исчислялась всего двумя сотнями рублей, поэтому было от чего поразиться простой советской учительнице или врачу, читая подобные строки. Пройдет совсем немного времени, и огромная армия молодых и здоровых девчат вольется в ряды проституток, чтобы ударным трудом достичь «высот» той же Блохи или С. А. Барабаш. И это несмотря на то, что практически все публикации подобного рода содержали не призыв идти в проститутки, а, напротив, предупреждение: «Берегите, девушки, честь смолоду!» Как, например, в статье, напечатанной тогда в «Крокодиле»: «У современной проститутки – в отличие от дореволюционной – в самом деле нет социальных корней. Но живучий порок обходится и без них: ему хватает нравственных корней – таких, как распущенность, бездуховность, алчность. Алчность – вот основная движущая сила сегодняшних проституток. Алчность, а отнюдь не нужда…»

Валютные проститутки в Москве открыто появились после фестиваля молодежи и студентов в 1957 году. К началу 60-х годов в столице были известны только три путаны, которых в лицо знали все милиционеры на улице Горького и дружинники. К началу 70-х годов их насчитывалось уже несколько десятков.

В середине 80-х годов в Москве на поприще сводничества «блистала» бандерша по имени Нина. В свое время, в конце 70-х, она сама занималась проституцией, но попалась на мелкой краже и была отправлена в колонию. В 1981 году освободилась и, вернувшись в столицу, решила с древней профессией завязать и заняться сводничеством. Благо девушек, испытывавших материальные трудности, было предостаточно, и они соглашались «подработать» под опекой заботливой Нины. Вскоре у расторопной бандерши сколотилась внушительная команда девушек различных возрастов. Установилась и такса: минимум – 100, максимум – 150 рублей за ночь. То есть почти месячный оклад инженера на каком-нибудь заводе или в НИИ. Таким образом, размер выручки самой Нины за вечер достигал иногда 500 рублей.

Фирма росла и крепла. На нее работали таксисты, развозившие клиентов «по девочкам», существовал телефон, по которому можно было сделать заказ. Чтобы уладить всевозможные конфликты с милицией, Нина оформила документы на удочерение девочки, от которой отказалась одна из ее подопечных. Придраться к матери-одиночке гораздо труднее. И все-таки в 1986 году к ней придрались. После того как проблема проституции была поднята на страницах газет, от милиции потребовали решительных мер. И первым, кто ощутил на себе эти меры, оказалась бандерша Нина и ее фирма. Сводницу осудили на длительный срок лишения свободы, девочек разогнали. По законам того времени милиция могла лишь предупредить проститутку, взять с нее объяснительную записку или направить на принудительное лечение от венерической болезни. Поэтому многие из «фирмы Нины», отсидевшись дома, затем вновь вернулись на панель.

В том же 1986 году советская печать впервые громогласно заявила о наличии у нас наркомании. Количество вышедших в свет статей на эту тему было не меньшим, чем публикаций о проституции. Вполне возможно, вызвано это было тем, что за два последних года (1985–1986 гг.) по стране насчитывались самые большие приросты среди наркоманов, и особенно токсикоманов (сказывалась борьба с пьянством). За это время число находящихся на наркологическом учете стало больше на 10 с лишним тысяч увеличение такое же, как за 14 лет (с 1972 по 1986 год). Количество токсикоманов росло особенно