Путь ислама. От Пророка до Еврохалифата - Александр Георгиевич Мосякин

стран, хотя не только европейцев. 15 марта 2019 года до зубов вооруженный 28‑летний житель австралийского штата Новый Южный Уэльс Брентон Таррант, разъезжая на автомобиле, совершил террористическую атаку на две мечети в новозеландском городке Крайстчерч, убив 51 человека и ранив 49. Свой «подвиг» террорист записывал на видеокамеру и передавал через Facebook в эфир. После ареста Таррант признал свою вину, однако многие в Европе ему аплодировали.

Эти судороги евронационалистов не могут помешать тому, что в Европе неумолимо растет численность мусульманского населения, а с ним и влияние исламистов. С каждым годом меняется демографический состав прежде всего развитых европейских стран. В Германии, Франции, Великобритании, Бельгии, Нидерландах, Швеции, Швейцарии и Норвегии доля мусульман ныне составляет от 6,1 до 8,8 %, а к 2050 году возрастет минимум в 2,5 раза, а среди молодежи и того больше. Фактически мусульманскую зону представляют собой Балканы – за счет албанцев, косоваров и босняков, которые селятся повсеместно. Относительно мало исламизированы лишь периферийные страны Восточной Европы, но открытость европейских границ аукнется и их. В итоге возникли классические в конфликтологии два полюса напряжения: на одном – европейские националисты-традиционалисты и антирелигиозные либералы, на другом – европейские и пришлые исламисты.

Европейские хамелеоны

Между тем по мере неотвратимо текущей исламизации Европы начался процесс «хамелеонизации»[196] европейских политических элит, то бишь переход в ислам европейских политических деятелей и активистов, как правило, разделявших ранее крайне левые или правые взгляды. Свидетельство тому – трагическая история, приключившаяся недавно в Нидерландах. О ней 17 августа 2018 года поведал интернет-портал «Царьград», опубликовавший статью под названием «Голландский депутат совершила самоубийство после группового изнасилования мигрантами». Вот что написал автор статьи Андрей Афанасьев (живущий в Гааге русский):

«Нидерланды содрогнулись от жуткой истории. Депутат городского совета Гааги Вилли Дилле совершила самоубийство. Накануне трагедии она записала прощальное видео, в котором рассказала о мотивах своего решения:

«Я просто хочу, чтобы мир знал правду. 15 марта 2017 года меня похитили, изнасиловали и жестоко избили. Это сделала группа мусульман, они хотели, чтобы я прекратила отстаивать свою позицию в Гаагском городском совете. Когда они закончили, они спросили: «Ты уважаешь Мухаммеда, ты уважаешь Аллаха, ты уважаешь Арнуда?» И так я поняла, кто стоял за этим. Арнуд ван Доорн, тоже из городского совета, когда-то я его уволила, он очень меня ненавидит, это чрезвычайно злой человек».

53‑летняя Вилли Дилле была членом Партии свободы. Эта политическая сила выступает с позиций евроскептицизма и здорового голландского национализма. А вот Арнуд ван Доорн, которого умершая обвинила в организации нападения, придерживается противоположных взглядов.

«Меня зовут Арнуд ван Доорн. Два года назад я стал мусульманином. Мне 49 лет, и я депутат городского совета Гааги. Я председатель Партии единства, построенной на исламских принципах», – сообщил о себе голландский политик.

Ранее ван Доорн также был членом Партии свободы, однако резко переметнулся на противоположную сторону. После изнасилования женщина не написала заявление в полицию, так как в современной Европе такие эпизоды спускаются на тормозах. Кроме того, ей поступали угрозы и после произошедшего. Несколько раз на улице к ней подходили марокканцы, которые обещали убить не только саму Вилли, но и четверых ее детей в случае, если депутат не перестанет критиковать мигрантов и агрессивное насаждение мусульманских принципов в Нидерландах.

Голландские СМИ практически игнорировали данный эпизод, публикации есть всего в нескольких небольших изданиях. Очевидно, что местные власти делают всё возможное, чтобы он не стал достоянием общественности. Арнуд ван Доорн заявил о своей непричастности и сказал, что намерен предпринять «соответствующие юридические шаги», а мэр города Паулин Крикке просто тепло отозвалась об умершей и выразила соболезнования ее родным и близким.

Этот эпизод – яркий пример того, куда может привести увлечение леволиберальными идеями. Сначала голландцев лишили собственной идентичности – их церкви превратились в бары, рестораны и даже ночные клубы. Именно в этой стране стали ставить опыты с легализацией наркотиков, однополых браков и т. д. Потом к уже окончательно расслабленным голландцам стали массово завозить пассионарных и агрессивных выходцев с Ближнего Востока и из Северной Африки. В отличие от голландцев у них с идентичностью всё в порядке, и они начали насаждать свои порядки, да так успешно, что местную партию, построенную на исламских принципах, возглавляет этнический голландец. На защиту уже и так разрушенных ценностей коренного населения встала женщина, которая долгое время боролась за права своих земляков в Гааге. А вот ее защитить никто не смог. И в Гаагском трибунале вряд ли будут кого-то судить по этому делу. Пусть трагическая история Вилли Дилле станет горьким уроком всем нам».

Судя по тому, что происходит в современной Европе, ни эта, ни другие подобные истории не станут уроком для правящих либеральных элит. Бо́льшая их часть всё еще исповедует ультралиберальные ценности, ходит на гей-парады, больна русофобией и борется с авторитарными (на их взгляд) режимами по всему миру. Стоят на своем и оппонирующие либералам европейские националисты вроде Герта Вилдерса. На теме мигрантов они набирают политические очки, и их влияние в Европе растет. Но уже обозначилась третья тенденция: переход политических либералов и националистов в ислам. В девяти случаях из десяти это вызвано отнюдь не сменой мировоззрения или религиозным прозрением этих людей, а политическими соображениями. Учитывая быстро растущую численность мусульманского населения в западноевропейских странах (особенно среди молодежи), эти политические хамелеоны решили стать вожаками этой пассионарной массы. Используя свой политический опыт, они формируют исламские политические партии и входят в их руководство, как это сделал в Нидерландах Арнуд ван Доорн. Исламистских политических партий в Европе уже немало.

В Испании действует Партия возрождения и объединения (PRUNE), зарегистрированная в 2009 году в Гранаде. Ее манифест призывает к моральному и этическому возрождению общества на основе принципов ислама. Вскоре после основания лидер партии Мустафа Баккач эль-Амрани анонсировал ее участие в муниципальных выборах в Гранаде, Барселоне и Овьедо в 2011 году. Партию тогда не внесли в бюллетени для голосования. Но численность ее растет, и когда-нибудь она появится на политической карте Испании. Нетрудно догадаться, чего эта партия будет добиваться: исламской автономии юга Пиренеев, в пределах бывшего Гранадского халифата.

В тех же Нидерландах в 2005 году была основана партия «Исламские демократы», выступающая против религиозной дискриминации мусульман (хотя в Голландии ее нет), увеличение количества мусульманских школ, изучение арабского языка. С 2006 года партия участвует в муниципальных выборах в Гааге. В настоящее время лидер партии Хасан Кучук является членом городского совета Гааги.

В Бельгии в 2012 году была основана партия