Жуков. Портрет великого полководца - Виктор Иванович Устинов

виден был стиль маршала С. Тимошенко, искавшего легких побед для славы, но не умевшего объективно оценивать силы противника. 2‑й армейский корпус вермахта, оборонявший демянский выступ, удерживался немецкими войсками более года в расчете на проведение крупномасштабной операции по окружению советских войск сходящимися ударами из районов Демянска и Ржева, в своем составе имел 13 пехотных дивизий и был самым сильным в гитлеровской армии. Эта операция получила название «Полярная Звезда», и в ней Ленинградский и Волховский фронты в начале этой операции должны были наступать в направлении Мги, чтобы отвлечь на себя основные резервы северной группировки немцев, а основной удар наносил Северо-Западный фронт, силами которого должны были подвергнуться разгрому немецкие войска в демянском выступе. Для развития успеха на этом же направлении, по предложению маршала Г. Жукова, создавалась под командованием генерал-полковника Хозина Особая группа войск в составе 1‑й гвардейской танковой армии генерала Катукова и 68‑й армии генерала Толбухина, которая должна была после пробития 1‑й ударной армии СЗФ бреши в неприятельской обороне стремительно продвигаться по тылам группы армий «Север». В ходе этой операции планировалось провести ряд десантных операций для захвата ключевых железнодорожных узлов и населенных пунктов, для чего в состав 68‑й армии были включены 5 гвардейских воздушно-десантных дивизий. Конечной целью подвижной группы Хозина являлась Нарва на Балтике и Псков на западе – 500 000 немецких солдат группы армий «Север» попали бы в ловушку, как под Сталинградом. Затем общими силами трех фронтов предполагалось уничтожить волховскую и ленинградскую группировки. Это был очень смелый замысел, и в случае его успешного выполнения гитлеровская армия могла быть разгромлена в наступившем году. Но этот год отличался мягкой зимой, на севере заморозков вообще не было, и когда разрабатывался замысел этой операции, ее разработчики и сам маршал Г. Жуков надеялись, что в феврале морозы придут на эту многострадальную землю и немцы с нее будут изгнаны. Но вместо заморозков в середине февраля в эти края пришла оттепель, какую не ждали, нарушившая все планы предстоящей операции. Маршал артиллерии Н. Воронов вспоминал: «Трудно было выбрать более неудачное направление для использования артиллерии, танков и другой боевой техники, чем то, что намечалось в плане. В районе предстоящих действий множество болот, а там, где их нет, проступали грунтовые воды. Проложить здесь дороги стоило огромного труда. Особенно доставалось артиллеристам. Для большинства огневых позиций следовало строить прочные деревянные настилы, чтобы орудия при стрельбе не утонули в трясине. На это требовалось длительное время»256. Но войска действовали даже в этих условиях, сосредотачиваясь для наступления в назначенных районах, хотя танки и артиллерию применять было нельзя – все вязло и тонуло в раскисшей почве и болотах. Дело доходило до того, что боеприпасы и продовольствие доставлялись на позиции вручную. Маршал Жуков, отвечавший и за наступательную операцию войсками Западного, Калининского и Брянского фронтов, несмотря на все организационные трудности и погодные условия, создавал на избранных направлениях мощные группировки советских войск, напугавшие гитлеровское командование своим размахом и возможным характером действий по окружению и разгрому гитлеровских войск в демянском и ржевско-вяземском выступах. Эти приготовления к наступлению, особенно прибытие на север танковой армии генерала Катукова, были вскрыты немецким командованием, и новый начальник генерального штаба сухопутных войск генерал К. Цейтцлер сумел убедить Гитлера, что можно избежать катастрофы, подобной сталинградской, если одновременно оставить как демянский, так и ржевско-вяземский выступы, так как немецко-фашистским войскам удерживать их не под силу. Отвод гитлеровских войск начался 19 февраля, и все что ими оставлялось, превращаясь в пустыню. Особенно зверствовал командующий 9‑й армией генерал Модель при оставлении Вязьмы, Сычевки, Белого и Гжатска, за удержание которых немцы положили десятки тысяч своих солдат и офицеров. Все города, деревни и поселки взрывались или сжигались, оставшееся в живых население изгонялось на запад, автомобильные и железнодорожные дороги разрушались до такой степени, что на их восстановление нужно было потратить сил и средств больше, нежели прокладывать новые. Зверства немцев были настолько ужасающи, что это побудило советское командование объявить в разбрасываемых листовках имена гитлеровских генералов: они будут привлечены к ответственности за совершаемые их частями преступления, и это сыграло свою роль в снижении их масштаба. Десятки гитлеровских генералов после поражения фашистской Германии понесли такую ответственность за учиненные зверства, они были расстреляны, а фельдмаршал Модель, боясь ответственности за совершенные его войсками преступления против мирного населения, незадолго до окончания войны застрелился. Оставляя демянский и ржевско-вяземский выступы, германское командование сократило линию фронта и в качестве резерва высвободило 12 хорошо обстрелянных дивизий, которые и спасли фашистскую Германию от крупного поражения их зимой 1943 года. Эта победа пришла к нам без жертв, но она была подготовлена трудом миллионов тружеников производства, давших армии новую боевую технику и оружие, подвигом советских солдат, разгромивших гитлеровскую армию под Москвой и в районе Сталинграда, и искусством таких военачальников, как маршал Г. Жуков и маршал А. Василевский, генералы К. Рокоссовский, Л. Говоров, И. Конев, Р. Малиновский и другие.

28 февраля маршал Жуков направил Сталину доклад о ситуации на Северо-Западном фронте. Учитывая резко изменившуюся обстановку и погоду, Жуков высказал опасение, что войска Северо-Западного фронта и Особой группы войск в случае масштабного наступления сядут «в здешних болотах и труднопроходимой местности, не достигнув своей цели по „Полярной Звезде“». Исходя из этого, Г.К. Жуков предложил «ограничиться выходом Северо-Западного фронта на р. Полисть, отказаться от ввода в дело группы Хозина, захватить Старую Руссу и подготовить исходный район для весеннего наступления». Сталин дал на это согласие и одновременно насторожил внимание Г. Жукова осложнявшейся обстановкой на юге советско-германского фронта.

В начале марта противник из района Люботина нанес сильный контрудар по войскам левого крыла Воронежского фронта; наши войска, понеся большие потери, отступили. 16 марта немцы вновь овладели Харьковом и начали развивать удар на белгородском направлении. Г. Жуков в то время находился на Северо-Западном фронте, где войска фронта, выйдя на реку Ловать, готовились к ее форсированию. Как обычно, в конце дня Г. Жуков доложил Сталину обстановку в полосе фронта и высказал свое мнение, что ранняя оттепель привела к тому, что река стала труднопроходимой и, видимо, войскам Северо-Западного фронта временно придется прекратить здесь свои наступательные действия. С маршалом С. Тимошенко у Г. Жукова продолжали складываться хорошие отношения, но у Сталина к нему были серьезные претензии как за плохую подготовку наркомата обороны к войне, так и за его неудачные действия в начальный период войны. Поэтому, как уже о давно решенном вопросе, он сообщил ему, что командование Северо-Западным фронтом поручено генералу