Острова - Григорий Михайлович Кружков

Воображаю лукавую ухмылку Шеймаса, обсуждающего с собеседником варианты нашего плана. Что говорить, великий стратег, да к тому же еще ирландец!

…Теперь, когда прах Шеймаса Хини упокоился под большим сикомором на кладбище в Беллахи в его родном графстве Дерри, я с печалью думаю о том, что не смог приехать на похороны. И с благодарностью — за считанные встречи, хранимые в памяти, за щедрость, за ту особую эманацию души поэта, которую мне довелось ощутить не только через стихи, но и непосредственно, из ее живого человеческого источника. Есть английская идиома: he is as good as his word, дословно: «он так же хорош, как его слово» (то есть: «его слову можно верить»). Не о всяком поэте, наверное, можно это сказать. О Шеймасе можно: поэт и его слово в нем идеально уравновешивались.

Шеймас Хини:

Под самой крышей

I

Как Джим Хокинс на салинге «Испаньолы»,

Когда он смотрел с накренившейся мачты

Вниз, на прозрачное мелководье, а там —

Песчаное волнистое дно, над которым скользят

Стайки полосатых рыб, и вдруг из-под них

Лицо Израэля Хендса, каким его Джим

Увидел на вантах пред тем, как нажать курок,

Колышется и встает… «Но он уже дважды мертвец —

Прострелен пулей и водой захлебнулся».

II

Сквозь ветки березы, разросшейся за двадцать лет,

Гляжу на Ирландское море в окно мезонина, —

То ли моряк, высаженный на пустой островок,

То ли юнга в бочке на верхушке грот-мачты,

Опьяневший от ветра, капитан своей жизни,

Слушающий, как гудят дерево и такелаж

От киля до клотиков, — и уплывающий вдаль

Вместе с этим шумом и колыханьем теней

С этой волнующейся, как шхуна, березой.

III

Из коридора прошлого, из темных его глубин,

Ступая неслышно, является покойный мой дед,

Голос его дрожит, как колеблемый сквозняком

Полотняный задник в клубе на детском спектакле,

С которого я вернулся. «А Исаак Хендс, —

Спрашивает он, — был ли там Исаак?»

Его память так же колеблема и нетверда,

И провалы ее окончательны, как этот всплеск,

Когда тело Хендса кануло в воду лагуны.

IV

Я тоже старею и начинаю забывать имена,

И моя неуверенность на лестнице

Похожа на головокруженье

Юнги, впервые карабкающегося на рею,

И все больше памятных, неизгладимых страниц

Стирается начисто, — но и теперь

Я ощущаю снова, как будто въявь,

Этот палубы вздрог и горизонта крен,

Когда якорь поднят и ветер крепнет в снастях.

Выходные данные

Григорий Кружков

ОСТРОВА

Редактор В. Генкин

Художественный редактор К. Баласанова

Корректор Т. Калинина

Произведено в Российской Федерации

Подписано в печать 20.08.20. Дата изготовления 03.09.20.

Формат 84×108 1/32. Усл. печ. л. 21,84. Тираж 3000 экз.

Заказ № К-10012

Издательский дом «Текст»

125319 Москва, ул. Усиевича, д. 8

Тел.: +7(499) 150 04 72

E-mail: [email protected]

Отпечатано в АО «ИПК „Чувашия“»,

428019, г. Чебоксары, пр. И. Яковлева, 13

Примечания

1

И слова лапландской песни снова звучат в моем сердце: «Мечты юности вольны, как ветер, и память о юности не умирает вовек».

2

Останься, сказала дева, склони свою усталую голову ко мне на грудь. Слеза блеснула в его синих глазах, но он лишь вздохнул и ответил: вперед, к вершине!

3

Обращение high ship встречается в одном из стихотворений Уоллеса Стивена.

4

Клот-на-Бар (Старуха из Бери) — колдунья, по преданию утопившаяся в бездонном озере на вершине горы. Ниав и Кайлте — персонажи волшебной саги о странствиях Ойсина.

5

У. Шекспир. Кориолан. Акт III, сцена 2. Перевод А. Дружинина.

6

У. Шекспир. Гамлет. Акт I, сцена 3. Перевод Б. Пастернака.

7

Ходили упорные слухи, что Хини был внесен в черные списки террористов ИРА за свою «непатриотическую позицию»: он отказался написать предисловие к стихам ирландского боевика, умершего в тюрьме во время голодовки. В интервью Хини аккуратно обходит эту тему, и я соответственно воздерживаюсь от расспросов.

8

«Суини воскресший» (лат.).

9

Energy, call’d Evil… (из «Бракосочетания Рая и Ада»).

10

Честность, гармония и ясность (лат.).