На милость дня. Былинки - Александр Г. Раков

– Батюшка, у меня вопрос: говорят, что если человек утаит хотя бы один грех, то вся исповедь считается недействительной. Но такое бывает скопление народа, что человек едва успевает пробормотать один-два греха. Я для себя решил так: в таком случае выбираю один грех, тот, что больше всех меня мучает в данный момент, и говорю его.

– Я тебе расскажу. Перед тем, как начать исповедь, священник должен провести беседу: в чем должно каяться. И десять заповедей, и заповеди блаженства он должен напомнить, должен подвести человека, подготовить его к исповеди. Слышишь? Только так! Должно не один грех, а все грехи, все пороки перед паствой раскрыть, привести примеры, как отходят от этого греха, как воспользоваться благодатным светом Христовым. И все каются: «Грешны, Господи, перед Тобою». Есть время, чтобы каждый мог выразить это одним словом, а потом уже, подойдя ко мне, каждый рассказывает о том, что его больше всего мучит.

– Бывает ли так, что у Вас просят помолиться о ком-то, а Вы отказываетесь? Если бывает, то в каких случаях?

– Это когда о самоубийцах просят молиться. Но и в этом случае нужно постараться проявить сострадание. Говоришь родным: «Вы-то все равно молитесь о нем!» И священник должен хоть и не молиться, а воздохнуть о несчастном и о родственниках его. Особенно о родственниках: они ведь очень переживают, что допустили такое! Человек в петлю полез, или застрелился, или утопился – ведь не от хорошей жизни он это сделал!

– Я-то знаю, батюшка, что у Вас целые мешки писем с просьбой помолиться!..

– Да… А глаза-то уже слезятся… Уже приходится просить: не пишите! Но целые тетрадки исписывают своими исповедями… Неправильно это. Один известный батюшка сейчас учит: если ты, мол, согрешила с кем-то, то обязательно напиши, с кем именно, перечисли имена… А ведь это от католиков идет: это у них нужно сказать, и когда, и с кем, и даже на каком месте согрешил… От нас, православных, это не требуется: главное, чтобы человек осознал свой грех, боль душевную ощутил! А на каком месте и сколько раз – для чего это?

– С кем из современных питерских батюшек Вы особенно дружны? Кого больше уважаете?

– У меня все друзья. Приезжают ко мне на День Ангела по 30–35 священников. Но самые большие друзья мои – это монахи Валаамского монастыря. Они у меня все исповедуются всегда, и владыка Панкратий просит, чтобы я у всей братии был бы духовным отцом. Великим Постом они меня приглашают, и я их всех исповедаю – не торопясь, целый день… Я когда служу, забываю о своем теле. Духовное прежде всего: надо людей усладить Божественной службой. И усталости я не чувствую. А когда вернусь домой, иной раз в лежку лежу.

– Батюшка, священник освящен благодатию Божией через рукоположение. И все же видишь, что часть людей становятся священниками случайно или по корыстным соображениям…

– На этот вопрос я так отвечу: священник без призвания – как обугленная головня. Но все равно: всех Господь избирает. Среди апостолов были и Фома Неверный, который сперва отказался поверить в Воскресение Христово, а потом, уверовав, пошел проповедовать в Индию и принял там мученическую кончину. И был среди апостолов Иуда, который Христа поцеловал, да тем поцелуем Его и предал. Так и здесь… Господь всем дает свободу. И раз человек свободно выбрал свой путь, то он должен отвечать за него. Епископ же должен познакомиться с тем, кого он рукополагает, как и апостол Павел учит.

– Теперь такой вопрос, батюшка. Начиная храмоздательство, настоятель старается собрать как можно больше денег у банкиров, спонсоров, порою даже у людей заведомо нечестных – ему главное набрать нужную сумму. Некоторые священники организуют целые группы по сбору денег. Разве это по-православному?

– Ну что ж… Да, собирают деньги у всех… И раньше такое было… Помнишь у Некрасова стихотворение про дедушку Власа? Как он:

И так далее, А потом раскаялся и пошел собрать милостыню на Божье дело:

А люди подают – и им душевная польза… Надо помогать и храмам, и монастырям. Вот матушка Маркелла из Симанского монастыря – как ей тяжело живется! Ты о ней уже писал, но напиши еще. Там все разрушено, полностью. Такая богатая Россия – неужели некому помочь? Наши верующие собрали немного… Сейчас там уже построен храм во имя прав. Иоанна Кронштадтского – деревянный, но теперь сестрам хотя бы есть где молиться и читать Псалтирь. Построили столовую, где и паломников принять можно. Теперь надо дом сестрический строить, а то люди живут: кто в бараках, а кто в бане… Епархия-то Псковская самая бедная у нас…

– Один мой знакомый живет в глубинке, в районном городе, где всего один храм на огромную территорию. Батюшка в этом храме требует от прихожан отказаться от паспортов и не принимать ИНН, а в противном случае грозит отлучить от причастия. Как быть моему знакомому?

– Я всем повторяю слова Святейшего: паспорт при советской власти нам давался и с серпом, и с молотом, и со звездами пятиконечными сатанинскими… И брали этот паспорт, никто не отказывался. И те, которые не велят брать новые паспорта, живут, выходит с краснозвездными паспортами, а тот, где великомученик Георгий изображен, считают дьявольским. Вот Валерий Павлович Филимонов – как будто хороший человек, а засел на этих ИННах и, боюсь, скоро Христа потеряет…

– Недавно Святейший Патриарх призвал священство не назначать платы за требы, даже за свечи, но никто Первоиерарха не услышал. Почему?

– Ну, как это – никто?.. У нас все требы безплатно. Платит тот, кто хочет и кто может. Есть желание – положат в кружку. И у о. Александра, у сына моего, так же сделано. Каждый священник решает это по-своему. Только нужно помнить, что священник живет от алтаря Господня. Это только за границей ксендзам платит государство, а с нас государство только налоги снимает. От алтаря священник должен питаться, и Библия говорит: Не заграждай уста волу молотящему (Вт. 25. 4). Как же иначе? Забросить паству и идти подрабатывать на завод?

– Но народ-то замечает, что священники ездят на джипах в 50 тысяч долларов ценой.

– Не наше дело! Кто в деле, тот и в ответе. Надо смотреть на себя. И разве только священники ездят на машинах? Весь город заполонен машинами, – не проехать,