Реальность - МаксВ

– Этого никто не знает. Может быть, ты прав, что ты уже мёртв. Хотя, наверное, нет ещё. Вспомнил ведь себя? В Загорье всё очень непросто. А самое главное – тут нет времени. И это – нереальное место. Как при этом можно что-то утверждать? Можно сказать, что мы тут находимся в глухой тайге, или на берегу озера, но это будет неправильным. На самом деле мы пребываем в намерениях Клюва. Он надумал это место, создал его в своих фантазиях, возжелал, чтобы оно стало существовать, и расселил тут всех нас. Прошлого, как и будущего – нет. Это обман. Всё есть всегда. И всё всегда происходит здесь и сейчас. Так что – ничего не потеряно. Ни о чём нельзя сказать наверняка, пока ты не превратился в бесцветный кокон. Ещё что-то хочешь спросить?

Филипп кивнул:

– Да, есть такое. Вот ещё вопрос – кто такой Алоизий? Как он там у нас в Крещёвске оказался? Ты что-нибудь знаешь об этом?

– А чего тут думать? Знаю, конечно. Клюв его сподобил, по своим вечным делам. А тут пузан этот за сараями присматривал – чтоб вёдра были к утру чистые, да лопаты всегда имелись. А то вдруг яму какую копать? Вот у него точно человеческого обличия нет. Я даже не знаю, сколько веков он рядом со Смотрителем ошивается. Множество обликов сменил, также и жизней столько же прожил. Не живой он, это точно. Когда у него время свободное есть, он вечно с портфелем носится, как дурачок с писаной торбой. Сколько раз видела. Ох и смешной же нетопырь.

– А этот, длинный тип?

– Ты про Пехотинца?

– Ну да.

Наклонив голову к плечу, Рыжая посмотрела собеседнику в глаза:

– А чего они тебя заинтересовали, Филиппок?

– Дело вот в чём – я задумался о том, что мне необходимо найти дорогу назад, и остановить этот цирк, который посланцы Клюва затеяли. Я про Алоизия и Пехотинца говорю.

– А-а, вот оно что. Поняла. Послушай, что я тебе скажу – ты не сможешь отсюда выбраться. Это невозможно. У тебя недостаточно для этого энергии. Отсюда никто не может уйти.

– А как же тогда они вышли?

Греналин улыбнувшись, протчнула к нему раскрытыю ладошку, и улыбнувшись, ответила:

– Так они ведь не живые. Они оба – фантомы.

– Это как? Призраки, что-ли? Но я ведь разговаривал с этим, как его – Алоизом? Помнишь, рассказывал ещё.

– Ну конечно, помню. Я и объясняю тебе – они не живые. А их видимый облик, это – обратная проекция. Её Клюв наводит.

– А как это?

– Ну, знаешь, бывает иногда – ты смотришь на дороге перед собой, и видишь лошадь с развевающейся гривой. Даже замечаешь, как она двигает ногами, будто сейчас тронется с места. Но когда приближаешься, то понимаешь, что это совсем даже не лошадь, а какой-то кривой ящик, который стоит около небольшого дерева. Бывало что-нибудь подобное?

Филипп наморщил лоб:

– Если подумать, то, наверное, можно вспомнить. Не лошадь, конечно, но как-то помню – принял шляпу на шкафу за кота.

– Ну вот, значит понял. Но ты же был уверен, что это кошка?

– Кот.

– Да, конечно же, кот. Так был уверен?

– Ну да.

– Вот и с ними то же самое. На самом деле эти двое – вообще неведомо что, но ты считал это неведомое за толстого потного человека с портфелем в руке. Так Клюв тебя убедил. А ты просто не умел правильно смотреть. Так что повторю – отсюда выйти невозможно. Ты, может быть, сейчас где-то в лесу, в медвежьей берлоге лежишь. Живой. Но на самом деле ты – в Загорье. Ты же здесь?

– Но как так получается?

Рыжая соскочила со стула, и принялась кружиться по комнате. Затем остановилась, и тыча пальчиком на Филиппа, громко засмеялась:

– А-а! Да шучу я! Здесь ты! Вот – поверил! Ну ты и чудила!

Копарь с усилием улыбнулся:

– Да с вами тут хоть во что поверишь.

Просмеявшись, веселушка снова забралась на стул:

– Вообще-то здесь – нормально. Уютно, хорошо. Я только в холоде сижу. Но ничего – покойнички мне про жизни свои рассказывают. Ну, когда живые ещё были. Интересного много. Иногда весёлые байки бывают. А теперь вот с тобой языки чешем. Ты спрашивай чего-нибудь – я ведь про всё на свете знаю, что хочешь могу объяснить. Ну, или какую-нибудь историю рассказать. Хорошо?

Собеседник кивнул:

– Ладно.

Греналин снова соскочила со стула, и подошла близко:

– Филиппок, теперь моя очередь спрашивать. Готов?

– Конечно, давай.

– Ты видел куда змей прячется, когда из тебя выходит?

– Ага, вон в тот угол заползает. А почему ты спросила?

– Мне это всегда нужно знать. Ладно, на сегодня хватит, ухожу. Дела ещё есть, хоть я и синяя клумба.

Сказав это, Рыжая развернулась, и