Дамнат - Ростислав

— Нет, но что-то похожее.

«Слишком уж умный королек наш, — подумал Каллад. — Еще одна заноза в заднице, мать его. Почему я не могу отделаться от мысли, что парень не так прост, как кажется?»

— Нам пора, — сказал Верга, — Как-нибудь потом я расскажу вам о нас. И об Итулле.

Он достал те самые ножички. Кинжалы Серого. Зачарованные «безмолвными братьями». Оба еле-еле светились. Тусклым голубовато-серым свечением.

— Я забыл, что это значит? — почесав затылок, поинтересовался Беддах.

— Мервы. Где-то неподалеку. Бежим!

Прямо перед Эндром возник верзила в шлеме, похожем на медный котелок. Верзила осклабился, обнажив беззубый рот.

— Шлем у Матвея на кухне спёр? — спросил Эндр, одним точным движением полоснув северянина по горлу.

Беззубый верзила рухнул у его ног. Шлем упал с головы и покатился прочь.

— Эй! — раздался голос, больше похожий на рычание. — Эй ты!

— Надо же, по-нашему говорят, — плюнув, пробормотал Эндр.

Из объятого дымом и огнем переулка вышло трое северян в меховых накидках поверх доспехов. Эндр отметил, что доспехи были мятые, с многочисленными царапинами, покрытые бурыми пятнами. Оружие — в основном секиры. У одного имелся обрубок двуручника. И круглые щиты из покоробленных досок, скованные листами железа.

Бородатые морды, все какие-то перекошенные. Будто создатель вырубил их из ледяного дерева тупым топором, а потом, устав, оставил как есть.

— Сюда иди!

— Пошел ты в бездну, ублюдок. Некогда мне с вами! — Эндр развернулся и бросился в другую сторону, но оттуда выскочило еще двое, один с копьем, другой с палицей. Эндр оглянулся. Трое сзади не спеша подходили.

— Хмурый мертв, — буднично сказал обладатель двуручника, пнув беззубого.

— Ты кто? — спросил самый здоровенный из них, с окровавленной повязкой, прикрывавшей один глаз. Видимо вожак.

— Хотел бы я сказать: «твоя смерть!», но не все так очевидно.

— А ты скажи: «моя смерть!». Так будет верней. Правильно я говорю, мужики?

«Мужики» закивали. Северянин с палицей, заревев, бросился на Эндра. Друнг принял боевую стойку, но в последний момент упал тому в ноги, дав бедолаге подсечку. Северянин явно не ожидал подобного и шлепнулся, выронив палицу и размозжив себе нос. Глухой стон и вытаращенные глаза товарищей были этому свидетельством.

«Один на время вышел из строя», — подумал Эндр. Он уже видел, как тощий парень с оспинами приготовился насадить его на пику так, словно хотел вилами подцепить стог сена. Эндр с прытью, завидной для его веса и возраста вскочил, отбил косарем пику, и всадил кинжал тощему в лицо.

— Кто же так копьем машет, родимый! — сказал Эндр, вытащив нож.

Истошный вопль перепугал бы даже мертвого.

Но не этих дикарей.

— Убейте его!!! — заревел гигант.

— Да пошли вы! — ответил Эндр, швырнув копье, выхваченное у тощего. Это произошло так быстро, что никто не успел загородится щитом. Копье прошило горло одному из обладателей секиры. Его отбросило назад, прямо на товарищей. Северянин с обрубком двуручника упал на спину. Воспользовавшись замешательством, Эндр побежал прочь.

Тупик, где находился лаз, о котором рассказывал Мёд, погрузился в непроглядную тьму. Здесь сильнее обычного пахло дымом. К этому примешивался еле заметный, но отчетливый приторный запах.

— Идем в темноте, — прошептал Верга, еще раз посмотрев на кинжал Серого. Он светился ровным и отчетливым сиянием. Серый цвет с красными переливами. — Ниа, Дакси — в центр. Аркера — лук! Любое шевеление — стреляй! Здесь только враги. Мечи наготове! Все начеку!

Каллад наткнулся на кого-то и тут же притронулся к Аркере.

— Здесь кто-то лежит, — тут же сказал лучник.

Внезапно зажегся шарик огня. Он парил над раскрытой ладонью Мёда. Маленький, трепещущий. И такой реальный. От него исходило ощущение уюта.

— Ты что делаешь? — шикнул на него Беддах. — Магия же! Да и заметят…

— Плевать, — с видом мудреца ответил Мёд, наклоняясь к телам. — Теперь уже нечего скрываться. Кто это такие, может кто-нибудь сказать?

— Это Хадина и его люди. — Верга усмехнулся, разглядывая разрубленные на куски тела. — Сдал город и бежал.

— Глупец всегда полагает себя умнее других, — сказал Мёд.

— Так и есть, — задумчиво погладив подбородок, подтвердил Дакси, глядя на мужчину с торчащим из виска ножом. — Хадина всегда был недалек умом. Он был, я бы сказал, типичным служкой моего папаши. Но вот вопрос: если он сдал город, то почему не остался на милость победителя?

— Вряд ли мы это узнаем.

— Однако этот глупец, видимо, знал о тайном проходе, — сказал Верга. — Что скажешь, Мёд?

— Если я знаю, почему бы и другим не знать?

— Ты говорил, что твой человек немой.

— Я тоже так думал. Так или иначе, выхода у нас нет, не правда ли? Придется нырять в нору.

— Далеко еще? — удивительно, но даже проявляя нетерпение, Верга умел говорить очень спокойно.

— Здесь, в десяти шагах. — Мёд кивнул куда-то позади себя.

— Раз так, освети-ка тупик получше. Если нас кто-то ждет здесь, лучше биться при свете.

— Согласен.

Мёд взмахнул рукой и шарик огня, увеличиваясь, поднялся на высоту в три человеческих роста.

Вокруг были сплошные руины. Дымящиеся обломки дерева смешались с битым кирпичом. С трех сторон тупик окружали отвесные скалы.

И хлопья медленно падавшего снега.

— А чем это так воняет? — поморщившись, спросил Аркера.

Со всех сторон их окружили мервы.

В какой-то момент Эндр заблудился. Он увидел, а прежде учуял, как в конце улицы северяне бросают в огромный костер тела. Вонь оттуда доносилась такая, что замутило даже видавшего виды Эндра. Повернул назад. Всюду проклятые дикари. Он сторонился их. Напялил на голову рогатый шлем какого-то бедолаги. Его отрубленная башка валялась у порога дома с выломанными дверьми.

— Хозяин дал отпор, — пробормотал Эндр. — Бессмысленный героизм…

Шлем помог. Захватчики были заняты тем, что пили, грабили, насиловали. А пузатый коротышка в рогатом шлеме с косарем в руках их не интересовал. Но в какой-то момент, он услышал позади голоса. Знакомый рык. Одноглазый искал его, расспрашивая соотечественников на своем гавкающем наречии.

— Черт бы его побрал, — буркнул Эндр. — Вот же заноза в заднице…

Друнг оказался на центральной улице. По обе стороны толпился народ. Уцелевшие жители — в основном старики, — стояли вперемешку с северянами. Зарево от пожаров ярко освещало двигавшуюся процессию.

Отборные воины северян на мохнатых конягах, в темных доспехах, перехваченных потертыми кожаными ремнями, с обязательными пятнами крови и царапинами. Знаки отличия, не иначе. Далее ехали бородатые, кряжистые, неопределенного возраста дядьки, увешанные оружием, своим и трофейным. Это были, видимо, вожди или же самые знатные воины. Бойцы рангом пониже — кажется, их звали хольдами, или как-то так, — держали цепь, с прикованными к ней пленными защитниками крепости. Теми, с кем он