Крах Третьего рейха - Сергей Яковлевич Лавренов

Почти четыре года советские солдаты жили жаждой мести, на это работала и вся советская пропаганда. Лозунг  был один: «Убей немца!» И это вело наших воинов вперед, к победе.

Но одно дело — поле боя, где солдаты сходятся в жестоком поединке не на жизнь, а на смерть. Другое дело — когда войска неизбежно сталкиваются с мирными жителями, со стариками, женщинами и детьми противника.

В 1941 году фашистские войска начали политику геноцида в отношении мирного советского населения.

В 1945 году советское военное командование делало четкое разграничение между фашистами и немцами в целом, между войсками вермахта и мирным населением. На территории оккупированной Германии СССР не проводил политику массового истребления немцев только потому, что они — немцы, не строил концлагеря с крематориями...

В исторической науке на Западе после второй мировой войны, а впоследствии и у нас в стране сложилась целая «школа», главным содержанием которой являлся показ «зверств русских» на немецкой земле. Их тезис: приход Красной Армии повсеместно сопровождался массовым насилием над местными жителями, изнасилованием всего женского населения и дикими грабежами. Этот тезис не нов, он активно создавался и разрабатывался еще геббельсовской пропагандой на последнем этапе войны.

Насколько соответствуют действительности эти принципиальные обвинения? Документы того времени дают возможность посмотреть на эту проблему как бы глазами очевидца.

С первых дней оккупации Германии советское командование и политорганы развернули работу по укреплению дисциплины и порядка, недопущению насилия и грабежей в отношении немецкого населения. В этом состояла одна из главных задач создаваемых в немецких населенных пунктах советских военных комендатур. Политические отчеты и донесения соединений и частей того времени содержат информацию о случаях недостойного поведения отдельных советских военнослужащих в отношении  местного населения. Об этом говорилось, в частности, в донесении члена Военного совета 1-го Украинского фронта генерал-лейтенанта К. В. Крайнюкова 4 апреля в Москву:

«Военные советы фронта и армий ведут решительную борьбу против мародерства и изнасилования немецких женщин».

В донесении начальника политотдела 8-й гвардейской армии начальнику политуправления 1-го Белорусского фронта от 29 апреля констатировалось:

«Военные коменданты отмечают, что в последние дни резко уменьшилось количество случаев барахольства, изнасилования женщин и других аморальных явлений со стороны военнослужащих. Регистрируется по 2–3 случая в каждом населенном пункте, в то время как раньше количество случаев аморальных явлений было намного больше».

В том же донесении подчеркивается:

«В Берлине в расположении соединений и частей, ведущих боевые действия, до сих пор наблюдаются случаи исключительного плохого поведения военнослужащих. Как и прежде, такие факты отмечаются прежде всего среди артиллеристов, самоходчиков и других военнослужащих специальных частей. Некоторые военнослужащие дошли до того, что превратились в бандитов...»

Далее следует описание ареста рядового Попова из 350-го легко-артиллерийского штурмового полка особого назначения, занимавшегося мародерством и грабежом немецкого населения. При обыске в карманах и в голенищах сапог преступника были обнаружены: «четыре бумажника, игральные карты, 4 тысячи оккупационных марок, 300 польских злотых, два пистолета, машинка для стрижки волос, 4 ножа, двое ручных и одни карманные часы, две лупы, одна золотая монета достоинством в 10 тысяч марок, две русские золотые монеты по 10 рублей, три браслета, 11 золотых и простых колец, 11 разных цепочек, две брошки, перламутровый кошелек, бритва, замок, два флакона духов, а под шинелью — кожаное пальто».

Рядовой Попов понес заслуженное наказание. В политдонесении сообщается и о некоторых других случаях недостойного поведения красноармейцев и даже командного состава, которые, однако, были пресечены с самого начала.

Наивно было бы, наверное, утверждать, что советские войска, оккупировавшие Германию, были укомплектованы на 100 процентов глубоко порядочными и интеллигентными людьми. Нет. Были среди солдат и полууголовные элементы, был и и откровенные бандиты, был и и малограмотные выходцы из окраинных национальных районов СССР. Не всегда, очевидно, и командиры являли собой образец уважительного отношения к местным жителям.

Важно другое. Все эти явления расценивались советским военным командованием как чрезвычайные происшествия, и с ними велась решительная и беспощадная борьба.

20 апреля 1945 года в 20.40 Ставка Верховного главнокомандования издала знаменитую директиву № 11072 о необходимости изменения отношения к немецким военнопленным и гражданскому населению. Документ был направлен всем командующим войсками и членам Военных советов фронтов. В директиве говорилось:

«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Потребуйте изменить отношение к немцам как к военнопленным, так и к гражданским. Обращаться с немцами лучше. Жесткое обращение с немцами вызывает у них боязнь и заставляет их упорно сопротивляться, не сдаваясь в плен. Гражданское население, опасаясь мести, организуется в банды. Такое положение нам невыгодно. Более гуманное отношение к немцам облегчит нам ведение боевых действий на их территории и, несомненно, снизит упорство немцев в обороне.

2. В районах Германии к западу от линии устья реки Одер, Фюрстенберг, далее река Нейсе (западнее) создавать  немецкие администрации, а в городах ставить бургомистров — немцев.

Рядовых членов национал-социалистской партии, если они лояльно относятся к Красной Армии, не трогать, а задерживать только лидеров, если они не успели удрать.

3. Улучшение отношения к немцам не должно приводить к снижению бдительности и панибратству с немцами.

Ставка Верховного Главнокомандования.

И. Сталин

Антонов».

Директива Ставки ВГК была получена в войсках и тщательно изучена командным составом на местах. Военные советы фронтов в соответствии с директивой из Москвы издали свои директивы о необходимости изменения отношения к немцам. Они были более конкретными, более жесткими и более требовательными. 22 апреля за подписью командующего войсками фронта Г. К. Жукова и члена Военного совета К. Ф. Телегина ушла в войска директива Военного совета 1-го Белорусского фронта за № ВС/00384. Ввиду принципиальной важности этого документа приведем его содержание полностью:

«Для устранения произвола и самовольства в отношении к немцам Военный совет фронта в соответствии с директивой Ставки Верховного Главнокомандования требует от вас проводить строго в жизнь следующие мероприятия:

1. Прекратить самовольное изъятие у оставшихся немцев их личного имущества, скота, продовольствия, за исключением неотложных нужд боевых частей, если в каком-либо имуществе будет ощущаться необходимость для обеспечения боя.

2. Все имущество, товары, продовольственные запасы в складах и магазинах, предназначенные для потребительских нужд оставшегося населения, немедленно брать под войсковую охрану и передавать военным комендантам для организационного использования на нужды войск и обеспечения продовольствием городского населения.

3. Решительно бороться с незаконными самозаготовками продовольствия и мяса. Всех лиц, самовольно изымающих скот и продовольствие у оставшихся немцев, задерживать и наказывать, особенно строго