Случайные боги. О людях, невольно ставших божествами - Анна Делла Субин

армии рассказывал о том, как Вильгельм II обеспечивал хорошие урожаи и препятствовал росту цен на продовольствие, выступая в роли лидера, призванного возвысить рабочих с чайных плантаций, принадлежавших к самым низшим слоям общества. Полагая, что их старые боги утратили свою эффективность, «они искали нового, могущественного персонажа… Как гласит поговорка, на расстоянии чары становятся еще сильнее», – писал лейтенант.

«Дабы обеспечить беспрепятственный доступ “Духа Небесного” (2) в свои дома, когда снизойдет Бог, многие ораонцы снимали с крыш домов несколько рядов черепицы», – сообщал другой источник. Прошел слух, что во время периода тьмы, который продлится семь дней и ночей, кайзер прогонит британцев, после чего наступит неделя ослепительного света и в Ораон придет сварадж. Одного-единственного рисового зернышка хватит, чтобы накормить сотни голодных. Британская газета «Таймс оф Индиа» заявила, что ораонцы поклоняются Вильгельму как злому духу, примерно так же, как богиням холеры или оспы: «Нет ничего удивительного в том, что скудные сведения о подвигах кайзера в Бельгии (3) дошли даже до обители ораонских призраков, вселив в недалекие умы местных жителей мысль о существовании божества гораздо более зловещего, чем весь их пантеон, явно нуждающийся в умиротворении». Повсюду говорились, что верующие Ораона обратились на запад именно с этой целью.

Но куда более пугающим выглядело поклонение Гитлеру в качестве воплощения бога (4). Идея об этом распространилась по Индии и Западу, неизменно ратовавшему за свое превосходство, в том числе и стараниями родившейся во Франции сторонницы фашизма и мистицизма, называвшей себя Савитри Деви, что в переводе с санскрита означает «солнечная богиня». Урожденная Максимиани Портас появилась на свет в 1905 году в Лионе и еще в молодости возненавидела христианство, иудаизм и дух просвещения. Провозгласив себя язычницей – с дипломом доктора философии в кармане – в начале 1930-х годов Портас поднялась на борт судна и через Суэцкий канал отплыла в Калькутту, где примкнула к тесным рядам нацистских браминов, борцов за свободу из организации Раштрия сваямсевак сангх (РСС) и индусских миссионеров. Портас изучала выдвинутую Б. Г. Тилаком теорию об арийском происхождении Вед, якобы появившихся на Северном полюсе, а когда бывала в домах, где молились за свержение британского правления, вид Гитлера рядом с индийскими божествами на алтарях внушал ей неподдельный восторг.

Проторчав в Индии всю войну, Савитри Деви шпионила в пользу немцев, а после их поражения ее подпольная деятельность перекочевала в астральный план. По ее утверждениям, как-то ночью она в эфирном теле отправилась в нюрнбергскую тюремную камеру Германа Геринга и доставила яд, которым он и воспользовался, чтобы покончить с собой. В 1948 году, при первой возможности физически вернуться в оккупированную союзниками Германию, она стала распространять листовки, призывавшие нацистов к неповиновению, в итоге была арестована и оказалась в бывшем женском концентрационном лагере в Вестфалии, украсив тюремную камеру иконой своего эрзац-бога. В дальнейшем, позиционируя себя уже журналисткой, она отправилась в паломничество по святым для Гитлера местам, включая его родной город Браунау-ам-Инн, и побывала на могиле его родителей, встретившись с духом самого фюрера. Среди загадочных Эксерских камней, которые многие считают местом поклонения доисторическим богам, она совершила полуночный ритуал, призванный воскресить Рейх. В Индии Гитлер обрел воплощение как божество, которое, подобно многим его собратьям из пантеона богов по случаю, презирало последователей своего культа. Индийцев он считал расово неполноценными и полагал, что если в их жилах когда-то и текла арийская кровь, то ее давным-давно испортили примеси других племен и народов. Хотя ему и поклонялись как первейшему врагу короны, сам он восхищался организационным мастерством британского правления и не сомневался, что Индией в обязательном порядке должны править белые. Попытки борцов против колониализма вступить с ним в союз он с презрением отвергал, включая и такого воинственного сторонника свободы, как Субхас Чандра Бос (5), называя таких апологетов индийской независимости «азиатскими мошенниками». Гитлер никогда бы не захотел быть аватаром смуглого, изображаемого в голубых, а иногда и в бледно-лиловых тонах бога Вишну. Но, как недвусмысленно сообщает «Бхагавадгита», до высшего небесного ранга возносится только то божество, которое того совсем не желает. Его последовательница Савитри Деви немного общалась с Босом – который после загадочного крушения самолета в Тайбэе в 1945 году тоже был возведен в ранг божества – и нередко цитировала строки из томика, который называла «Книгой книг». Гиту она считала тайным санскритским источником нацистской силы и утверждала, что там содержится пророчество о пришествии Гитлера: Я приду, когда раздавят справедливость, когда победу одержит зло, – читал речитативом Повелитель Вишну в облике Кришны. – Дабы установить Власть Добродетели, я век от века рождаюсь снова и снова.

* * *

По словам немецкого философа Карла Шмитта, политика рождается в тот момент, когда мы проводим различия между друзьями и врагами: деление на тех, кого мы любим и кого ненавидим, представляет собой первородный антагонизм, к которому сводится любая политика. В 1922 году, том самом, когда сторонники культа Ганди сожгли в Чаури-Чауре полицейский участок, Шмитт опубликовал трактат «Политическая теология», утверждая в нем, что политика – это преобразование священного (6) в мирские формы. «Все значимые современные теории государства – суть не что иное, как секуляризованные теологические концепции», – утверждал он. Для Шмитта, вступившего в 1933 году в Национал-социалистическую немецкую рабочую партию, прерогатива определять, кто друг, а кто враг, должна принадлежать богоподобному главе государства. К тезису Шмитта я добавлю, что политик появляется на свет, когда проводит различия между людьми и богами, причем линия разграничения между ними носит столь же древний характер, что и между друзьями и врагами, – ей столько же лет, сколько грехопадению Адама. Кому решать, кто бог и кто человек? Политическая власть – это способность создать что-то из ничего по примеру Бога, который своими трудами сотворил из пустоты свет и земную твердь.

Мы настоятельно нуждаемся в слове, способном передать, какое место занимает политика в мире грез человеческих масс. Термин мифополитика, хотя пользуются им редко и его не найти ни в одном словаре, объясняет, как власть зачастую уходит своими корнями в миф. Причем это не только описание, но и призыв к действию. Хотя придуманный в середине XIX века термин «религия» и подразумевал ее отделение от концепции «политики», просеивая во имя секуляризма все мифическое, ритуальное и священное, политику в ее современном виде по-прежнему можно трактовать превращением духовной святости в новые формы. Политическая власть всегда мифологична: опираясь на божественное, она пересекает линию разлома, отделяющую богов от людей. Из этого совсем не следует, что она стоит в стороне от здравомыслия или попирает его, как утверждалось в эпоху Просвещения, предложившую свой собственный миф